Евгений Гаглоев – Дарина – разрушительница заклятий. Ключ к древнему пророчеству (страница 4)

В это время Пигмалион в очередной раз взмахнул удочкой над головой, чтобы закинуть крючок подальше. Его леска захлестнула лапу пролетавшей чайки – той самой, которая только что сорвалась с березы. Птица забила крыльями и заорала громче Дарины.

– Эй! А ну, отдай мою леску! – рассердился Пима и резко потянул удочку на себя.

Не ожидавшая такого поворота событий чайка забилась еще сильнее и окончательно запутала леску.

– Отпускай! – завопил Триш.

– Удочку не отдам, – упрямо заявил Пима.

– Отдай, а то хуже будет! – крикнул Акаций.

– Чего? – не расслышал Пима.

Пространство вокруг озера наполнилось громкими криками птиц и хлопаньем крыльев. Целая стая чаек взмыла в небо. Только что возле причала их было не больше десятка и вдруг оказалось несколько сотен!

– Она позвала подмогу, – в ужасе заорал кот, зажимая уши.

Что тут началось! Чайки пикировали на лодку, били пассажиров крыльями и клювами, осыпали их своими «снарядами».

– Полундра! – верещал Акаций.

Горе-рыбаки заметались по лодке. В мгновение ока они сплошь покрылись вонючими белыми потеками.

Над озером стоял такой шум и гам, аж уши закладывало. А тут еще и Дарина с визгом выбежала на берег.

– Караул! – Акаций вцепился когтями в край лодки, всеми силами стараясь не оказаться за бортом.

Тут особо меткая чайка сбросила снаряд прямо ему на голову. Кот завертелся волчком, судорожно замахал передними лапами и начал шипеть и плеваться. Мальчишки пытались отогнать птиц веслами, но их попытки не увенчались успехом, казалось, чаек стало только больше. На заляпанных сверху донизу Пиму и Триша было жалко смотреть. Тем не менее Дарина, увидев эту сцену, забыла про медведя и с хохотом повалилась на песок.

Наконец Пима нашел решение. Он выхватил из кармана нож и перерезал туго натянутую леску. Освободившаяся чайка тут же улетела прочь. Остальные птицы последовали за ней, напоследок метнув в рыбаков еще по паре снарядов.

И над озером вновь установилась прежняя уютная тишина.

Обгаженная лодка медленно причалила к берегу. Пима и Триш тут же спрыгнули в воду и начали энергично отмываться. Кот Акаций, из черного ставший белым, плескался на мелководье и ругался на чем свет стоит. Дарина даже не думала, что коты способны так сквернословить.

Вдруг со стороны причалов послышался чей-то громкий смех. Ребята настороженно замерли. Акаций пулей вылетел из воды и хотел забиться в рюкзачок Дарины, но промахнулся и нырнул ей под мышку. Девочка взвизгнула и еле вытащила мокрого упирающегося Акация из-под руки, после чего ей удалось затолкать его в свой рюкзак.

Подняв голову, Дарина увидела невысокого добродушного старичка в поношенной рыбацкой куртке и резиновых сапогах. Он шагал к ним по песку и, заливаясь смехом, утирал ладонью слезы.

– Знатно они вас отделали, – сказал старичок. – Давно я так не хохотал. Если смех – лучшее лекарство, я просто обязан излечиться от радикулита! Вы откуда, ребятки?

– Мы путешествуем, – неуверенно ответила на вопрос Дарина. – Решили вот ненадолго остановиться, устроить привал.

Старичок выглядел вполне безвредным, но следовало соблюдать осторожность.

– Хорошее место выбрали, рыбное! – Старик опять расхохотался.

– Да только ничего не поймали, – расстроенно сказал Триш.

– Ох, – выдохнул старик. – Я как увидал, что тут творится, обо всем на свете забыл! Сначала хотел вас отругать, но вам и так досталось.

Он подтащил лодку к пристани и привязал на старое место.

– Мы бы ее вернули, – начал оправдываться Триш.

– Верю. Вы с виду ребята неплохие, – сказал старичок. – Это лодка моего приятеля, я у него тут гощу неподалеку, в соседней деревеньке. Думаю, не стоит ему об этом эпизоде рассказывать. Все ведь обошлось.

– Только мы без завтрака остались, – хмуро сказал Пима.

