Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 278)

— Тебя будет снимать Влад Гордон! — сказала Наташке Виолетта. — Лучший фотограф нашей компании!

— Повезло тебе, — подхватила Ирма. — Он настоящий профессионал! У Влада всегда получаются потрясающие снимки!

— Я с ним еще не знакома, — робко сказала Наташка.

— Он часто ездит в разные заграничные поездки, поэтому вы еще не встречались, — пояснила Виолетта. — Но он тебе понравится, вот увидишь!

Ирма тоже подошла к зеркалу. Поглядела на себя и вдруг раздраженно вскрикнула:

— Боже! Новая морщина! Почему вы не сказали мне, чтобы я поменьше хмурилась?! — Она схватила с полки одну из баночек, открыла ее и начала быстро втирать крем в лицо. — Ненавижу! — зло бросила она. — Ненавижу стареть!

Татьяна и Наташка никогда еще не видели ее такой взбешенной.

— Вы прекрасно выглядите, — робко заметила Татьяна.

— Знала бы ты, чего мне это стоит, девочка! — сказала Ирма. — Постоянные маски, массажи, лифтинг! Как все было легко и просто в вашем возрасте. Мне не приходилось столько времени тратить на поддержание собственной красоты. Знали бы вы, как ужасно из преуспевающей фотомодели превращаться в старую, сморщенную каргу! Но увы! С этим ничего не поделаешь.

Ирма закончила втирать крем и придирчиво осмотрела свое лицо. Затем молча повернулась и вышла из студии. Наташка и Татьяна озадаченно посмотрели ей вслед.

— Что это с ней? — спросила Татьяна.

— Не обращайте внимания, — спокойно ответила Виолетта. — На нее находит иногда. Капризы стареющей манекенщицы. Она просто не может смириться, что ее красота постепенно уходит.

В дверь павильона заглянула Милена Андреевна.

— Наташ, ты оделась? — осведомилась она. — Влад уже идет, он готов приступить к работе!

Наташка испуганно охнула.

Влад Гордон оказался привлекательным молодым мужчиной лет тридцати. Высокий, широкоплечий, с темными волосами и серыми глазами, он и сам, при желании, мог бы работать манекенщиком. Он приказал Наташке замереть в центре студии, его помощники установили нужное освещение, и съемка началась.

Татьяна никогда еще не видела работу фотографа-профессионала. Влад был немногословен. Он молча показывал Наташке, как лучше встать и куда смотреть. Камера снимала почти без остановки, делая несколько кадров в минуту.

Поначалу Наташка сильно стеснялась, но затем понемногу освоилась и стала вести себя более непринужденно. Татьяна и Милена Андреевна помогали ей быстро менять наряды, Виолетта наскоро поправляла прическу. Съемки длились почти час, и к их завершению и сама модель, и ее помощницы едва не валились с ног. Влад же нисколько не устал.

— Ну и последний снимок! — сказал он. — Я хочу сфотографировать тебя так, чтобы над твоей головой была видна люстра. Изобрази для меня знатную даму, владеющую этим замком!

Наташка немного подумала, затем уперла руки в бока, изогнула шею, гордо вскинула голову и замерла.

— Вот! — кивнул Влад. — То, что нужно! Не шевелись!

— Любимая поза леди-вампирши из романа ужасов, который я сейчас читаю! — улыбнулась Наташка.

Влад присел перед Наташкой на корточки и направил камеру вверх, чтобы захватить в объектив люстру.

Татьяна мельком взглянула на потолок. И обмерла.

Сводчатый купол над головой Наташки быстро покрывался изморозью. Потолок, выкрашенный черной краской, белел на глазах. Корка льда разрасталась по всей его плоскости. Лед достиг крюка, на котором висела люстра, мгновенно покрыл его толстым слоем и начал опускаться вниз по цепи.

Татьяна обеспокоенно огляделась вокруг. В павильоне присутствовало много людей, но все они не сводили глаз с Наташки и Влада, увлеченные процессом съемки. Никто не замечал, что творится наверху.

