Евгений Бергер – Наследник Тени. Том II (страница 30)
— Ходят слухи, что дампиры умеют читать мысли, однако учёные мужи ещё не смогли это доказать.
— Продолжай.
— Дампиры очень привязаны к родителям и прочим сородичам. А также, крайне злопамятны и мстительны. Если на их глазах убить сородича или предка — кровной мести не избежать! Доктор Сламон утверждает, что вампирская сущность в любом дампире — возведена в абсолют. И если обычные вурдалаки всегда стремятся к мести, то дампиры будут стремиться к мести ещё сильнее, превращая её в навязчивую идею.
— Так.
— Как отмечает Доктор Сламон — при всех своих уникальных особенностях, дампиры очень редко внешне отличаются от людей. Но в записках путешественника Хогана есть упоминания, что у некоторых дампиров бывает уникальная белоснежная кожа и ярко-красные глаза. Дампиры — существа нелюдимые. Обществу предпочитают одиночество. Селятся на отшибах. И стараются лишний раз не пересекаться с людьми. Исключением могут стать, разве что — слуги. Или как их называет Доктор Сламон — агнецы.
— Великолепно…
— Но в учебнике есть примечание, что «агнец» — это неправильный перевод. Скорее — это марионетка. То есть, кукла, которой управляют. А ещё, чтобы не попадаться на глаза и избежать подозрений в свой адрес, дампиры зачастую притворяются болезными и трагически обделёнными судьбой. Умеют втираться в доверие к невинным, а также давить на жалость. Для того, чтобы вычислить дампира в поселении — необходимо проверить кустарники и деревья семейства Лацинии. А так же — стоялую воду. Всё дело в том, что от дампиров исходит особая энергия, которая влияет на корневые системы кустарников и деревьев семейства Лацинии.
— Это как?
— Коренья быстро сохнут, а растения умирают. Так же Доктор отмечает изменение состава стоялой воды в городах и селениях, где живут эти загадочные существа.
— Эм-м… — шестерёнки в моей голове закрутились ещё быстрее. Я не мог поверить… Однако у меня, наконец-то, получилось взять и сложить два и два: — А с чего ты решила почитать про дампиров?
— Как же? Господин Гриндл — наместник Аркенстрока, является одним из самых известных охотников на вампиров! А ещё он уничтожил Клан Валессо. Эти древние вампиры запомнились далеко не только своим влиянием на всём северном побережье, но и тем, что Королева их Клана завела отношения с обычным человеческим мужем.
— Так… — с ужасом сглотнув, ответил я, чувствуя, как на моём лбу выступает пот.
— У них родилась девочка-дампир. Иония Валессо! И Господин Гриндл благополучно казнил Королеву, а затем вырезал весь Клан Валессо. В живых остались только возлюбленный Королевы и их маленькая дочка-дампир. Увы, ходит слух, что мужчина очень скоро умер от болезни. А про маленькую девочку-дампира, никто ничего не слышал. Говорят, охотники пытались выйти на её след, но… Господин? Господин⁈ Вы чего⁈
Пошатываясь, я сделал два шага назад. Мысли роились в моей голове… Сердце неистово стучало.
Ярко-красные глаза. Кожа белая, словно снег… И такая добрая, невинная, но при этом — наверняка фальшивая улыбка.
Выхватив шпагу, я внимательно осмотрел клинок. Сталь… То, что нужно!
— Долл! Ты гений.
— Что? Вы это о чём? — кукла спрыгнула с бочонка и с непониманием взглянула на меня.
— Передай Госпоже Слэйт, что я всё понял. И больше такого не повторится. — строго произнёс я, а затем со всех ног помчался обратно в город.
Времени у меня осталось совсем немного…
Прокручивая в голове не самые лучшие сценарии, я уже представлял, как буду драться один на один с Вандой. Причём, меня сейчас выставили таким идиотом перед самим собой, что даже ослик Бенджамин казался победителем «Своей игры».
Анна прямым текстом сказала, что Бледноликая общается с Дорианом. Ну, конечно, дампирша прекрасно понимала, где лежит яйцо. Развела юнца, как два пальца об… асфальт.
