Евгений Филенко – Поиск-90: Приключения. Фантастика (страница 19)
— Кто?
— Парень. Лет тридцати, поди, будет. В кожаном пальто и шапка… Вот такая… — Анна Федоровна помахала руками над головой. — Красивая…
— Когда он был последний раз?
— Где-то в начале декабря…
— И надолго?
— На денек…
— И как ваш квартирант называл своего гостя? Не слыхали?
— Кривым вроде кликал… Да какой же он кривой? Красивый вроде парень.
— А еще?
— Еще? Да вот вчерась, под вечер, приехал. Здоровый такой. Под косяк, поди, будет. В телогрейке. Пошептались они у мово жильца в комнате, а ближе к ночи Петр Иванович на работу убег. А этот здоровый остался. Вернулся Петр Иваныч под утро. Я ведь чутко сплю. И вскоре опять ушел. Утром я в комнату заглянула, а проезжего-то и след простыл.
— А не вместе они ушли? — заметно волнуясь, спросил Ханов.
— Не могу сказать. Не видела. Врать не буду.
Осмотр места происшествия подходил к концу, когда мы вернулись в контору прииска. Пискунов встретил нас у входа.
— Как? — спросил он.
Я понял, что он имеет в виду Колесова, и отрицательно покачал головой.
— Плохо, — с некоторым раздражением произнес Пискунов. — Совсем нехорошо…
— Главное — спокойствие, — ответил я, хотя у самого на душе кошки скребли. Тревога за Колесова все больше и больше возникала во мне. Где он? Что с ним? Эта мысль жгла сознание и не давала сосредоточиться.
— Что будем делать? — торопил Пискунов. — Я приказал собрать людей. Организуем из них группы поиска и…
— В такую-то пургу? — усомнился Ханов.
— Другого выхода у нас нет, — согласился я. — Вот только куда он рванул? На станцию Гора, к Мигалевой, вряд ли. До железной дороги отсюда не менее ста пятидесяти километров. Остается одно — он решил отсидеться где-то в тайге.
— Минутку, — жестом остановил меня Пискунов и, повернувшись к участковому, попросил: — Рыбникова пригласи…
Вскоре участковый вывел на крыльцо мужчину лет сорока.
— Рыбников Василий Прохорович, — представился он.
— Расскажи, Василий, что ты видел, — попросил Пискунов.
— Так я же… Уже говорил…
— Ты еще расскажи. И поподробнее. Надо.
— Раз надо, расскажу. Язык не отвалится, — кивнул Рыбников. — Стало быть, так. Утром, часиков в семь, пошел я в Каменку. В Кедровке я был у братана. Мне сегодня на работу. Во вторую… Ну и пошел. Когда на прииск пришел, тут и узнал, что кража случилась. У меня сразу подозрение… Видел я в тайге двоих. Аккурат у самой Вороньей горы. Там скалы отвесные и речка круто вправо забирает. На запад, стало быть… Вот по речке они и шли. Один уж больно высокий такой, а второй намного пониже будет и с ружьем. Сдается мне, того, что пониже, я узнал. Локтев это. Электриком у нас на прииске работает… А второй…. Вроде чужак. Не нашенский. Быстро шли. Я сверху смотрел.
— Во сколько это было? — спросил я.
— Часиков около десяти. Уж рассвело. Я поначалу думал — охотники… А как сюда пришел и про кражу узнал…
— И куда они, по-вашему, могли пойти? — спросил Ханов.
— От Вороньей горы две дороги, — уверенно ответил Рыбников. — Одна на заброшенный лесоучасток, вторая в охотничье зимовье. Вон товарищ Пискунов знает. На лесоучастке он бывал. Уток на озере стреляли.
— Был, — кивнул Пискунов. — Да, говорят, сгорел домик-то. Одни головешки остались.
— Не знаю, — развел руками Рыбников. — Сам я там давненько не был. Ходили слухи…
— И далеко это? — спросил я.
— Километров шестьдесят, — ответил Пискунов.
— А до зимовья?
— Примерно столько же.
— И куда же он рванул? На лесоучасток? На зимовье?
— От лесоучастка ближе к железной дороге, — сказал Пискунов. — А это немаловажно…
— Ну что, двинем на лесоучасток? — предложил я. — Рискнем? А в избушку на зимовье пошлем Патрушева, участкового и… вон Рыбникова. Возьмут троих-четверых охотников с собаками и все проверят. Согласны? — повернулся я к Рыбникову.
— Хоть сей секунд, — ответил он. — Веньку Першина возьму. Собака у него добрая. Федьку Лутошкина… Вмиг доберемся.
— Ну, вот и договорились, — удовлетворенно сказал я. — Самое большее через час выезжайте.
— А мы, значит, на лесоучасток? — спросил Пискунов.
— Да, — кивнул я. — Дорогу показать сможешь?
— Естественно, — улыбнулся он. — Главное, что Колесов с ним.
— Тогда едем…
Мы въехали в лес. Пискунов тронул водителя за плечо.
— Притормози-ка, братец. Надо взять ориентир. В такую непогодь немудрено и заблудиться.
Он некоторое время молча и сосредоточенно глядел перед собой, словно бы пытаясь сквозь снежную пелену разглядеть самый короткий и верный путь к лесоучастку.
— Значит, так, — наконец сказал он. — Путь наш на юго-запад. Если ничего не случится, доберемся часов через семь-восемь.
— Ты же говорил, что всего шестьдесят километров? — удивился Ханов.
— Объезды, дорогой, объезды… У нас не аэроплан, — усмехнулся Пискунов.
Я посмотрел на часы. Двадцать три сорок.
Пискунов достал из кармана компас и полез из вездехода наружу. Поколдовав немного, влез обратно и, отряхнув с валенок снег, махнул рукой:
— Азимут двести пятьдесят пять…
Вездеход тяжело, увязая в снегу и подминая под себя мелкую поросль, усыпанную снегом, двинулся в глубь тайги.
Все сидели молча. Говорить не хотелось. Вездеход нещадно трясло и бросало из стороны в сторону. Двигатель натужно выл. Видимость была равна нулю. Метель, казалось, не собиралась успокаиваться и решила заровнять все вокруг.
Вездеход остановился. Пискунов в очередной раз выскочил наружу — ориентироваться. Я последовал за ним.
Пискунов отчаянно крутил головой, вглядываясь в одни, только ему известные приметы, и было загадкой, как это ему удается не сбиться с пути.
— Ты что задумался, капитан? — спросил Пискунов, запахивая полы полушубка.
— Да так…
— Не расстраивайся… Ведь не зря он в тайгу в такую дрянную погоду полез. Знает, на что идет. Наверняка пристрелку сделал. Помнишь показания Климовой? Сколько раз Локтев делал вид, что на охоту ходит, а сам небось дорожку примечал. Зачем соваться в воду, не зная броду? Короче, не переживай. Не заблудятся. А Колесов парень физически сильный, и если даже Локтев захочет избавиться от него, сделать это ему будет не просто.
«Все! Кончай хандрить!» — сказал я себе и полез вслед за Пискуновым в вездеход, откуда раздавался веселый смех. Ханов рассказывал очередной анекдот. Двое водителей и радист хохотали до слез.
— Что это вы там шептались? — подсел к нам Ханов. — Хотите анекдот расскажу? Вот, к примеру, сколько требуется милиционеров, чтобы вкрутить лампочку?
— Три, — засмеялся Пискунов. — Нашел, чем удивить…