Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 98)

— Ты просто завидовала нашим способностям!

— Но, как видишь, теперь и я на кое-что способна! Мебиус скривился в усмешке.

— Ты совсем не изменилась, — сказал он. — Все такая же сумасшедшая неврастеничка!

— Не называй меня сумасшедшей!!!

Ядвига вскинула руку, и волна пламени обрушилась на Мебиуса.

Тот с яростным воплем сорвал с себя пылающую простыню, обнажив многочисленные стальные пластины. И тут же выстрелил в Ядвигу ослепительной молнией. Треск электричества оглушил Никиту и Ксению. Ядвигу отшвырнуло в самое пекло. Ее красный несгораемый плащ скрылся за высокими языками пламени, а Мебиус медленно обернулся к Легостаеву. Его глаза гневно сузились.

Никита с Ксенией сломя голову выбежали из ангара и быстрыми скачками понеслись прочь от горящего здания. Позади них окутанное дымом и объятое огнем строение начало складываться с оглушительным скрежетом, словно огромный карточный домик. Когтя уже не было видно. На дорожке валялись лишь разломанные капканы. Беглецы достигли ограды, перемахнули через нее и побежали вниз по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.

Уже спустившись с утеса, они все бежали и бежали на предельной скорости, опасаясь, что Мебиус или Савицкая внезапно возникнут позади и возобновят преследование. И остановились только у постамента, на котором был установлен гигантский якорь. Здесь они обессиленно повалились прямо на землю и, тяжело дыша, уставились друг на друга.

— Эта ужасная женщина… и тот тип… Как думаешь, они остались живы? — спросила Ксения.

— Думаю, да, — мрачно сказал Никита. — Ей огонь не причиняет вреда. Мебиуса же… Его, похоже, вообще ничто не берет!

— Это самая кошмарная ночь в моей жизни, — дрожащим голосом сказала Ксения.

— Я предупреждал тебя, — произнес Никита. — Все, что связано с «Экстрополисом» и профессором Штерном, — кошмарно. Лучше не иметь с этим ничего общего…

— Я — клон, — обреченно сказала Ксения. — В голове не укладывается. Это что же получается, я — подделка? У меня и души-то нет?

— Никакая ты не подделка! — запротестовал Никита. — И душа у тебя замечательная. Я знаю многих, не стоящих твоего мизинца!

— Правда? — Ксения подняла на него растерянные глаза и грустно улыбнулась. — Я хочу узнать о той, второй девочке, Татьяне Федоровой. Какой она была, чем увлекалась. Ведь это почти я. Только в другом варианте.

— Мы можем узнать адрес Александра Федорова и пообщаться с его соседями, — предложил Никита. — Уж они-то должны что-нибудь о ней знать. Ничего другого мне на ум сейчас не приходит.

— Давай сходим туда прямо завтра? — попросила девушка.

— Конечно, — кивнул Никита.

Они одновременно взглянули на вершину утеса, нависающего над заливом. Там все еще полыхал огонь.

— Нужно сообщить об этом, — сказала Ксения. — Все-таки произошло убийство.

Но тут мимо промчались машины «скорой помощи». За ними с ревом и мигалками пронеслись пожарные. Замыкали колонну служебные автомобили Департамента безопасности Санкт-Эринбурга.

— Уже не нужно, — сказал Никита. — Кто-то сделал это за нас. Ксения вдруг заглянула ему прямо в глаза.

— Что? — удивился Никита.

— Полагаю, что теперь мне можно спросить… — неуверенно произнесла она.

— Спросить что?

— Кто ты, Никита Легостаев?

— В каком смысле?

— В прямом. Ты и те трое, близнецы и толстяк… Вы ведь одинаковые! Я это видела. У вас похожие способности. Они превращаются в черных леопардов, в пантер. Превращаются полностью… Значит, и ты тоже? Вы ведь не метаморфы? Метаморфы — люди, а вы… Вы нечто гораздо большее и фантастическое!

— Не знаю, что и сказать, — тихо признался Никита.

— Скажи правду. Я все пойму.

— Некоторые вещи не поддаются логике.

— Ты говоришь это мне? — Ксения усмехнулась. — Я — клон, мутантка, способная питаться электричеством! Меня не так просто чем-либо удивить.

Некоторое время Никита молча смотрел на нее.

— Ладно, — кивнул он наконец. — Я расскажу тебе. Но предупреждаю сразу, многого я сам не знаю. Так что объясню, как сумею.

