Евгений Бергер – Очень приятно, Царь! Блюдо второе (страница 42)
—
На этот раз за меня болело уже примерно сорок процентов зрителей в зале. А неплохо! Так сказать: «Эволюция, Феликс».
На последних строчках я специально повернулся к тем, кто кричал всякие гадости и приветственно развёл руки в стороны. Негатив только усилился! Ах, обожаю горелые филеи хейтеров по вечерам… Хотя, чего уж там? Я их обожаю круглосуточно!
— А в красном углу нашего кулинарного ринга… Императрица сладостей! Круглая отличница ещё с гимназии. Глава сообщества кондитеров. И просто великолепная красотка нашей академии… — Энтони едва не задохнулся, когда всё это выкрикивал: — Непревзойдённая… ИЗО-О-О-ОЛЬДА ЗВОНАРЁ-Ё-ЁВА!!!
Грянули мощные басы из песенки «Battle Royale» от Apashe и Panther. Ох, что потом началось…
Сперва ровным шагом вышли девочки в блестящих купальниках для фигурного катания с огромными цветастыми веерами в руках. Конечно же, в воздух выстрелило, что-то типа конфетти. Но присмотревшись, я понял, что это настоящие лепестки роз!
И только после этого на арену вышёл целый отряд накаченных молодцев, которые несли здоровенный паланкин с открытым верхом… Это такая специальная платформа, а иногда кабинка без колёс, в которых перевозили знать в Древнем Китае, Древнем Египте и Восточной Европе 16 века.
Весь паланкин был украшен белыми лилиями. И, что-то мне подсказывало, что они нифига не искусственные.
На платформе в положении полулёжа расположилась Изольда. На её волосах был огромный цветочный венок, а легкое летнее платье окружал белый прозрачный плащ с вшитыми бутонами пионов.
— Ой, ну царевишна! — усмехнулся Корягин: — Вечно такая вся на пафосе. Силуянов, а ты что ска… Силуянов⁈
— Фу! Слишком броско и фривольно. — покраснев, словно помидор, ответил Эдик.
— Что с тобой? — удивился Колян.
— Да это у него настроение приподнялось. — хохотнул Венчик.
И самое главное, что, когда Изольду вынесли — зал взорвался ещё громче, чем от Силуянова. У меня даже создалось впечатление, словно главная звезда академии, это именно старшая Звонарёва, а вовсе не Госпожа Симонова. Которая, кстати, опять восседала в своей стеклянной комнате с крайне недовольным видом.
А Изольда аккуратно сошла с паланкина, и закружившись, отцепила от себя длинный прозрачный плащ. Девочки с веерами тут же подобрали невесомую ткань и унесли обратно в коридор.
— Скажи честно, ты впечатлён? — поинтересовалась Изольда, смотря на меня максимально надменным взглядом.
— Видел и лучше.
— Какая очевидная ложь. Что ж, это был мой прощальный подарок. Будь благодарен, ибо в последний раз, когда ты готовишь в этом зале — увидел самую прекрасную девушку в мире.
— Последний раз? Сильно сомневаюсь. — я поставил бутылку медовой настойки Горка на столешницу: — Боюсь, этим всё не закончится.
— Надежда — единственное, что нельзя отобрать у человека. — усмехнулась Изольда, и сняв свой здоровенный венок из цветов, так же начала приготовления.
Пока Энтони представлял Овечкина, Марику и Профессора Коновалова, я успел разложить все необходимые ингредиенты и столовые приборы.
— ПОЕХАЛИ!!! — крикнул ведущий.
Быстро приготовив коржики, я принялся собирать свой торт. По сути, осталось только порубить обрезки для обсыпки и спрятать то, что получилось — в холодильную камеру. И всё бы ничего, но сладковатый аромат от карамелизованной розы заставил обратить внимание на Изольду. О, эта хищная улыбка и уверенный взгляд, будто всё уже решено — были идеальными приправами к моей победе.
— Я готова! — произнесла Госпожа Звонарёва и направилась к арбитрам с подносом на котором стояли очень красивые пирожные «Корзиночка».
Такие, как правило, делали из песочного теста, белкового крема и фруктового повидла.
Помню, пробовал их у дракона, который очень любит кофе. Конечно же, я был на седьмом небе от невероятного вкуса!
Однако, это очень посредственный десерт. Ну, предположим, добавила она в повидло розовый сироп. Это же не сильно отразится на вкусе.
— Прошу! «Корзиночка» в моем идеальном исполнении. — произнесла Изольда, поставив поднос на стол перед судьями.
— Выглядит миленько! — улыбнулась Марика, и взяв пирожное, тут же попробовала крем.
Нежный розовый аромат практически мгновенно окутал большую часть зала. И он не бил мощным медовым апперкотом, как мой медовик. Он ласково поглаживал, словно влюбленная в тебя девушка… А затем без лишних слов вы сливались во французском поцелуе.
— Госпожа Кольцова! — Овечкин с ужасом взглянул на Марику, которая вся покраснела от смущения: — Держите себя в руках!
— Я стараюсь… Просто… Это так нежно и вкусно! Эта «Корзиночка»… Она подобна первой любви! О, боже… Меня накрывает розово-фруктовыми волнами!
