Евгений Бергер – Пермский Губернский 7. Ультимат. Том 1 (страница 15)

- Звучит подозрительно. Но давай с отвратительной.

- «Аресу» требуется капитальный ремонт. Огромное количество удерживающих конструкций повреждено. И как он до сих пор не схлопнулся – для меня загадка.

- Ну, это не так страшно. А хорошая?

- Большую часть мощнейшего энергетического выброса впитал генератор. И теперь нам хватит заряда ещё на сто двадцать пять лет.

- Вот, как? Не понимаю, разве такое возможно?

- Ну, ты же знаешь, какого рода наш генератор… Видимо – возможно. Но я ориентировался по показаниям Иисака. О! – старый учёный посмотрел на сестру: - Юная леди! Нас не представили! Меня зовут Князев Георгий Викторович. Помогаю Фёдору с данным комплексом.

- Лэмия. Я… - богиня вопросительно посмотрела на меня, но без слов всё поняла: - Я космический турист. Вот.

- Очень приятно познакомиться! Вы из Альфы Центавра? Или из Пояса Ориона?

- Я… Эм-м… - видимо, Лэм была не готова к такому количеству непонятных вопросов. У большинства гуминитов звёздные системы назывались иначе.

- БРАТ!!! – из-за временной «лежанки» для раненых выскочил кот и побежал ко мне, но заприметив Лэмию, сию секунду изменил маршрут: - У-ля-ля! Какая прелесть! Salut, la douceur de mes yeux…

- Говорящий гейбнир?!?!?

- Кот. – тихо поправил её я.

- КОТ!!! – тут же исправилась сестра.

- Ой, да чего вы все так пугаетесь? Ну, кот и кот. Чего такого? – возмутился сгусток тьмы и тут же принялся обнюхивать ноги Лэмии: - И, вообще, я придворный маг! Симмулус фон Дафваххе!

- Лэмия Артстарес… Космическая путешественница.

- Знакомая фамилия... Кстати, космическая путешествинница очень ладно говорит по-русски. Вы полиглот? – не унимался кот, натираясь мохнатыми усами о лодыжки богини.

- Да. Можно и так сказать…

- Семён! – я поднял кота на руки: - Не смущай гостью! Она тут, чтобы помочь нам.

- Монифик… - проурчал сгусток мохнатой тьмы и тут же затарахтел.

- Значит, сейчас разберёмся с последствиями! Нужно подсчитать все потери. Проверить всех раненых и обеспечить им надлежащий уход, а потом…

- Господин Осокин! – со стороны транспортировочного вагончика в мою сторону бежала низенькая блонди-барашка с очень злобным, но милым личиком: - Господин Осокин!

- Да, я тут.

- Срочно нужна ваша помощь! Ворон высосал из раненых почти всю жизненную энергию. Маги не справляются! Вы уже проходили энергетический перегруз в Полимаге?

- Проходили. Ведите меня к ним! – я отдал кота Лэмии: - Сиди тут! Я сейчас закончу и заберу тебя. Георгий Викторович! Проследите, чтобы гостья не заплутала, куда не надо.

- Есть! – отрапортовал Князев и повёл богиню к центру управления.

- Скорее! – овечка бесцеремонно схватила меня за руку… Вот это сжатие! А затем потащила за собой к транспортировочному вагончику: - Люди умирают! А вы тут лясы точите!

- Вообще-то, я был занят там внизу убийством Ворона.

- Так поговорить и потом можно! Вы должны были сразу обратиться к старшему по раненым, чтобы узнать информацию… - недовольно бурчала блондиночка с закруглёнными рожками.

- Простите, как вас?

- Монро. Монро Симонова.

- О… Фамилия, как у Бориса!

- Это мой старший брат, который… - Монро кинула в меня взгляд, полный ненависти: - Впрочем, неважно! Помогите людям и всё.

Мы быстро поднялись к выходу, который теперь напоминал крупный лунный кратер.