– Ну, это не проблема, – сказал старичок. – Я тут рыбачил за причалом, так что у меня найдется пара рыбешек. Давайте вместе сварим уху да перекусим хорошенько. Меня, кстати, все зовут дедом Мартьяном.

– А мы – Дарина, Триш и Пима.

– Очень приятно.

Старик достал из вещевого мешка котелок и несколько картофелин, в ведре у него лежала пара крупных рыбин. Ребята набрали хвороста и сложили его в кучку, как учил когда-то кузнец Дормидонт. Пигмалион достал зажигалку и развел огонь. У него в карманах можно было обнаружить массу самых разных вещей, и друзья уже давно перестали этому удивляться. Пока дед Мартьян чистил рыбу, Дарина показала мальчишкам, где растет малина, и они быстро наполнили ягодами большую миску, которая нашлась в машине.

Вскоре в котелке уже вовсю кипела густая уха. Ребята, облизываясь, следили за ней с ложками в руках. Тут Акаций, все это время беспокойно ерзавший в рюкзаке, наконец не выдержал и вылез. Усевшись у костра, он с недовольным видом начал вылизывать мокрые бока, бдительно поглядывая на котелок.

«Интересно, как в этих краях относятся к котам? – подумала Дарина. – А вдруг старик сейчас заорет или вообще хлопнется в обморок?»

– Вот это котище! – воскликнул дед. – Ваш?

– Наш, – покосившись на Акация, ответила девочка. – Вы котов не боитесь?

– А чего их бояться? – пожал плечами Мар-тьян. – Коты, они и есть коты. В нашем доме они постоянно жили до той истории с захватом рыбной промышленности. Если коты не говорящие, с ними можно иметь дело. Ваш-то ведь не говорит?

– Нет-нет, не говорит! – в один голос выдохнули ребята.

Акаций метнул на них мрачный взгляд, потом с жалобным видом показал лапой на котелок и на свой рот.

– Кушать хочет, бедолага, – догадался Мартьян. – Сейчас мы его накормим.

Уху быстренько разлили по мискам и с аппетитом принялись за еду. Коту щедро плеснули в крышку от котелка, и тот мигом вылизал все дочиста. Затем Акаций вальяжно подошел к Дарине, вспрыгнул ей на колени, обнял лапами за шею и сделал вид, что заснул. Сам же недовольно шепнул на ухо девочке:

– Испортил продукт, старый хрыч!

Это вышло громче, чем он планировал.

– Чего? – не расслышал Мартьян.

– Ничего! – перепугалась Дарина. – Это я кашлянула.

– Что за манера все жарить и варить? – продолжал возмущаться кот. – Вы, люди, ничего не понимаете во вкусной и здоровой пище!

Старик удивленно уставился на девочку. Та пихнула кота в бок и прикрыла рот рукой:

– Кхе! Кхе!

– Не простыла ли ты, Дарина? – поинтересовался дед Мартьян. – Может, приготовить тебе отвар из малины?

– Спасибо, не надо. Я просто поперхнулась. Со мной все в порядке.

Дед продолжил хлебать уху, но все же иногда с интересом поглядывал на девочку и ее кота.

Не прошло и получаса, как компания прикончила уху. Сытые мальчишки и кот блаженно растянулись на мягком, теплом песке, а Мартьян пошел мыть котелок. Дарина вызвалась помочь ему и начала отмывать ложки. Триш, Пима и Акаций лениво за ними наблюдали.

– Далеко ли путь держите? – поинтересовался старик между делом.

– Пока не знаем еще, – ответила девочка. – Едем куда глаза глядят.

– А откуда будете?

– Из Белой Гривы.

Мартьян замер с котелком в руках. Затем кивнул.

– Теперь мне все ясно, – сказал он. – Я вам, ребята, вот что скажу. Не знаю, что там на самом деле стряслось в Белой Гриве, но уже во все стороны слухи запущены, что из тамошнего сиротского приюта сбежали три опасных преступника.

Дарина побледнела, а Триш и Пима напряглись, готовые вскочить в любую минуту.

– Это не мы! – Дарина была готова провалиться сквозь землю.

– Говорят, это двое мальчишек и девочка, а с ними говорящий кот из кошачьего братства. Якобы они обокрали свою комендантшу и скрылись с ее деньгами.

– Вранье! – воскликнул Триш, но тут же испуганно умолк.

– Вот болван! – завопил Акаций и треснул парня лапой по затылку. – Всех нас выдал!