Евгений Филимонов – Долгая поступь к счастью (страница 2)

Вошёл с озадаченным видом Макар.

– Поймал? – спросил его Петрович.

– Поймал, да он меня укусил, вырвался и убежал.

Мариша отвернулась и тихо хихикнула.

– Ну, ничего, отольются кошке мышкины слёзки, – улыбаясь, усмехнулся Алексей и добавил: – ты представляешь, моя дочь залезла с друзьями в свой сад!

– Хорошо, что не было милиции, – буркнул Макар.

– Вот послушай, что умный человек говорит, – подхватил Алексей. – Любой хозяин ограбленного сада может написать заявление в милицию, и тогда этим делом займутся сыщики. Лазутчику тогда несдобровать. Припаяют статью «воровство», и грозит ему тюрьма или большой штраф. Ты пойми, – обратился он к Марише, – это не баловство, а криминальное воровство.

– Я всё поняла, папочка. Прости, это больше не повторится.

– И предупреди друзей об уголовной ответственности! – Алексей, улыбаясь, дал лёгкую затрещину дочери и ласково добавил: – Разбойница.

Досада

Вскоре в деревню Рыково пришла страшная весть: началась Германская война (так называли сначала Первую мировую). Мобилизация военнообязанных крестьян началась в разгар сенокоса. В дальнейшем положение в деревне стремительно ухудшалось. Для фронта требовалось большое количество лошадей, поэтому Алексей, как их поставщик, был освобождён от мобилизации и получил бронь.

В то тревожное время велел он младшей дочери привести пару мешков муки из мельницы. Мариша не раз ездила на повозке по разным делам, но запрягала лошадь, из-за небольшого роста, с помощью Макара – управляющего делами коневодческого хозяйства. Перед тем как ехать, она что-то пошептала любимой Звёздочке, уселась на телегу и тронулась в путь. Дорога шла по мосту через речку Большой Чембар, дальше мимо подножья горы Крутуши выходила на чернозёмное раздолье.

Здесь Мариша задумалась о страшной войне, представила себе трагические события, дойди они до её деревни. Её охватила досада на невозможность прекратить нависшую беду. Мариша встала на телеге, взмахнула вожжами и зло закричала на Звёздочку, та бросилась в галоп, да так, что ошмётки земли из-под копыт полетели прямо на телегу.

Ветер трепал широкое платье Мариши, косички, как две ленточки бескозырки, взвились за её спиной. Её обида на беспомощность вылилась в окрики на Звёздочку. Прохлада встречного потока воздуха охладила разгорячённое тело, но наездница всё кричала и размахивала вожжами. Замелькали придорожные кусты, за повозкой поднялся столб пыли и только облака на голубом небе, будто замерли от ужаса. Но долго это не продолжалось. Телега колесом налетела на рытвину, и её так тряхнуло, что Мариша слетела в придорожную траву, ободрав все руки и ноги. Хорошо лицо осталось невредимым. Звездочка, почувствовав свободу, спокойно побрела вдоль дороги, пощипывая траву.

Пришлось Марише развернуть повозку к речке, привести себя там в порядок и продолжить путь к мельнице. Выполнив поручение отца, она одела кофточку с длинными рукавами и долгополую юбку, но мама заметила перемены в одежде дочери, и Мариша вынуждена была во всём признаться. Упрёков не последовало, мама тяжело вздохнула и стала лечить болячки своей непутёвой, но любимой дочери ранозаживляющими мазями.

Как известно, природу не проведёшь, поэтому порой просыпались в характере Мариши чисто женские качества доброты, сострадания, восприятия красоты и гармонии. Иногда она уходила к подножию Крутуши, где на лугу росли душистые цветы и густая трава. Нарвав ромашек, садилась и плела веночки, любуясь быстрыми водами речки, огромным бездонным небом и красотой окружающей природы. При этом она улыбалась и негромко напевала русские народные песни.

Такие часы отдыха редко выпадали в её повседневных заботах. Отец позади дома, за околицей, имел обширный загон и конюшню, где и занимался своим предпринимательством. Дочке он доверял ответственные поручения, зная, что она никогда не подведёт. Мариша и матери с охотой помогала, стараясь перенять кулинарный опыт, поддерживать чистоту в доме, ухаживать за скотиной и работать в огороде. Благо старшая сестра была хорошей наставницей и помощницей в любом деле. При работе Мариша тихо напевала различные песенки, которые услышав где-то, легко их запоминала. Недавно у неё появилась мечта стать докторшей, а возникло это желание после печального случая, участницей которого она стала.

Сострадание

Как-то, работая в огороде возле амбара, под крышей которого виднелись ласточкины гнёзда, она вдруг увидела, как эти красивые птички, стали низко летать над землёй и тревожно чирикать. Мариша почувствовала что-то неладное и быстро подошла к этому месту. Там в траве, пытаясь подняться, бился птенец, и к нему бесшумно кралась кошка. Мариша тут же отогнала её и взяла птенца на руки. Ласточки сразу разлетелись по своим делам, и лишь одна села на крышу и стала тревожно щебетать. Одно крыло птенца было прижато к тельцу, а другое распустилось в сторону, явно раненое. Сердце девочки сжалось от сострадания, и она дала себе слово, во чтобы-то ни стало, вылечить птенчика.

