Евгений Гаглоев – Пардус. Книги 1-9 (страница 133)
Мебиус влетел в зимний сад, расколотив уцелевшие стекла, и рухнул на гравийную дорожку неподалеку от бесчувственной Светланы Романовой. Но тут же перекатился через голову, резво вскочил на ноги и довольно расхохотался. Но заминки хватило на то, чтобы Ксения опомнилась и, развернувшись, бросилась бежать.
— Куда же ты?! — крикнул Мебиус. — Мы еще не закончили!
Никита кинулся на него, намереваясь ударить кулаком в челюсть. Но тот перехватил его запястье и резко дернул, одновременно сдвинувшись вбок и ударив парня ногой в живот. Никита перелетел через весь сад, врезался в противоположную стеклянную стену и вместе с осколками вывалился в вестибюль первого этажа.
Столпившиеся там ученики с оглушительными криками устремились на улицу, невзирая на проливной дождь. Перепуганная Аглая Тимофеевна спряталась под стойкой гардероба.
Никита поднялся с пола. И тут же подскочил высоко к потолку, уворачиваясь от молнии Мебиуса. Мощный разряд оставил выбоину в полу. Мраморная крошка брызнула во все стороны. В этот момент с улицы донесся вой быстро приближающихся полицейских сирен.
Мебиус замер, тяжело дыша, и перевел злобный взгляд на Никиту.
— Как не вовремя, черт бы их побрал! — рявкнул он. — Ну, ничего! Теперь я точно знаю, где тебя найти, оборотень, и у меня еще будет возможность поквитаться с тобой! Ты же не думаешь, что это наша последняя встреча?! И еще одно… — Он вдруг улыбнулся. — Я ее узнал!
Мебиус круто развернулся на месте, выпрыгнул в разбитое окно и исчез.
Глава шестая
Дайте мне сенсацию!
Патрульные машины подлетели к школе через десять минут после первого взрыва. Но еще быстрее на месте происшествия оказался фургончик городского телевидения. Казалось, у репортеров настоящий нюх на такие вещи, — по-другому это нельзя было объяснить. Лидия Белохвостикова, вездесущая ведущая криминальной хроники и светских новостей, выпрыгнула из машины чуть ли не на ходу. Глаза у нее горели в предвкушении отличного материала, волосы растрепались, на лице было выражение гончей, преследующей добычу.
— Дайте мне сенсацию! — завопила она.
Едва завидев ее, часть учеников, столпившихся у ворот, тут же кинулась врассыпную.
Никита опрометью бросился в редакцию «Прожектора» и лихорадочно натянул школьную форму. Едва он успел зашнуровать вторую кроссовку, как двери распахнулись и в комнату ворвался директор Олег Павлович, белый как мел. Следом за ним вбежали Галина Петровна и Нелли Олеговна.
— Где он?! — в один голос заорали все трое. — Где это чудовище?! Мы видели, что он вошел сюда!
Никита показал на разбитое окно:
— Выскочил на улицу! Едва не растоптал меня… Директор и оба завуча бросились к окну и высунулись из него по пояс, словно надеясь, что оборотень ждет их внизу, расположившись на газоне.
— Что же это творится?! — возмутилась Галина Петровна.
— Нам еще повезло, что занятия уже закончились, — заметила Нелли Олеговна. — Народу в школе куда меньше, чем днем.
— С нас за это голову снимут! — запричитал Олег Павлович. — Пострадавших много?
— Пока неизвестно, — ответила Казакова.
— Нужно узнать!
— А ты, Легостаев, живо в медпункт! — скомандовала Галина Петровна.
Все трое выбежали из редакции. Никита так и не понял, зачем ему в медпункт. Снаружи телевизионщики уже настраивали камеру. Сквозь разбитое окно до Никиты доносился бодрый голос Белохвостиковой:
— Добрый вечер, уважаемые телезрители! Мы ведем прямой репортаж из одной из городских школ! Только что на учебное заведение было совершено нападение…
Ее голос заглушили сирены подъехавших машин «скорой помощи».
А в редакцию ворвался Артем.
— Ты цел?! — воскликнул он. — Я видел, как он швырнул тебя через стекло!
Никита поднял на него обреченный взгляд:
— Понимаешь, что это значит? Они решили заполучить меня любой ценой… Иначе с чего бы Мебиусу приходить в школу в открытую?
Голос Никиты дрогнул.
— Напуган? — тихо спросил Артем.
— Боюсь… — честно признался Легостаев. — Боюсь, как еще никогда и никого не боялся…
— У тебя кровь идет! — заметил вдруг Артем. — Царапина на лбу!
