Евгений Беллард – Затерянный город свободы. Возвращение (страница 6)

Мартин смертельно побледнел и через паузу пробормотал:

– И что это не так?

– Разумеется, нет. Это фикция, мыльный пузырь. Но как я это сделал – моя коммерческая тайна.

Конечно, Фрэнк не стал рассказывать, что с помощью своего друга-хакера, Лео Макконела запустил в Интернет слухи о нескольких бестселлерах, по популярности находящихся на втором после Корана. Оплатил рекламу самым популярным блоггерам, которые ненавязчиво предлагали прочитать «великие» творения, издававшиеся процветающим издательством «Белые страницы». Лео создал в Сети фальшивые блоги, в которых не существующие люди обменивались бурными впечатлениями об этих книгах. Фрэнк даже не понял, почему на это фуфло купилось столько людей. Ему удалось сделать два миллиона на продаже акций издательства, которое якобы издавало несуществующие бестселлеры. И он считал это самым отвратительным поступком в своей жизни. И никогда не смог справиться с виной перед другом.

Фрэнк отправился в библиотеку, опять засев за подшивки газет, чтобы подробно изучить фондовый рынок. Он обладал великолепной памятью, аналитическими способностями, поэтому быстро запоминал, просчитывал тенденции, математические модели. Все это не имело никакого значения, главным было узнать реальную информацию о состоянии дел всех компаний города. На следующий день он приехал на биржу, которая располагалась рядом с площадью Атлантов в большом, нелепом здании с квадратными колоннами, над которыми возвышалось странное сооружение из темно-серого камня с маленькими окнами-бойницами. Новичка здесь приняли не штыки, но равнодушно. Стрекотали телеграфные аппараты, брокеры выкрикивали цифры. Вечером, после закрытия Фрэнк ушел с чувством, что большие собаки считают его маленькой шавкой, которая путается под ногами, но, в сущности, мало мешает. Вложив десять тысяч, на следующий день он потерял три, на следующий день – еще пять. Но через некоторое время Фрэнк начал понимать, что, поскольку никакого контроля со стороны административной системы не существует, цены акций существующих компаний оставались пассивными, скакали вверх и вниз акции компаний-однодневок, которые торговали непонятно чем. Деньги появлялись и исчезали из воздуха. Теория волн Элиота, которым чаще всего подчиняется ситуация на любом рынке, здесь не работала. Существовала несколько конкурирующих групп, которые управляли ценами. Фрэнк понял, что входя то в одну, то в другую группу можно почти без потерь выходить из любой операции. Поначалу это стоило ему немалых денег, но затем он, наконец, сумел понять законы. Минимизировав свои потери, каждый раз закрывал свои позиции с прибылью. Но дело продвигалось медленно, чтобы занять высокое место, нужно было получить быстро как минимум миллион, и Фрэнк продумал и организовал несколько мошеннических схем, послуживших разорению нескольких банков и крупных брокерских контор. Фрэнк устраивал все через подставных лиц, но прекрасно понимал, что нажил себе огромное количество врагов, которые в небольшом городе его «вычислят» и отомстят. Он не стал покупать страховку. Потому что понял, что их деятельность мало похожа на защиту жизни и здоровья клиентов.

Фрэнк вернулся домой, виллу на берегу озера. Участок стоил безумных денег, поэтому здесь мало, кто мог позволить себе жить. Всегда существовала опасность нападения воров, поэтому Фрэнк создал невидимую, но очень эффективную защиту против непрошеных гостей. Она не закрывала прекрасный вид на озеро, в котором отражались деревья и горы на другом берегу, но позволяли легко ликвидировать любого, кто посмел бы без разрешения приблизиться к вилле ближе, чем на сто метров. Фрэнк прошел в прихожую, просмотрел почту. И выбросил все приглашения в мусорную корзину. В последнее время он все сильнее ощущал тупое равнодушие. Вытащил бутылку скотча и, усевшись в кресло, закрыл глаза.

– Мистер Форден, – услышал он голос горничной Аманды. – К вам пришел мистер Бейли. Он хочет поговорить с вами.

– Не знаю никакого мистера Бейли, – бросил устало Фрэнк. – Пусть убирается ко всем чертям.

Через паузу Аманда, чуть заметно волнуясь, повторила:

– Мистер Бейли говорит, что ему очень нужно. Вопрос жизни и смерти.

Эти напыщенные слова вдруг рассмешили Фрэнка, и он решил увидеть наглеца, который под таким глупым предлогом собрался проникнуть к нему. Он включил защиту третьего уровня – «защитный барьер», который прозрачной стеной огородил его от посетителя. Защита первого уровня обволакивала все тело невидимой, пуленепробиваемой пленкой, но требовала огромных энергетических затрат.

В комнату прошел невысокий, худощавый человек, в поношенном, темно-сером костюме, его вытянутое лицо с печальными, круглыми глазками выражало полное отчаянье. Редкие кустики волос топорщились на голове, в руках он мял старую, поношенную шляпу.

– Мистер Форден, я пришел к вам, чтобы просить, – начал без всяких предисловий мистер Бейли. – Просить вас не уничтожать мою компанию. Пожалуйста, если цена акций еще упадет, я разорюсь.

Фрэнк удивленно взглянул на посетителя. За то время, как он провел на бирже, участвую во многих махинациях, разорилось не меньше десятка компаний. Пара владельцев застрелилась на его глазах. Один принял яд и умер в страшных мучениях. Фрэнк поморщился, вспомнив, как умирающий залил фиолетовой пеной весь пол.