Ванда стояла рядом с нами, когда Дориан рассказывал, что кроме скорлупы, его лучшего друга может убить энергетический самоцвет из покоев Царицы горных фей. А когда проклятую дампиршу заклинило… Конечно же, в этот момент она управляла Гарцем.
А что касается воришки…
Гарц идеально подходил на роль агнца-марионетки, который сделает всю грязную работу.
Жестокие теракты мало того, что поселили в народе сомнения, так ещё и серьёзно снизили лояльность к наместнику. Конечно же, большая часть стражи, которая должна охранять поместье — искала вора.
Единственное, что Ванда не учла — появление группы Госпожи Слэйт. Да и то, как же красиво она заливала нам в уши…
Хотя, теперь мне кажется, что Эйра всё знала с самого начала. Но, почему не прибила мерзкую тварь сразу⁈ Не понятно.
Забежав в паб, где сидел Саймон, я оглядел посетителей.
— Не подскажите, где хозяин шахт?
— Саймон? — перебинтованный бармен поднял на меня покрасневший глаз: — Ушёл, как завал разобрали.
— А вы не знаете, где он может быть сейчас? Дело важное!
— Скорее всего, в покоях Госпожи Эфирелы. Ему не слабо досталось… Наверняка зализывает раны.
— А где покои Госпожи Эфирелы?
— Чуть дальше, вверх по улице. Фиолетовое здание, отдалённо напоминающее гриб. Явно не пройдёшь мимо, охотник.
— Благодарю! — кивнув, я пулей устремился на улицу.
Здание, отдалённо напоминающее гриб? Очень надеюсь, что у нас с барменом идентичные представления об этих живых организмах.
— Господин Охотник! — юная красавица поприветствовала меня.
— Ага… — кивнул я в ответ.
— Господин Охотник! — на встречу вышел широкоплечий мужчина и крепко пожал мне руку.
— Да-да…
— Господин Охотник. — бабуля окликнула меня и махнула рукой.
— Ага!
И так повторилось ещё раз двадцать. Тяжко быть городской знаменитостью.
А затем я вновь встретился с хорошей новостью и плохой… Как и всегда.
Хорошая заключалась в том, что покои Эфирелы реально были похожи на здоровенный фиолетовый гриб. Его нельзя не заметить!
А вот плохая новость… Несколько стражников лежали на вымощенной камнями дорожке. И, что-то мне подсказывало, что их хорошенько побили. Возможно, даже ногами.
— Новичок… — прокряхтел Саймон, вывалившись из прохода.
— Что с тобой⁈ — я тут же бросился к хозяину шахт: — Где Эфирела⁈
— Побежала за этой тварью… — выдохнул бедолага.
— Дампирша украла алазит?
— Ага… Бес его знает, зачем он ей сдался? Просто налетела ураганом! А ведь я столько раз видел её… Чертовка! Обманула меня!
— Она обманула всех. Ты справишься?
— Да… Меня потрепало, но не сильно. С Госпожой Слэйт у меня бывало и похуже. — усмехнулся Саймон, а затем вручил мне камень со светящимся символом: — Вот! Сожми в кулаке, а потом ушатай этой твари по роже! Да со всей силы… Чтобы знала, как нападать на меня и Эфи…
— Благодарю! Я защищу твою девушку.
— Она моя жена.
— Супругу… Ладно! Крепись! — я спрятал волшебный артефакт от «Писечки» в карман: — Если встречу по дороге целителя, то пошлю сюда.
— Да… Было бы славно…
Конечно, меня можно было назвать типичной «обиженкой» на весь женский мир. Но как же меня дико раздражали… Нет, я бы даже сказал: «БЕСИЛИ» обманщицы.
Однобоко? Да. Немного по-сексистски? Естественно! Но ложь от мужиков воспринималась, как… что-то нормальное. Привычное. Мол, они всегда так делают. У них свои игры. Свои цели. Свои желания.
Однако, когда врала девушка… В моей душе тут же начинали скрести кошки. Женская ложь воспринималась мной, как клинок, вставленный в спину.