Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 207)

— Я же сказала "стоять"! — процедила сквозь зубы Цирцея. — Не люблю бросать слов на ветер.

Черное небо вновь озарилось яркой вспышкой, высветив показавшиеся вдали верхушки небоскребов Санкт-Эринбурга. Поезд стоял на обширном пустыре, неподалеку от кромки залива.

За окном вдруг мелькнула чья-то фигура. Никита не поверил своим глазам: человек был просто огромен, настоящий исполин высотой не менее двух метров, с размахом плеч, превышающих ширину платяного шкафа. Он несся к поезду огромными скачками, и каждый его прыжок сопровождался гулким ударом; пол дрожал. А может, началось землетрясение? Мощную фигуру обтягивало темное бесформенное пальто с мохнатым воротником. Наголо выбритая голова поблескивала при вспышках молний. На лысом черепе темнела татуировка. В руках гигант держал огромный молот на длинной рукояти.

Великан размахнулся на бегу и метнул молот в стену вагона. Послышался оглушительный удар, поезд снова содрогнулся, а вагон принял более-менее ровное положение. Молот, с легкостью пробив металлическую стенку, застрял в обшивке. Ксения снова громко вскрикнула, Цирцея довольно расхохоталась.

Великан приблизился, ухватил свое грозное орудие за резную рукоятку и, не прилагая особых усилий, выдернул, разодрав железную стену. Затем он вновь всадил молот в образовавшуюся дыру и начал яростно ворочать им, расширяя отверстие. От сильной вибрации стекла в окнах вагона трескались и вываливались наружу.

— Что вам от нас нужно?! — крикнул Никита.

— Ты до сих пор не понял, красавчик? — осведомилась Цирцея. — Мы получили четкие указания на ваш счет!

Вагон вновь содрогнулся. Землетрясение продолжалось. Цирцея покачнулась и недовольно покосилась на крушащего стену великана.

— Можно было и не ломать вагон, но Орестес настолько велик, что не втиснется в обычную дверь, — как бы между делом заметила она.

Молот Орестеса уже проломил крышу вагона. Дыра расширилась настолько, что еще немного, и он смог бы протиснуться в нее.

— Зачем же вы так долго пудрили нам мозги? — злобно спросил Никита.

— Хотела узнать вас получше, — ответила Цирцея. — Я всегда так поступаю со своими жертвами.

И она звонко расхохоталась. На улице бушевала гроза без дождя. Раскаты грома становились все громче и громче, подземные толчки — сильнее и сильнее.

— Поторопись, Орестес! — крикнула Цирцея. — Скоро сюда набегут проводники! Им может не понравиться, что мы не только остановили поезд, но еще и портим его внешний вид! — Она взглянула на барабан револьвера. — У меня на всех может патронов не хватить!

Орестес злобно зарычал, расширяя молотом отверстие.

Тем временем Ксения отскочила подальше от Никиты и двинулась к образовавшемуся пролому в стене и потолке вагона. Небо осветилось яркой вспышкой молнии.

— Далеко направилась?! — крикнула Цирцея.

— Ксю! — утробно прорычал Никита. Он вдруг начал меняться. — Что ты задумала?!

— Небольшой фокус, — ответила девушка. — Давно хотела попробовать, да все случая подходящего не было!

Цирцея недоуменно уставилась на Ксению. Пистолет дрогнул в ее руке.

А Ксения встала прямо под огромной дырой в потолке вагона и подняла вверх руку с широко растопыренными пальцами, затем закрыла глаза и сосредоточилась.

Орестес продолжал вламываться в отверстие.

Послышался жуткий грохот. Затем из скопления свинцовых туч, воронкой закручивающихся в небе, вырвалась ослепительная молния. Орестес, Цирцея да и сам Никита замерли с открытыми ртами.

Молния ударила точно в раскрытую ладонь девушки. Стройное тело Ксении дрогнуло, словно от сильнейшего удара, и выгнулось дугой. В этот момент Орестес ворвался в вагон и бросился на нее. Ксения вскинула вторую руку, направив ее в сторону громилы. Полыхнул ослепительный свет, и разряд чудовищной силы, врезавшись в грудь здоровяка, вышвырнул его из вагона. Никита резко отвернулся, заслоняя глаза рукой. В следующий момент все кончилось.

Заряд молнии иссяк, девушка обессиленно покачнулась и едва не упала. В вагоне сильно запахло озоном. Орестес валялся снаружи огромной бесформенной дымящейся глыбой. Его молот лежал рядом. Впрочем, здоровяк слабо шевелился, значит, удар только лишил его сознания.

Цирцея бешено закричала:

— Вы ответите за это!

И моргнула. Никита оторопел. Это простое движение век выглядело совсем не по-человечески. Цирцея моргала, как птица. А точнее… как ворона!

Гадалка вскинула руки к потолку, взмахнув рукавами своей шубы, и издала громкий и хриплый гортанный звук. Ей тут же ответили. Воздух наполнился карканьем, совсем как тогда, возле дома профессора Винника. Гигантское черное облако заполонило небо вокруг поезда, будто вороны летели за ним следом и только ждали сигнала, чтобы напасть.