Вспомнив, как лечила её болячки мама, решила действовать примерно также. Обработала рану перекисью водорода, аккуратно прижала больное крылышко к туловищу и перевязала бинтом. Положила птенчика в плетёное лукошко, постелив на дно мягкую тряпку. Затем вынесла его к тому месту, где сидела ласточка и подняла над головой. Та, что-то чирикнув, сделала круг над птенцом и юркнула в своё гнёздышко, там, должно быть, жили и другие птенцы. Мариша решила посоветоваться с мамой, как лечить, чем кормить птенца, на что она ответила:

– Это не простое дело, доченька. По незнанию можно только навредить. Сходи к соседке тёте Зине Дымовой, она работала медсестрой в городском госпитале, авось чё подскажет.

Но встречаться с её сыном Павлом, после злополучного случая зимой, Марише не хотелось. Он хоть и был толстяком-тюфяком, но никогда не дразнился, не язвил и умел хранить тайну. Подумав немного, она решила всё-таки сходить к его маме.

Дверь во двор была открыта. Войдя, Мариша удивилась множеству лежащих у забора спортивных снарядов, среди которых были штанги, гири, гантели, старые утюги и прочие тяжёлые предметы. В сенях она обратила внимание на турник, рядом с которым лежал эспандер.

В прихожей её встретил Павел.

– Маманя на огороде. Сейчас придёт, – ответил он на вопрос Мариши. – Если хочешь, посмотри пока книжки.

Она подошла к книжному шкафу и с удивлением спросила:

– Как много у тебя военных исторических книг, ты увлекаешься боевыми делами?

– Не увлекаюсь, но интересуюсь.

– А нет ли у тебя книжки о птицах?

– Есть, – сказал он уверенно, достал её и протянул Марише: – Вот.

На книге крупными буквами было написано: «ПТИЦЫ».

– Как здорово! Спасибо, – весело сказала она и добавила: – Ты настоящий друг.

Пашка слегка покраснел и прошептал:

– Пустяки…

Вошла мама Павлика.

– Ого, у нас гости. Давайте пить чай!

– Спасибо, тётя Зина, я на минутку. Дело в том…

и она рассказала о птенце.

– Может, вы посоветуете, как лечить, чем кормить его?

– Я, дочка, лечила людей, а в этом деле не помощник. – Подумав немного добавила: – Сходи-ка ты к бабушке Матрёне, она много чего знает и лечит всех настоями из трав.

– Хороший совет! Я так и сделаю, – радостно воскликнула Мариша. – До свидания!

Выйдя на улицу, без промедления направилась к знахарке, которая жила на окраине деревни. Баба Матрёна осмотрела птенца и посоветовала поставить рядом с птицей блюдечко с водой и кормить насекомыми: сверчками, тараканами или муравьиными яйцами.

– А лучше всего, – добавила она, – оставила бы ты ласточку у меня. Я вылечу её лучше тебя, а когда она окрепнет, отпущу её с богом.

Мариша так и сделала и, поблагодарив бабушку, довольная отправилась домой.

Госпожа Война

Отец Павла Дымова, Григорий Семёнович, – крепкий, высокий мужчина – был призван на фронт в начале войны. Через год его жена Зинаида прочла в газетном списке погибших фамилию своего мужа. Поначалу она не поверила в трагическую весть – подумала, что это ошибка. Но тревожное чувство долго не покидало её. И окончательно убедилась в потере любимого человека, когда пришёл уездный воинский начальник и сказал, что Дымов Григорий Семёнович погиб в Польше под городом Новогеоргиевском. Ей стало плохо. Почувствовав слабость, она опустилась на стул возле стола и уронила голову на руки. Начальник попросил подписать бумагу и поспешил выйти.

Долго Зинаида не находила себе места в опустевшем доме. Здоровье её пошатнулось, в волосах появились седые пряди. Но через пару месяцев пришло письмо от мужа, и в нём говорилось, что он жив, здоров и скоро приедет, но без ноги. «Расскажу всё потом…», – писал он. Сначала Зинаида была на седьмом небе от такого чуда. И вдруг её взяло сомнение: может быть письмо написано до смерти мужа? Но прочитав дату на штемпеле, заплакала и на радостях стала целовать сына, приговаривая: «Папаня жив,… Папаня жив…»

Через месяц пришёл домой на костылях Григорий. Эта весть облетела всю деревню. Зинаида на улице у палисада поставила стол и накрыла чистой скатертью. Был во время войны запрет на спиртное, поэтому на столе стояла хорошая закуска, самовар и различные напитки. Гости за столом с пониманием дела незаметно наливали чистый самогон и пили, изображая чаепитие. Потом стали спрашивать, Григория, не встречал ли он односельчан на фронте. Просили рассказать о боях и многое другое. Слушали рассказы фронтовика очень внимательно. И, конечно, всех интересовало «воскресение» его из мёртвых.