— Текстура белкового крема очень приятная. Видно, что Госпожа Звонарёва потратила большую часть времени, чтобы его взбить. — спокойно произнёс Профессор Коновалов, который каким-то невероятным образом успел скинуть с себя пиджак и расстегнуть две пуговки у ворота рубашки.
— Это невозможно!!! — Овечкин тоже сидел весь красный: — В чём секрет столь глубокого вкуса⁈ Розовый сироп не сможет дать такую тонкую сладкую нотку…
— А это и не сироп вовсе. — с усмешкой ответила Изольда: — Я сделала легкий отвар, чтобы получить лишь часть аромата розы. А всё остальное — легкая эмульсия из вишни «Тамарис» и крымской черешни. Конечно же, всё сделано из натуральных продуктов!
— Вишня и черешня усиливают вкус отвара из розы… И придают легкую сладость с кислинкой! Но я так и не понял, а из чего повидло? — поинтересовался Коновалов, который несмотря на спокойный тон тоже весь покраснел, словно смущённая школьница.
— Это повидло из яблок и груш. Я использовала «Медуницу» и «Кафедральную» грушу.
— Погодите… — Овечкин незаметно схомячил ещё одну «Корзиночку»: — Я знаю вашу особенность! Вы стараетесь не использовать белый сахар. Но тут… Тут же он явно есть?
— Ни грамма. — уверенно заявила Изольда: — Всё, что вы сейчас почувствовали — сладость ягод и фруктов. Не более того.
— Вот это профессионал! — пухляш едва не кувыркнулся из-за стола, чтобы пожать старшей Звонарёвой руку: — Высший балл!
— Арбитры в восторге! — объявил Энтони: — Что ж, похоже Искандеру будет очень несладко!
— Фу-у-у-ух… Это было очень сладко! — выдохнула Марика, превратившаяся в натуральную пюрешку: — Ждём ваше блюдо, Господин Цареградцев.
Глава 17
— Ситуация слишком опасная! — с волнением произнес Энтони: — Сейчас все зрители в ожидании, что же будет дальше? Фурор или позор? Искандер! Мы ждём тебя!
— Что за надменная ухмылочка? — Изольда сузила глаза и подошла с тарелкой ко мне: — О, как же я хочу содрать её с твоего лица… На! Отведай истинную пищу для гурманов. Это то, что подают в райских кущах на фуршете. Я хочу, чтобы ты знал, насколько опрометчиво было бросать мне вызов. — Звонарёва схватила меня за руку и тихо прошептала: — Никто не смеет ставить на кон мою сестру. Понял? Никто. Я тебя зарою. Сегодня. Здесь и сейчас. И ты больше никогда не подойдёшь к плите. Тебя даже посудомойкой никто не возьмёт… Жалкий выскочка!
— Всё сказала?
— Ещё нет. — принцесска сделала два шага назад: — Я хочу, чтобы ты попробовал на вкус своё ГЛАВНОЕ поражение в жизни. Давай! Я хочу увидеть твои жалобные глазки перед тем, как ты пойдёшь выносить своё недоразумение на оценку арбитрам.
— Как скажешь, детка. — я взял «Корзиночку». Ощущение, словно она совершенно ничего не весила. Воздушная… И такая притягательно ароматная.
Всего один укус отправил меня на… крышу японской школы? Причём, небо было нежно-розового оттенка. Закат уже начался. Апрельский прохладный ветерок обдувал мои волосы, пронося мимо розовые лепестки сакуры.
Внутри всё съежилось от странного и крайне необычного предвкушения! А ещё это накатывающее волнение… И чувство, словно в животе запорхали бабочки.
— Кирито-кун… — окликнул меня звонкий, но в тоже время слегка застенчивый девичий голосок.
— Да-да? — я повернулся и увидел милую девчушку в школьной форме. Такая типичная длинноволосая брюнетка-старшеклассница из аниме: — О! Амакуса-сан… Ты реально пришла?
— Думаешь, я могла иначе? Ведь… мы же с тобой друзья… — смущённо покраснев, ответила Амакуса.
— И то правда. — слово «друзья» очень неприятно кольнуло моё сердце, но надежда всегда умирает последней: — Знаешь, сегодня очень красивый закат!
— Согласна. — она подошла ко мне и мило улыбнулась: — Слушай… А ты…
— Да-да?
— Нет. Ничего… Просто, вспомнила, что синоптики обещали дождь. А на небе не облачка.
— Точно… Они те ещё врунишки… — ляпнул я, пытаясь найти в себе силы, чтобы осуществить задуманное.
Год… Целый год все мои попытки сообщить Амакусе о своих чувствах с треском проваливались. Нам постоянно, что-то мешало. Но сегодня я обязан признаться! Это мой долг, как настоящего мужчины…
— Знаешь, Амакуса-сан…
— Почему так официально? Можно же просто — Тодокора. Или Тодо-чан, как ты меня любишь называть. Просто… меня немного пугает, когда друзья называют меня по фамилии…
— Да, Тодо-чан. Прости, я сегодня немного замотался… Задания были сложные… Ещё и домашку задали, как на неделю…