Через секунду вороны хлынули в вагон, проникая через пролом в стене и выбитые окна. Они вихрем кружились вокруг Цирцеи, не причиняя ей вреда, бились об стены, вышибали уцелевшие стекла. Гадалка протянула скрюченные пальцы к опешившим Никите и Ксении и издала еще один хриплый вопль, после чего черная клубящаяся и каркающая масса набросилась на подростков. Вороны клевали и царапали, норовя попасть в глаза, вцеплялись когтями в волосы.

Первые мгновения Никита яростно отбивался от клюющих его пернатых бестий. Потом бросился к пролому, увлекая за собой Ксению. Но девушка вдруг оттолкнула его. Молнии все еще бушевали в темном небе. Ксю вытянула руку, замерла, словно не замечая атакующих ее ворон, и вскоре еще одна зигзагообразная молния метнулась вниз.

— Никита, ложись! — крикнула девушка.

Парень послушно бросился на пол. Ксения, дернувшись всем телом, поймала разряд. А в следующее мгновение с ее пальцев сорвался целый букет тонких, извивающихся молний и с треском врезался в самую гущу беснующихся птиц. Вспышки разрядов затрещали по всему вагону, завоняло горелыми перьями. Птицы валились на пол и сиденья целыми грудами. Падали десятки, но сотни занимали их места.

Цирцея, завопив от ярости, вновь вскинула пистолет:

— Прекращай свои фокусы, иначе я тебя пристрелю!

— Хотели бы, давно пристрелили! — с вызовом ответила ведьме Ксения.

— Да, вы нужны им живыми! — закричала гадалка. — Так приказано! И я оставлю вас в живых, но не более того! Пусть мои птицы выклюют вам глаза! Отклюют уши! Выдерут волосы! Так вам и надо, вероломные твари!

Ксения направила руку в ее сторону. Молния угодила гадалке прямо в лоб, и та, рухнув в проход, осталась лежать неподвижно. На этом заряд Ксении иссяк.

— А теперь самое время делать ноги! — выдохнула девушка.

Но она еле двигалась, и Никите пришлось обхватить ее за талию и одну руку перекинуть через свое плечо.

Ребята выбрались из вагона через пролом в стене. Вороны, как только Цирцея прекратила ими управлять, сразу прекратили преследование. Они разлетелись по пустырю, расселись на голых черных деревьях и успокоились.

Через некоторое время подземные толчки прекратились.

Глава тринадцатая

Проблема легко решается

Улицы города пестрели праздничными гирляндами и плакатами. Витрины магазинов переливались разноцветными огнями, привлекая покупателей. Люди перебегали из магазина в магазин, спасаясь от пронизывающего холода. Но Марине Легостаевой было не до покупок. Она опять проспала и теперь неслась на работу так, словно за ней гнались. Влетев в здание редакции, она сбросила с плеч пальто и на ходу зашвырнула его в свой кабинет. Затем помчалась в конференц-зал, где уже вовсю шла планерка: главный редактор раздавал журналистам задания.

Виктор Васильевич с большим блокнотом в руках ходил вокруг стола, за которым сидели сотрудники "Полуночного экспресса". Остальные внимательно слушали его и делали пометки. Когда Марина ворвалась в зал, он даже не оглянулся, до того был сосредоточен.

Девушка облегченно вздохнула и плюхнулась на свободное место.

— Где бродишь? — шепнула ей Марта Пешкова.

— Проспала, — ответила вполголоса Марина. — Всю ночь с Андреем футбол смотрели…

Марта хихикнула.

— Марат! — громко сказал Виктор Васильевич. — Вчера произошло ограбление винного магазина. По-моему, злоумышленников уже поймали. Займешься этим делом?

— Хорошо, — кивнул Марат Закревский и сделал запись в своем ежедневнике.

— Нина! — Редактор повернулся к молодой симпатичной девушке, которая пришла в газету совсем недавно. — Закончился ремонт здания "Купола мира". Его отреставрировали, и здание теперь выглядит лучше прежнего. Напишешь об этом?

— Конечно! — обрадовалась Нина.

— Отлично. Все свободны, — махнул рукой Виктор Васильевич. — Можете заниматься своими делами!

Сотрудники начали расходиться. Марина тоже поднялась со стула, но в это время чья-то рука легла на ее плечо.

— А ты подожди, — послышался голос Виктора Васильевича.

Марина с обреченным видом села и приготовилась к головомойке. Однако редактор был настроен вполне миролюбиво.

— Как твои успехи? — спокойно спросил шеф, когда они с Мариной остались в зале наедине.

— Есть несколько ниточек, которые нужно распутать. Но я двигаюсь в нужном направлении.

— Ты уже говорила со своим родственником из Департамента безопасности?

— Нет еще, — расстроенно сказала Марина. — Не дозвонилась. Но он уже вернулся. Я побеседую с ним в самое ближайшее время. Скорее всего, придется заглянуть к нему в Департамент.

— Ты уж постарайся, — озабоченно произнес Виктор Васильевич. — В этом деле нужно действовать вместе с представителями власти. И ты, и я прекрасно знаем, что у "Экстрополиса" хватит влияния, чтобы одним щелчком раздавить нашу газету. Так что нам понадобится поддержка. А что за ниточки ты имеешь в виду?