реклама
Бургер менюБургер меню

Евгений Фюжен – Эфирный маятник в Серебряном форте (страница 5)

18

– Фух, – сказал он совершенно человеческим тоном. – Мои нейроны чуть не завязались морским узлом. Этот человек страшнее вируса.

– Ты был великолепен, – улыбнулась Амалия, поглаживая теплый бок машины.

– «Влияние лунного света…» – Зорин покачал головой, и нервный смешок вырвался из его груди. – Ты понимаешь, что он будет писать это всю ночь? И ведь напишет! Он найдет взаимосвязь!

– Пусть пишет, – мрачно отозвался Консул. – Главное, я выиграл время. Но, господа, вы же понимаете, что это только отсрочка? Утром он отправит отчет. А когда в Министерстве его прочтут, они поймут, что никакого приказа не было. И тогда за нами пришлют не клерка с портфелем, а батальон карателей с огнеметами.

Зорин перестал смеяться. Он подошел к окну. Ночь за стеклом была черной и холодной.

– Значит, у нас есть только эта ночь, – тихо сказал он. – Чтобы решить: сдаться или… сделать что-то безумное.

– Я голосую за безумие, – тут же откликнулась Амалия. – У меня в чертежах есть проект… теоретический. Если перенаправить энергию ядра Консула не на создание погоды, а на антигравитационные контуры самого форта…

Зорин обернулся к ней. В его глазах вспыхнул тот самый огонь, который когда-то заставлял его писать дерзкие стихи и вызывать на дуэль министров.

– Ты хочешь сказать, что мы можем… полететь?

– Весь этот форт – по сути, пробка в бутылке с эфиром, – пояснил Консул. – Если я «вышибу» пробку… мы взлетим. Или взорвемся. Шансы 50 на 50.

– Идеальное соотношение, – усмехнулся Зорин. – Ну что ж, коллега Плющ занят писаниной. А мы займемся… переездом.

Глава 6. Дуэль без выстрелов

Рассвет застал статского советника Плюща в состоянии, близком к религиозному экстазу. Он сидел за столом в кабинете коменданта, окруженный горами исписанной бумаги. Его пальцы были в чернилах по локоть, а глаза горели лихорадочным огнем мученика науки.

Труд «О корреляции лунных фаз и прироста древесины телеграфных опор в условиях разреженной атмосферы» был закончен. Это был шедевр бюрократического сюрреализма. Плющ вывел графики, доказал теорему о «лунной индукции» и даже предложил ввести налог на полнолуние.

С благоговейным трепетом он свернул манускрипт в тугой рулон, запечатал его сургучом и подошел к латунному раструбу пневмопочты.

– Лети, голубка, – прошептал он, вкладывая капсулу в трубу. – Лети к министру.

Он дернул рычаг отправки. Раздалось шипение, капсула со свистом ушла вверх… но через секунду звук изменился. Вместо удаляющегося гула послышалось глухое бряканье, словно кто-то спускал ведро с гайками по лестнице. А затем, с громким «чпоком», люк технического обслуживания под трубой распахнулся, и капсула с отчетом шлепнулась прямо в ведро с грязной водой, которую уборщица (она же повар, она же интендант Тулий) забыла убрать с вечера.

Плющ замер. Он смотрел на плавающий в помоях труд всей своей ночи. Затем он поднял взгляд на схему пневмопровода, висевшую на стене. Тонкая красная линия, обозначающая «Связь с Центром», была грубо перечеркнута, а поверх кто-то (почерк Амалии) написал углем: «Труба ведет в котельную. Не бросать окурки!»

В этот момент мир Модеста Поликарповича треснул. Иллюзия «приказа сверху» рассыпалась. Он понял всё. Голос из трубы. Справка о бабушке. Эфирная экономика. Над ним не просто посмеялись. Его святую веру в Систему использовали как половую тряпку.

Лицо Плюща из пунцового стало мертвенно-бледным. Он медленно вытер чернильные руки белоснежным платком, достал из кармана маленький, но очень надежный казенный револьвер системы «Довод» и двинулся к выходу. Теперь он был не чиновником. Он был инквизитором, идущим жечь еретиков.

В лаборатории кипела работа. Амалия висела на страховке где-то под куполом, приваривая толстые силовые кабели к несущим балкам форта. Искры сыпались дождем. Консул гудел на инфразвуковой частоте, пересчитывая массу здания.

– Мы не успеваем, – прохрипел динамик. – Валериан, давление в котлах только 60%. Если мы попытаемся оторвать форт сейчас, нас просто размажет по скале. Мне нужно еще полчаса.

Зорин стоял у входа, прислушиваясь. Шаги в коридоре были не слышны, но он чувствовал приближение беды кожей.

– У нас нет полчаса, мой друг.

Дверь распахнулась от удара ноги. На пороге стоял Плющ. Он выглядел страшно: мундир расстегнут, пенсне разбито, а в руке дрожал револьвер, направленный прямо в стеклянный глаз Консула.

– Отойти от машины! – визгнул он. Голос сорвался на фальцет. – Это измена! Подлог! Хищение государственного времени в особо крупных размерах!

Амалия замерла под потолком с горелкой в руке. Зорин медленно поднял руки, показывая пустые ладони.

– Модест Поликарпович, – мягко начал он. – Опустите оружие. Вы же не убийца. Вы – хранитель закона.

– Закона нет! – крикнул Плющ. – Вы уничтожили его! Вы заставили меня писать бред про лунный свет! Вы унизили мой разум! Я уничтожу этот дьявольский ящик, даже если меня потом расстреляют!

Его палец побелел на спусковом крючке. До выстрела оставались доли секунды. Пуля, попавшая в линзу Консула, вызвала бы цепную реакцию, которая превратила бы гору в щебень.

– Я вызываю вас! – громко и четко произнес Зорин.

Плющ замер. Дуло револьвера дрогнуло.

– Что?

– Я вызываю вас на дуэль, статский советник, – Зорин сделал шаг вперед, глядя Плющу прямо в глаза. – Согласно «Кодексу Чести Империи», редакция 1794 года. Оскорбление, нанесенное действием или словом, смывается поединком. Вы оскорблены моим обманом. Я оскорблен вашей узостью мышления. Мы не можем стреляться – это повредит казенное имущество. Мы будем драться на словах.

– Это фарс, – выплюнул Плющ. – Еще одна ваша уловка.

– Нет, – Зорин говорил серьезно, и в его голосе прозвучали те самые лермонтовские нотки – холодные, фатальные, стальные. – Вы ведь человек чести, Плющ? Вы служите Империи не за страх, а за совесть. Если вы сейчас выстрелите в безоружную машину, вы станете не ревизором, а вандалом. А если примите вызов – у вас есть шанс доказать, что ваша Правда сильнее моей.

Плющ колебался. В нем боролись ярость и въевшееся в подкорку уважение к регламенту. Дуэль – это было легитимно. Это было прописано в уставе дворянства.

– Условия? – хрипло спросил он, опуская револьвер, но не убирая его в кобуру.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.