- Ох, слава богу… - с облегчением выдохнули целители, которые уже сами лежали на койках: - Нам немного не хватило, Ваша Светлость!

- Сейчас поправим. Есть, у кого ручка? Хотя бы шариковая… Ну, или карандаш на худой конец?

- Вот! – один из медиков протянул мне старую задрипанную ручку синего цвета.

- Благодарю. – нарисовав конструкт энергетической перегрузки, я вопросительно взглянул на злобную овечку.

- Вон, там. – она тыкнула на Гришу – молодого бычка, который лежал без сознания.

- Что ж… Понеслась!

Примерно три часа у меня ушло на то, чтобы откачать тридцать ребят в тяжелом состоянии. Благо, что Семён подключился к работе, иначе на это ушла бы вся ночь.

А потом пришло время для самого грустного… В бойне мы потеряли двенадцать дронов и семь бравых рогатиков.

Не зря Мерлин перевёл мне свой миллиард. Ой, не зря!

Семьям погибших точно понадобится материальная поддержка.

***

Девичьи слёзы – это секретное оружие массового поражения для мужчин. Они способны растопить любой лёд. Пощекотать душу… А иногда и затуманить рассудок.

Видимо, это, какая-то древняя мужиковая привычка. Мол, если женщина плачет, значит что-то случилось и нужно срочно её успокоить…

Однако, для меня девичьи слёзы сегодня разделились на две категории.

- Деда!!! – Галчонок пулей вылетела из подъезда и набросилась на Николая Константиновича. Ей было плевать, что сейчас он больше напоминал шахтёра, который только вылез из шахты – весь в пыли и грязи. Единственным элементом, напоминающим о том, что перед нами стоял Человек-Комета – были огромные кляксы засохшей крови на оранжевом костюме, по которым во всю струились слёзы.

Те самые девичьи слёзы радости и счастья, что с близким ничего не случилось.

- Всё хорошо, Солнце! Я живой… - от Николая Константиновича исходило такое доброе и уютное тепло, что мы с Семёном, Лэмией, Голубикой и Ириской даже умилились.

- Больше никогда так не делай! Понял? – Галчонок только перестала плакать и очень строго посмотрела на дедулю: - Ещё хоть раз ночью сбежишь…

- Постараюсь не убегать. Ты же меня знаешь.

- Знаю. Поэтому – я поставлю на окна решётки! – блондиночка перевела жуткий взгляд «мамочки-гиперопекунши» на меня: - О! Ещё один… Фёдор Александрович! А идите-ка сюда на минуточку…

- Да мне и тут хорошо. – опасливо сглотнув, улыбнулся я, чувствуя себя Святославом – тем самым фиктивным хозяином Ириски, который едва не наделал в штаны из-за представления пушистой актрисы.

- А, вы… Всё-таки… подойдите.

- Фёдор Александрович… Придётся. – вздохнул Человек-Комета: - С Галчонком в таком состоянии лучше не спорить.

- Не, я просто вас привёз. А мне пора дальше. Столько дел впереди!

Увы, блондиночка ждать не стала и шустро подлетела ко мне, после чего стиснула в очень крепких объятиях:

- Спасибо, Фёдор Александрович… - тихо прошептала она: - Он вернулся только благодаря вам. Спасибо… Я не знаю, как это объяснить. Просто почувствовала… В общем, спасибо вам от всей души!

- Я не мог поступить иначе. Николай Константинович – мой друг.

- Понимаю. – Галчонок, наконец-то, отпустила меня: - А, что касается вашего беспечного поведения на заводе…

Вот теперь на меня вновь смотрела истинная «мамочка-гиперопекнуша».

- Ой, у меня телефон звонит… Увидимся утром! – увернувшись от очередного броска нашей озверевшей бухгалтерии, я быстро шмыгнул в «Мерседес»: - Валим! ВАЛИМ!!!