Евгений Гарцевич – Добро пожаловать на Аврору! (страница 34)

— Добрая госпожа, купить кристалл? — Я поклонился, протягивая ей камень, а вторую руку отводя за спину.

Не знаю, что сработало — наживка как таковая или раздутое самомнение Алисы, но та купилась. Подошла ко мне поближе и, улыбаясь потянулась к кристаллу. В ее глазах явственно читалось — заберу этот, потом весь мешок, а потом и твою душу. Я, не отводя взгляд, бросил ей кристаллик. И одновременно метнул из-за спины киридаши, покрытый ядом радужной гусеницы.

Стерва среагировала моментально и саданула в меня призрачным сгустком из посоха, отняв сразу половину жизни. Успела замахнуться во второй раз, но яд начал действовать. Она удивленно посмотрела на нож, пробивший тонкую мантию и торчащий теперь из ее плеча.

— С-сука… — Алиса пыталась еще что-то добавить — хотела, кажется, приказать Нике атаковать, но уже не смогла и мешком осела на землю.

Я обернулся к Нике, которая не пыталась напасть и растерянно переводила взгляд с меня на Алису и обратно. А та смотрела на меня. Не тем жадным взглядом, с которым она распотрошила мое прошлое Эфирное воплощение, а с ледяным спокойным намерением убить меня сразу, как только вернутся силы. Я наклонился, вынул киридаши и двумя быстрыми движениями выколол ей оба глаза.

«В Эфире! Вы напали на игрока. Штраф по контракту отыгрыша НПС — 300 очков. Понижение репутации в гильдии охотников за монстрами — минус 15 очков. Немедленно вернитесь в гильдию для получения дальнейших инструкций».

Глаза регенерируют через неделю-другую. Но в ту секунду, когда она потеряла первый, во втором мелькнул такой страх, что это показалось мне бесценной наградой. С глазами повезло, что система зачла критический урон по слабому месту. В остальном же у Алисы оставалось больше девяносто восьми процентов здоровья. Я мог бы ковырять ее тут до ночи, но все равно не сумел бы убить — слишком уж большая разница в уровнях.

Ника, убедившись, что Алиса не видит, молча протянула мне какой-то пергамент. По ее губам я прочел: «Беги». Я вытер нож о траву и, получив одобрительный кивок Ники, полоснул по ее руке, а потом помчался к лесу.

Остановился я, только когда полоска выносливости уперлась в ноль. Пока восстанавливался, развернул записку. В некоторых местах пергамент проткнули пером насквозь, будто писали в спешке, на коленях.

«Я не с ними. Мое тело в плену в реале. Они похищают тела в момент одновременной смерти, хотя ты это уже понял. Не знаю как, но это работает только во время вайпа. Со мной, правда, не выходит. Подозревают, что в день нашего знакомства что-то повредилось в мозгу. Не знаю, как тебе помочь. Прости, но очень хочется жить».

Я тоже понятия не имел, как помочь ей там, но, по крайней мере, теперь точно знал, что она не стала таким же монстром, как Алиса.

Сменив направление, я бежал до самой ночи, раз за разом истощая выносливость. Выгорела — зарядилась, выгорела — зарядилась. Я хотел вернуться в деревню и проверить, насколько все плохо, но какой-то едва уловимый зов манил меня в другую сторону. Будто магнит, который подправлял движение, ставя на верный курс.

«В Эфире! Вы находитесь под воздействием способности «зов предков». Вы можете заблокировать ее в настройках системы в любой момент».

Блокировать воздействие я не стал. Пустил вперед Ку-Кулька с приказом нападать только в случае агрессии и рысцой, экономно расходуя выносливость, побежал в сторону зова. На болоте скорость пришлось сбросить — то я собирал травки, корешки и ядовитых гусениц, качая травничество и алхимию, то Ку-Кулек вступал в бой с агрессивно настроенными мобами.

Когда пес получил четвертый уровень, а я тридцать восьмой, зов завел нас в непролазные топи. Качаться было легко, питомец пачками рвал мелкую и среднюю живность. Кролики, кабаны, змеи и пауки не могли повредить его броню, и он разрывал их буквально в клочья мифриловыми клыками. А я подбирал обрывки шкур, алхимические ингредиенты и медные монетки. Только я заканчивал копошиться в одних останках, как система добавляла опыта и можно было браться за новые. Так мы и шли от кучки к кучке.

Остановились на краю плотных зарослей. Деревья были сплошь завешены лианами и прочей растительностью. Почему-то система называла их мангровым лесом, хотя мне казалось, что мы довольно далеко от побережья. Идти в чащу не было никакого желания, но зов усиливался с каждым шагом.

Я отозвал питомца — монстры здесь были слишком сильны, за сотый уровень. Сам же медленно, почти по пояс в воде двинулся вглубь зарослей. Сначала все шло неплохо, но потом что-то хрустнуло под ногой, и вода вокруг меня запузырилась. Сзади и справа одновременно поднялись две зубастые пасти аллигаторов. Нефиговые такие крокодильчики сто сорокового уровня — спокойно меня пополам перекусят и не заметят.