И он поведал ей обо всем. Об оборотнях, Иоланде, своих открытиях в деревне Ягужино. И о том, что в недалеком будущем с ним должно произойти нечто, после чего он уже не будет прежним.

Ксения слушала его, широко раскрыв глаза. Затем покачала головой.

— Жизнь была намного проще и скучнее, пока я тебя не встретила, — призналась она.

— Жалеешь об этом?

— Что ты, вовсе нет, — улыбнулась Ксения. — Я очень рада, что познакомилась с тобой, Ночной Бродяга. Мы не такие, как все. И нам нужно держаться вместе!

Глава двадцать пятая

Визит дамы

Ранним утром в имение президента корпорации «Экстрополис» Эдуарда Кривоносова нагрянули незваные гости. Их было двое — высокий загорелый блондин и симпатичная молодая девушка. Охранник у ворот пропустил их, как только они показали удостоверения сотрудников Департамента безопасности. Затем сообщил об их приходе Анжелике, а уж та предупредила Кривоносова.

Эдуард встретил их на лужайке перед особняком, провел к берегу пруда, где располагалась зона отдыха с шезлонгами и большими зонтами, и указал на плетеные кресла, жестом предложив присесть.

— Чем могу быть вам полезен, господа? — вежливо осведомился он.

— Моя фамилия Легостаев, — представился блондин. — Это Эмма, моя напарница.

Девушка молча кивнула.

— Вы уже знаете об убийстве еще одного сотрудника вашей корпорации?

— О да, — печально произнес Кривоносов, не сводя глаз с уток, плещущихся на середине пруда. — Это такая трагедия! Когда же, наконец, вы остановите эту сумасшедшую?

— Этим мы и занимаемся, — сказал следователь Легостаев. — Вы были лично знакомы с Федоровым и Ларионовым?

— В моей корпорации трудится свыше двадцати тысяч человек. Я не могу знать их всех.

— Когда-то эти двое сотрудничали с печально известным Владимиром Штерном, — сказала Эмма. — Как и Ядвига Савицкая. Причем у Ларионова тогда была совсем другая фамилия. Теперь Савицкая убила их. Что это может означать? И почему Ларионов решил сменить фамилию вскоре после исчезновения Штерна?

— Понятия не имею, — пожал плечами Кривоносов. — Чем занимались эти люди много лет назад — загадка для меня. К тому же это ведь ваша работа — выяснять причины и следствия.

— В этом деле много темного, — сказал Панкрат Легостаев. — Например, в ходе следствия мы натолкнулись на еще одну странную деталь…

Он показал Кривоносову фотографию миловидной женщины средних лет.

— Узнаете?

— Впервые вижу, — честно признался Эдуард.

— Странно. Это бывшая сотрудница принадлежащего вам института «Геликон», Тамара Петровна Оболдина. Она уволилась вскоре после гибели Александра Федорова.

— Почему я должен ее помнить? — недоуменно спросил Кривоносов.

— Но ведь все руководители ваших предприятий при устройстве на работу проходят личное собеседование с вами!

— Не всегда. Иногда этим занимается управляющий «Экстрополиса». К тому же мы владеем «Геликоном» лишь формально. Мы оказываем финансовую поддержку институту, спонсируем исследования. В лечебнице содержатся не только простые пациенты, но и преступники, различные маньяки и безумцы. Поэтому во всем, что касается «Геликона», мы тесно сотрудничаем с правоохранительными органами. Эту самую Оболдину я лично никогда не видел, принять ее на работу мог сам профессор Дубровский.

— Возможно, — согласилась Эмма.

— А что не так с этой женщиной?

— Мы навели о ней справки, — сообщил Панкрат. — Выяснилось, что Тамары Петровны Оболдиной никогда не существовало в природе! Все ее дипломы и документы оказались фальшивыми! Сейчас эта женщина объявлена в розыск.

— Странные вещи вы рассказываете, — удивленно произнес Кривоносов. — Кто же она?

— Неизвестно. Она устроилась на работу в «Геликон» полгода назад и все это время вплотную занималась Ядвигой Савицкой. По словам санитаров, она много времени проводила в ее палате, беседуя с пациенткой. Не знаете, что она пыталась у нее выяснить?

— Извините, но я ничем не могу вам помочь, — развел руками Кривоносов. — Для меня это такая же загадка, как и для вас.