Евгений Беллард – Затерянный город свободы. Возвращение (страница 2)

– Совершенно верно. Ни левых, ни чернокожих, ни какой-либо другой швали. Мне импонируют ваши взгляды, – проговорил удовлетворенно Захари, сцепив пальцы на животе. – Так, так, у вас несколько судимостей. Бутлегерство, киднеппинг, вооруженный грабеж. Ого, непредумышленное убийство первой степени, – закончил Захари с явным одобрением.

Злая ухмылка искривила губы гостя.

– Заказчик попался капризным, – пояснил тот. – Но зато я приобрел влиятельные знакомства. Но ближе к делу, мистер Захари. Что я получу за свои бабки? Имеет мне смысл все бросать и тащиться в такую даль?

– Вы получите хороший дом, первоначальный капитал. Обмен ваших денег десять к одному. И никакого преследования полиции. Я вижу вас разыскивает Интерпол, – отметил Захари, лицо собеседника презрительно скривилось. – И запомните, вы никогда не сможете вернуться, – добавил он, бросив пристальный взгляд, пытаясь понять, какое впечатление эти слова произвели на него. – Даже, если будете испытывать сильную ностальгию.

– Это то, что нужно, – быстро ответил гость. – По «техасскому коктейлю» я вряд ли когда-нибудь соскучусь. Когда отправляться? – деловито поинтересовался он.

– Когда завершите дела здесь, – ответил Захари.

Гость рассмеялся коротким, злым смешком и бросил:

– Я здесь все закончил. А начинать не стоит.

– Через неделю из Города отправится теплоход. Теперь одна из кают «люкс» принадлежит вам, мистер Форден, – торжественно проговорил Захари, подавая собеседнику пакет документов в изящной кожаной папке.

Когда гость ушел, Захари раздвинув жалюзи, незаметно понаблюдал, как Форден садится в Каддилак CTS-V с затененными стеклами, и удовлетворенно подумал, что не ошибся в этом человеке. В таких они очень нуждались. Наглых, волевых, идущих на пролом, плюющих на общественное мнение.

Фрэнк стоял на палубе, облокотившись на перила, поежился, утро было промозглым, серым, прохватывал неприятный ветер. Закашлялся, и застегнул куртку до горла. Вытащил сигареты, но ощутил, что курить совсем не хочется. Ржавая посудина, пропахшая тухлой рыбой, совсем не походила на красавец-теплоход, который ему обещали. Хотя отдельную каюту, маленькую и тесную, он все-таки получил, в отличие от своих товарищей по несчастью, которые сидели кучей в тесном трюме, как селедки в бочке. Он держался особняком от них, но они тоже не жаждали познакомиться с мрачным типом в черных очках, которых он не снял, хотя солнце пряталось в темных, низких облаках.

– Привет, – услышал он чей-то голос.

Фрэнк недовольно обернулся и увидел молодого блондина с простоватым, округлым лицом и носом-картошкой. Судя по костюму – роскошному пиджаку с бархатным воротником, и светлым, хорошо отутюженным брюками, он тоже ехал в отдельной каюте.

– Борис Кайманов, – представился он. – Но зовите меня Бобби. Я так привык.

– Генри Форден. Можно – Хэнк. Вы русский? – поинтересовался Фрэнк.

– Да, – проронил молодой человек.

Фрэнк усмехнулся.

– Надо же. У меня отец – русский. И давно в Штатах?

– Нет. Лет пять. Хотел творить в свободной стране. Получилось плохо. Как думаете, нас там не поставят к стенке? – поинтересовался он.

– Не знаю, – честно сказал Фрэнк. – Но такая вероятность есть.

– Я живу в каюте неподалеку от вашей, – добавил Борис. – Давайте перекинемся в картишки. Не возражаете?

Фрэнк довольно кивнул. Они прошли в каюту молодого человека, которая казалась уютной и просторной. Борис достал колоду карт и спросил:

– Во что сыграем? В покер, преферанс, бридж?

– В преферанс, – ответил Фрэнк, ощущая поднимающийся в груди азарт.

Они сели за столик около окна, и начали игру. После первого круга, Фрэнк отвлекся, и обнаружил в вещах нового знакомого черный, кожаный футляр.

– Сакс? – спросил он. – Увлекаетесь?

Борис кивнул.

– Я – джазмен. А вы как к джазу относитесь?

– Уважаю. И люблю. Особенно Фрэнка Синатру, – ответил Фрэнк.

– А сами не пытались? – поинтересовался Борис.

– Мать мучила в детстве уроками на фортепьяно, так что при желании смогу заработать на хлеб себе таким путем, – усмехнувшись, объяснил Фрэнк.

– А, на самом деле, чем занимаетесь? – спросил Борис.

– Бизнесом, – честно ответил Фрэнк.

– Да? А говорили, что вы мафиози, – с улыбкой проронил Борис.

– Это одно и то же. Разница в том, попался или нет, – объяснил насмешливо Фрэнк.

– А вы попались?

– Пару раз, – бросил Фрэнк.

– Черт возьми, я опять остался при двух, – разочарованно проронил Борис. – Не знаю, какой бизнесмен, но игрок из вас отличный.