– И мне что до этого? – поинтересовался Фрэнк. – Ну и разоритесь. Это ваши проблемы. Вы думаете, что есть причина, по которой я вдруг решу вам помочь?

Фрэнк подумал, что Бейли упадет на колени, начнет умолять, просить, воздевать руки. Но он тихо сказал:

– Я знаю, это глупо. Но мне почему-то показалось, что вы не такой, как все. Простите, я ошибся.

Он развернулся, чтобы уйти. Фрэнк взглянул на его сгорбленную спину и вдруг спросил:

– Мистер Бейли, что делает ваша компания?

Гость обернулся, в его глазах появился проблеск надежды.

– Автомобили, – быстро ответил он. – Мы выпускаем легковые автомобили. Нам очень трудно конкурировать с другими компаниями, но некоторым наши машины нравились, – закончил он совершенно упавшим голосом.

Фрэнк так быстро выскочил из-за стола, что ткнулся лбом в защитную стену, и грязно выругавшись, выключил ее.

– Мистер Бейли, сколько стоит ваша компания. Реально?

– Восемьсот тысяч, – ответил Бейли. – Стоила. Сейчас около трехсот. Вы хотите купить?

– Я хочу посмотреть ваш завод, – ответил Фрэнк.

Бейли удивленно взглянул на него и пробормотал:

– Я не хотел бы продавать… Вы ведь закроете его? Люди останутся без работы.

– Нет, я не собираюсь закрывать. У меня другие планы, – произнес Фрэнк с улыбкой. – Ну, идемте.

– Вы хотите прямо сейчас посмотреть? – удивился Бейли. – Сейчас поздно, все закрыто.

– Ладно, завтра утром. Где находится ваш завод?

– Около площади Меркурия. Мистер Форден, вы не будете понижать цены моих акций? Пожалуйста.

– Не буду, – ответил Фрэнк, хотя понимал, что это совершенно невыгодно. Когда можно уронить цены и скупить почти даром.

На следующее утро, он отправился на площадь Меркурия. Он всегда ездил один. Считал, что телохранители лишь расслабляют и от них мало толку. Увидев проходную завода Бейли, Фрэнк ощутил, как от воспоминаний сжалось сердце. Это чем-то напоминало завод Роджера, хотя само помещение было меньше, но расположение цехов, внешний вид здания почти не отличался. Фрэнк прошел в сборочный цех, ухмыльнулся, увидев конвейер. Рабочие бросали на него злые, раздраженные взгляды и опять углублялись в работу. Видимо, они уже знали, что скоро у компании появится новый владелец.

– Мистер Бейли, позовите мне главного инженера, пусть расскажет о работе вашей компании.

Бейли удивленно воззрился на него и пробормотал:

– Мистер Форден, зачем вам это нужно?

– Боитесь, что я украду ваши секреты? – поинтересовался с улыбкой Фрэнк. – Просто хочу понять уровень вашей работы. И что можно изменить.

Бейли ошарашено посмотрел на биржевого спекулянта, который интересовался производством автомашин и через паузу сказал:

– Хорошо, мистер Форден. Я позову.

Фрэнк прошел за ним в кабинет, где стоял большой круглый стол из красного дерева, окруженный стульями со спинками, обитых зеленой кожей. Через четверть часа в кабине зашел полноватый мужчина в белом халате, средних лет с намечающейся лысиной, и представился:

– Пол Дженкинс, главный инженер.

– Расскажите мне о вашей работе. Что вы выпускаете, о сериях, о новых и старых разработках.

Дженкинс удивленно посмотрел на Фрэнка, хотел что-то возразить, но осекся. Сел за стол и начал рассказывать. Когда он закончил, Фрэнк вытащил из кейса пачку бумаг и, протянув Дженкинсу, спросил:

– Скажите, насколько трудно будет перевести производство на выпуск подобных моделей?

Дженкинс осторожно взял из его рук чертежи, развернул, углубился в них. Через десять минут, он поднял глаза на Фрэнка, в глазах светилось плохо скрываемое восхищение.

– Если это действительно можно сделать, это гениально. Чья эта разработка, мистер Форден? Если можно заполучить этого конструктора…

– Это моя разработка, – сказал спокойно Фрэнк. – Но это так, лишь эскизы. Я представлю вам нормальные чертежи, марки сплавов.

Он вдруг ощутил легкий приступ дежа-вю. Год назад он также сидел в почти похожем зале и разговаривал о создании нового двигателя с мастером цеха и главным инженером. Ему так и не удалось воплотить идею в жизнь. Арест, смерть, воскрешение. Вернувшись в исходную точку, Фрэнк потерял абсолютно все. Стоило ли начинать вновь? Ради кого? Роджера больше нет. Нет Эдит, Берты. Нет никого, ради кого стоило что-то делать. Но неожиданно просидел до позднего вечера за чертежами, ощущая упрямое желание творить назло жестокому миру. Когда глаза начали слезиться от усталости, и в комнате стало темнеть, Фрэнк встал, пощелкал выключателем и понял, что просто хуже видит из-за того, что впервые за пару месяцев сидел целый день, смотря в одну точку. Он сложил чертежи, закрыл дверь. На заводе уже никого не осталось, горела лишь пара тусклых лампочек, и Фрэнк чуть не расшиб нос, пробираясь к выходу.