Татьяна вновь вскинула голову к потолку. Цепь люстры стала совсем белой. От нее шел пар, сизые клубы скапливались под заиндевевшим потолком. Раздался тихий треск. Люстра слегка покачнулась. Тяжелые хрустальные подвески закачались в свете прожекторов.

Треск повторился. Люстра дрогнула.

— Поверни голову! — попросил Наташку Влад.

Девушка выполнила его просьбу.

В этот момент обледеневшая цепь лопнула, и люстра полетела вниз.

Татьяна с молниеносной скоростью прыгнула на Наташку и сбила ее с ног. Девушки откатились к стене. В следующую секунду люстра с ужасным грохотом обрушилась на то самое место, где только что позировала Наташка. Сверкающие хрустальные осколки брызнули во все стороны.

Воцарилась мертвая тишина. А затем все разом закричали. Виолетта и Влад бросились к девушкам. Милена закатила глаза и покачнулась, но одна из помощниц успела ее подхватить. Татьяну и Наташку быстро подняли на ноги. Вокруг них суетилось сразу несколько человек.

— Девочки, вы в порядке?! — истерично крикнула Виолетта. — Не пострадали?!

— Что произошло? — не поняла Наташка.

— Я вытолкнула тебя из-под падающей люстры, — сказала Татьяна.

Наташка вытаращила глаза.

— Господи! Да ведь я могла погибнуть! — ахнула она.

— Кошмарный несчастный случай! — сказал кто-то в толпе.

Татьяна посмотрела на потолок. Лед таял на глазах, влага тут же впитывалась в крашеный картон. С обрывка цепи капала вода.

В павильон примчалась перепуганная Ирма. Она обняла Наташку и прижала к себе.

— Как я рада, что ты не пострадала! — воскликнула она.

— А уж как я-то рада! — сказала Наташка.

Вскоре суматоха улеглась. Все списали на несчастный случай. Влад Гордон собрал свое оборудование, попрощался и зашагал к вы ход у.

— А когда можно будет увидеть снимки? — крикнула ему вдогонку Наташка.

— Завтра утром, — бросил на ходу Гордон.

Осколки люстры быстро собрали. Все старались делать вид, что ничего не произошло, и Наташка понемногу успокоилась и даже слегка повеселела. Рядом с ней постоянно крутились люди, и Татьяна не решилась рассказать ей правду. Лучше им обсудить все наедине.

Но вдвоем девушки остались лишь вечером, когда вернулись в особняк. После ужина Татьяна пришла в комнату подруги. Наташка сидела перед зеркалом, расчесывая волосы.

— Как ты? — спросила Татьяна.

— Безумно волнуюсь! — призналась та. — Эта съемка столько для меня значит!

— Я о люстре!

— А что такого? — не поняла Наташка. — Несчастный случай. Слава богу, что ты оказалась поблизости! Я так тебе благодарна!

— Цепь оборвалась потому, что кто-то ее заморозил, — сказала Татьяна. — Она разлетелась, будто стекло! Кто-то хотел тебя убить!

Наташка осмотрела свою косметику, стоявшую на трельяже.

— Жидкость для снятия лака закрыта? По-моему, ты бредишь!

— Вовсе нет! — запротестовала Татьяна. — Я сама видела, как потолок покрывался льдом! Это все так странно!

Наташка прекратила причесываться.

— Ты пугаешь меня, — призналась она. — Кому понадобилось меня убивать?

Татьяна пожала плечами.

— Машину твоего отца тоже заморозили, — напомнила она подруге. — Об этом говорили по телевизору. А теперь эта люстра! Знаешь, что это значит?

— Что?

— Что к убийству твоего отца причастен кто-то из тех, кто присутствовал сегодня в съемочном павильоне!

— Боже! — побледнела Наташка. — А ведь ты права! И что нам теперь делать?

— Инцидент замяли. Все считают, что это был несчастный случай. Никто даже полицию не вызвал, — произнесла Татьяна. — Нам с тобой следует соблюдать осторожность. Как бы чего не случилось…

— Да уж, — согласилась Наташка. — Ты следи за мной, пожалуйста. Я ведь та еще ворона! Не увижу перед собой яму, пока не свалюсь в нее.