Он достал еще бутылку скотча. Разлил по стаканчикам. И, взяв один, сказал торжественно:

– Давайте выпьем за то, чтобы у нас там все получилось? Вы согласны?

– На брудершафт! – добавил Фрэнк, уже чуть заметно опьянев.

Выписывая ногами кренделя, Фрэнк отправился в каюту, когда уже было далеко за полночь. Доплелся до койки, и рухнул без сил, провалившись мгновенно в сон. И лишь ужасающий рев сирены заставил его проснуться. Находясь еще между сном и явью, Фрэнк отчетливо увидел сырые стены, по которым бежали струйки грязной воды, кандалы на своих руках и ногах, ощутил затхлый воздух. Вздрогнул и окончательно пришел в себя. Он по-прежнему находился в своей каюте, но теперь в иллюминатор бил яркий солнечный луч. Подхватив чемоданчик и пощупав вшитый в рубашку сверток, вышел на палубу. Пассажиры гуськом спускались по сходням вниз. С облегчением он вздохнул и огляделся. Над зданиями порта возвышались небоскребы из стекла и бетона, в воздухе пахло свежестью и цветущими липами. Его путешествие закончилось. Он быстро прошел к сходням и направился вниз. Всей толпой их загнали в тесный ангар, где не было даже стула. Солнце нагрело металлическую крышу, стало невыносимо душно и жарко. Фрэнк подошел к Бобби, стоявшему у стены, поприветствовал его. Бледный, измученный вид нового знакомого свидетельствовал, что тот очень растерян.

– Почему нас не выпускают? – срывающимся голосом спросил он. – Что с нами делать будут?

– Думаю, обычный контроль, – ответил спокойно Фрэнк. – Как на любой границе, для эмигрантов. Разве ты такого не проходил, когда в Штаты переехал?

– Нет. Иначе было, – проскулил Бобби. – Нас тут как рабов держат.

– Ну что же ты хочешь. Здесь особое место. Свои правила, – с горечью объяснил Фрэнк.

Бобби бросил на него испуганный взгляд. Фрэнк услышал, как называют его фамилию, одобряюще похлопал Бобби по плечу и пошел к выходу. Его провели в комнатку с узкими окошками у самого потолка. Здесь стоял стол, за которым сидел маленький, незаметный человечек с серой, ничем не примечательной внешностью, гладко выбритое лицо, маленькие глазки-буравчики, мешковатый фланелевый костюм. Фрэнк сел напротив и приготовился ждать

– Пол Келли. Проведу беседу, перед тем, как вы сможете обосноваться в городе. Вы читали это? – спросил он, показывая очень хорошо знакомую книгу с пафосным названием «Человек – разумный эгоист».

– Да. Очень внимательно, – ответил Фрэнк.

– Отлично. Поэтому вам будет очень легко понять, что в нашем городе приняты именно те законы, которые изложены в этой книге. Первое – в городе существует ничем не ограниченный свободный рынок. Вы можете покупать и продавать все, что душе угодно. Все взаимоотношения добровольны, вы свободны выбирать, что продавать, как и кому. Никаких ограничений в виде правительственных законов не существует. Правительственных органов тоже нет.

– А если я захочу открыть заведение, у кого разрешения получать? – спросил Фрэнк.

– Вы можете открыть что угодно, без всякого разрешения, вам не нужно получать лицензию на товары, которые вы хотите производить. Или услуги, которые хотите оказывать. Можете строить что хотите и как. Никакого контроля.

– Здорово! – воскликнул Фрэнк. – То, что нужно!

– В городе нет дорожных знаков – светофоров, пешеходных переходов, ограждений, линий разметки, ничего, что ограничивало бы вашу свободу, – продолжил Келли, не обращая внимания на комментарии.

– А дорожная полиция? – перебив его, поинтересовался Фрэнк.

Келли поморщился от бесцеремонности собеседника, но ответил:

– Никакой полиции. Вы сами следите за тем, как и где вы ездите, или ходите.

– А пьяным можно? – радостно спросил Фрэнк.

– Ну, если вам жизнь не дорога, – ответил Келли, скривившись. – Если вы собьете кого-то или столкнетесь с кем-то, разбираться будете сами. В городе есть несколько страховых компаний, которые обеспечивают защиту и помощь в разрешении этих вопросов.

– Круто! – воскликнул Фрэнк. – Именно об этом я всегда мечтал!

– Второе – никто не имеет права применять физическое насилие в отношении другой личности

– Как это? – изумился Фрэнк. – А если кто на меня нападет, я что должен как идиот стоять и не сопротивляться? – возмущенно добавил он.

– В случае самообороны вы можете нанести адекватный удар. Разрешается ношение любого оружия, которое вы можете себе позволить. Получать лицензию на него, естественно, не нужно. Третье – вы никогда никому не должны оказывать помощь безвозмездно. Это строго наказуемое деяние. Никакого альтруизма. В городе запрещена социальная помощь, благотворительность. Вы не имеете права никому помогать. Никогда. Вы хотите узнать почему?

Фрэнк равнодушно пожал плечами. Хотя ему очень хотелось узнать, с чем связаны ужесточение законов бывшего хозяина города – Алана Райзена, чью книжку ему все время совали под нос.