Я замер, надеясь, что пронесет. И вроде даже сработало, я пел про себя свой гимн про тучку и не-медведя, а зубастые пасти развернулись в другую сторону. Но потом что-то липкое цапнуло меня за ногу, я подпрыгнул скорее от неожиданности, чем от полученного урона, и побежал. Аллигаторы метнулись за мной. Минут через сорок прыжки по кочкам и лианам а-ля Тарзан привели меня наконец на сухую землю. Аллигаторы не отставали — наоборот, к ним присоединилось еще четверо помельче. Упорные ребята, но и мне было что терять.

Я выскочил на равнину с невысокой горой и группой небольших деревянных домиков. Бежать стало легче, преследователи немного отстали, и я остановился, чтобы перевести дух и разглядеть, куда меня гонят. По моим прикидкам, деревня была раза в четыре крупнее моей домашней. Я насчитал под сотню домов разного размера, но все низкие и предельно простые. Стены, вкопанные глубоко в землю, односкатные крыши из тростника с каменным дымоходом. Над некоторыми постройками тонкой струйкой вился дымок. В горе, к которой прилепилась деревня, виднелся большой черный проход.

«Заброшенный шахтерский поселок Алабама. Территория под управлением клана Первые люди», — подсказал Эфир. Никакой защиты у поселка не было — ни ограды, ни рва. Хотя в такой глуши мангровый лес сам по себе мог считаться оградой. Жители заметили меня, засуетились, забегали. Кто-то двинулся мне навстречу, но некоторые нырнули в проем в скале и быстро вернулись с подкреплением.

Существа, идущие мне навстречу, все меньше казались похожими на людей или на любую известную мне расу. Прямохождение, руки, ноги, голова — на этом сходство заканчивалось. Все остальное было какое-то скрюченное, перекошенное, со странными черными наростами. Один хромал и волочил за собой жуткую каменную ногу, у другого на голове вспух огромный желвак, у третьего не было рук, а вместо них торчал отросток из живота. Лишь несколько человек были почти нормальными — в них, несмотря на черные язвы, угадывались мои земляки.

Подумалось, что здесь-то я точно буду в безопасности от Хранителей. Но нужен ли я местным, особенно с моим эскортом? Оружия ни у кого из них не было, и я даже подумывал развернуться, чтобы не привести монстров к беззащитным созданиям.

Толпа остановилась на границе городка, некоторые махали мне отростками, призывая бежать быстрее. Вперед протиснулся высокий мужчина, совершенно нормальный, без единого признака проказы, и при этом игрок. Тлейклэль — гибрид шамана и воина, имеющий сто двадцатый уровень.

Он пропустил меня к себе за спину и поднял к небу руки. Некоторые в толпе повторили этот жест. Я обернулся на преследователей и едва поверил свои глазам. Черные мифриловые колья поднялись из земли и проткнули аллигатора, вырвавшегося вперед. Вокруг шамана закружилось темное облачко прионной пыли. Мельчайшие частицы, вытягиваясь из земли и из тел прокаженных, сбивались в шарики покрупнее, размером с дробь. Теперь это напоминало осиный рой. Шаман махнул рукой, и эти дробины-осы метнулись к аллигаторам — невероятно быстро, практически со скоростью выстрела.

Двум зверям начисто снесло головы, как будто в них и правда пальнули из чудовищного дробовика. Сама дробь при этом не остановилась — перегруппировалась в фигуру, похожую на бумеранг, и перебила лапы еще одному монстру.

Шаман при этом, как дирижер, водил руками, лицо его побледнело, а из носа потекла кровь. Двое из толпы поддержали его, приложив ладони к голой спине, и вокруг них появилось голубое свечение. Еще четверо вышли вперед. Наросты, которые покрывали их тела, вытянулись, превращаясь в вороненые клинки разной длины. Этими клинками местные владели в совершенстве — прыжок, несколько взмахов, и больше никто меня не преследовал.

— Приветствую тебя, брат, — шаман вытер кровь с лица и показал мне открытые ладони, подчеркивая, что в его намерениях нет агрессии, а толпа за его спиной загудела. — Мы ждали тебя, бессмертный смертный, будь нашим гостем, окей? И добро пожаловать в Алабаму!

Интересное кино, ждали они меня. На краю зрения мигнул заблокированный квест Первого человека, что-то там явно обновилось, и мне насыпали опыта сразу на четыре уровня.

— Здравствуй, Тлейклэль, спасибо за помощь. — Чуть язык не сломал, пока выговаривал. — Как вы узнали, что я приду?

— Это я тебя призвал. — Он протянул руку. — И зови меня просто Вождь, окей?

***

Он действительно был похож на вождя — на такого, как рисуют в книжках про североамериканских индейцев. Голый мускулистый торс, весь покрытый наполненными силой татуировками, кожаные штаны и мокасины, головной убор из перьев, спускающихся на спину. Вождь был не совсем простым игроком. В игру он пришел не от скуки и не ради заработка, а потому что иначе было нельзя.