— Так вот почему Галина Петровна отправила меня в медпункт! — догадался Никита.
Он, словно гигантский кот, провел языком по ладони, а ладонью стер кровь с лица. В этот момент дверь редакции снова распахнулась. В комнату вбежала растрепанная и взволнованная Ксения.
— Никита, с тобой все в порядке?! — крикнула она. Легостаев показал ей ссадину на лбу.
— Вот. В остальном мне повезло.
Порез затянулся прямо на глазах, затем превратился в едва заметную белую полоску, а потом и вовсе исчез.
— Я так испугалась! — призналась Ксения, не сводя глаз с Легостаева. — Этот тип знал, кто я, — растерянно произнесла она. — Как такое возможно? Я едва сознание не потеряла, когда он заговорил со мной, как со старой знакомой…
— Действительно, странно, — согласился Никита. — Может, он был знаком с Ингой Штерн?
В его памяти вдруг всплыли слова, произнесенные Мебиусом несколько месяцев назад, когда они столкнулись в подземелье корпорации «Экстрополис». «Я ненавижу оборотней, — сказал тогда Мебиус, — вашу поганую породу! Вы отняли у меня слишком многое!» При этом он сжимал в руке золотой медальон, в каких хранят фотографии близких людей.
Никита потрясенно замер. Что, если речь действительно об Инге? Что, если Мебиус был влюблен в нее? Когда профессор Штерн и его дочь исчезли, Мебиусу и Инге было столько же лет, сколько сейчас Никите и Ксении…
— А я ведь пришла, чтобы предупредить вас! — спохватилась Ксения. — Мой отец уже едет сюда из Департамента безопасности! Сейчас тут такое начнется, хоть святых вон выноси!
Тем временем постепенно начали приходить в себя школьники, оглушенные разрядами Мебиуса. Медики выводили из здания пострадавших и рассаживали их по машинам «скорой помощи». Лидия Белохвостикова металась между ними, таская за собой бородатого оператора, и все норовила взять у кого-нибудь интервью. Но большинство ребят с трудом шевелили языком.
— Ах! Ох! — стонала Алена, которую вели под руки два дюжих санитара. — Мне досталось больше всех! Я так страдаю!
— Ты уверена? — спросил один из санитаров. — Никаких серьезных повреждений не видно…
— Они все внутри! — И в подтверждение своих слов Алена закатила глаза и обмякла.
Ее едва успели поймать. После окончания школы она собиралась стать великой актрисой и тренировалась при каждом удобном случае.
У ворот школы с громким визгом притормозила до боли знакомая Никите машина. Из нее выскочила его старшая сестра Марина и понеслась в здание. Следом вышел Маринин жених Андрей Чехлыстов — наверное, самый молодой следователь Департамента безопасности — и направился к полицейским, беседующим с Олегом Павловичем. Не прошло и трех минут, как Марина влетела в редакцию.
— Слава богу! — крикнула она, увидев Никиту. Она подбежала к нему и крепко прижала к себе.
— Ты цел? Ничего не сломано?!
— Пока нет, — выдохнул Никита, — но ребра сейчас, пожалуй, треснут.
Марина тут же его отпустила.
— Я только что узнала из новостей, — сказала она, — и едва с ума не сошла от волнения! Эта тощая селедка Белохвостикова еще и приукрасила, как всегда! Если ей верить, тут полздания обрушилось!
Марина заметалась в поисках телефона:
— Нужно родителям позвонить. Они места себе не находят! Тут до нее дошло, что в кармане куртки лежит мобильник, и она схватилась за телефон.
Во дворе Белохвостикова уже отлавливала школьников по одному и задавала им вопросы. Она подтащила к объективу камеры Веронику и сунула ей микрофон под нос:
— Расскажи нам, что случилось!
— Меня покажут по телевизору?! — ужаснулась Леонова. — В таком виде?! Я растрепана, ни прически, ни лица! О, мой бог!
И она опрометью бросилась бежать. Зато Аркадий Кривоносов был совсем не прочь пообщаться с журналистами.
— Здесь такое было, настоящий кошмар! — заявил он. — Мало того что на нас напал этот псих с электричеством, так еще и оборотень объявился!
— Что?! — восторженно ахнула Белохвостикова. — Оборотень?! С этого места поподробнее, пожалуйста!
И Кривоносов начал рассказывать, то и дело расплываясь в самодовольной улыбке.
Марина наконец-то сунула телефон в карман и повернулась к ребятам.
— Родители не успокоятся, пока не увидят тебя дома в целости и сохранности, — заявила она Никите. — Так что прямо сейчас едем домой!