Евгений Фюжен – Пепельная Любовь (страница 6)

– Вы говорите, как жрец, – замечает Селена.

– Я учился у них. Прежде чем понял, что они хотят использовать меня. – Он выбирает нижний путь, вниз, в пульсирующую темноту. – Этот. Свет – это приманка. Пепельные любят свет.

Они спускаются. Ступени высечены из чего-то, что не похоже на камень – слишком мягкого, слишком тёплого, почти как плоть. Селена старается не думать об этом.

Шёпот усиливается. И теперь она различает слова – или то, что кажется словами.

…она пришла…

…звёздная…

…помнит…

…голодна…

– Они знают вас, – шепчет Каэль. – Они чувствуют Память Небес. Это для них… как запах свежего хлеба для голодного человека.

– Я знаю, – говорит Селена. Она тоже чувствует их – не как голоса, как отсутствия. Пустоты в пространстве, которые тянутся к ней, которые хотят быть заполненными её содержимым. – Я готова.

Она не знает, готова ли. Но она знает, что должна быть. Потому что назад пути нет. Потому что Каэль идёт вперёди, и он тоже боится – она чувствует его страх через связь, которую создали их обмены. И кто-то должен быть сильным.

Они входят в зал.

Он огромен – невозможно огромен для того, что должно находиться под дворцом. Потолок теряется в темноте. Стены – это не стены, а колонны, идущие вверх бесконечно, каждая увенчанная чем-то, что может быть статуей, а может быть пепельной, застывшей в позе молитвы или угрозы.

В центре зала – свет. Не красный, как у кристалла Каэля. Белый, чистый, почти звёздный. И вокруг него – они.

Пепельные.

Селена видела их на картинах. Но картины лгали, преуменьшали, делали безопасными. Настоящие пепельные не были похожи на людей. Они были похожи на воспоминания о людях – размытые, незавершённые, с деталями, которые не сходились. Одно лицо, два профиля. Руки, которые заканчивались на запястьях. Глаза, которые были ртами, и рты, которые шептали глазами.

Они двигались, но не ходили. Они перетекали, появлялись в одной точке, исчезали в другой, оставляя за собой следы – не в воздухе, в восприятии, в памяти о том, что они были здесь.

– Не двигайтесь, – шепчет Каэль. – Не думайте о них. Они питаются вниманием. Воспоминанием о том, что вы их видели.

Но Селена не может не думать. Память Небес фиксирует всё автоматически. Она уже помнит их, и эта память – мост, по которому они могут пройти к ней.

Одна из них – или он, или оно – поворачивается. Лицо, которое меняется каждую секунду: старое, молодое, красивое, уродливое, её собственное, лицо её матери, лицо Рурика, лицо Каэля.

Принцесса звёзд, – шепчет оно, и голос идёт отовсюду, из стен, из пола, изнутри её собственной головы. Ты несёшь так много. Так тяжело. Отдай нам. Мы сделаем легче. Мы заберем боль. Мы заберем страх. Мы заберем одиночество.

Селена чувствует, как что-то тянется к ней. Не физически – глубже, в то место, где хранятся воспоминания, где живёт Память Небес. Она чувствует, как они просачиваются, как готовятся поглотить.

И она делает то, чего никогда не делала раньше. Она открывается. Не защищается, не закрывается, не архивирует. Она позволяет им войти – немного, только край, только то, что она может контролировать.

Они впрыгивают в неё, и она видит их изнутри.

Они не чудовища. Они – жертвы. Каждая пепельная – это кто-то, кого забыли полностью. Не умерли – забыли. Их имена стёрлись из памяти всех, кто знал. Их истории исчезли. Они остались без якоря в реальности, и пепел гор заполнил пустоту, дал форму, дал голод – голод быть снова реальными, снова кто-то.

Селена видит их истории. Женщина, которая умерла в родах, и муж, который не смог вспомнить её лицо от горя, и дитя, которое выросло без имени матери в устах. Солдат, пропавший в горах, и брат, который не искал, потому что боялся найти. Маг, который сделал себя невидимым, и стал невидимым настолько, что перестал существовать даже для себя.

Они не хотят причинить боль. Они хотят быть. Они хотят, чтобы кто-то помнил, даже если это означает быть поглощённым.

Селена делает выбор.

Она не отдаёт свои воспоминания. Она делится ими. Не теми, что важны – не матерью, не отцом, не собственной историей. Теми, что нейтральны. Воспоминаниями о небе. О звёздах, которые она видела. О ветре в парусах «Авроры». О запахе ладана в астралийском храме.

Она создаёт для них якоря. Временные, хрупкие, но реальные. Моменты, которые они могут удержать, которыми могут быть.

Пепельные замирают. Они не привыкли к дару – только к краже. Они не понимают, что происходит, и в их непонимании – мгновенная ясность, мгновенный покой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.