Евгений Базаров – Узел Горгоны (страница 5)

Вот уже неделю, как она подала объявление о продаже дачи, но ничего интересного в плане её покупки, пока не поступало. Писали в основном многочисленные риэлторы, которые склоняли её к заключению договора, но она отвечала всем одинаково. Предлагала им самим, без всякого договора найти покупателя, и лишь потом, заключить соответствующий договор. Делала она это потому, что представляла как работают риэлторы. Понаберут себе кучу клиентов обслуживать которых, у них просто не остаётся времени и если кто-то из покупателей без их участия, сам на них набежит, они получают свой процент с продажи недвижимости.

«Ничего, время ещё есть, да и если не успею её продать до стажировки, значит не судьба, пусть остаётся», – подумала Ирина и вышла из сайта.

Зазвеневший дверной звонок, заставил её вздрогнуть от неожиданности. Она уже совсем забыла какая у него установлена мелодия.

– Кого это нелегкая принесла? – удивилась девушка и надев тапочки, поплелась к двери.

– Вы кто? Что вам нужно? – спросила она через дверь глядя в глазок на двух незнакомых мужчин.

– Нам нужна Ирина Рудковская. Уголовный розыск, капитан Ерёмин, – представился один из мужчин и поднёс к глазку развёрнутое удостоверение.

– Что вам нужно? – снова спросила Ирина.

– Вы нам дверь откройте, мы вам объясним, – усмехнулся один из оперов.

– Ага, щас, делать мне больше нечего! Я таких удостоверений в воскресенье, могу целую авоську за сотню накупить. Повестку в почтовый ящик положите, я сама приду к кому я там понадобилась, – ответила девушка.

– Если вы нам не откроете, мы позовём понятых и взломаем дверь, – пригрозил Ерёмин.

– Ломайте. Я на вас в суд подам. Уходите или я сейчас милицию вызову.

– Вызывайте. Мы её тут подождём.

Рудковская подошла к домашнему телефону и набрала номер дежурного местного районного управления.

– Алло. Ко мне тут какие-то люди в квартиру ломятся, грозят дверь выломать, если я не открою. Говорят, что они из милиции, удостоверение в глазок показали, но я девушка одинокая, я их боюсь, пришлите наряд, пожалуйста.

Рудковская назвала свой адрес и снова подошла к двери. Опера словно приклеенные стояли перед дверью и никуда уходить не собирались.

– Эй, вы меня слышите? Сейчас наряд приедет, лучше сразу убегайте, а то потом хуже будет! – крикнула она через дверь и снова вернулась к телефону.

На похоронах её родителей, к ней подошёл старинный друг их семьи Осипов Анатолий Денисович.

– Не переживай, девочка, у твоего отца хорошие друзья и мы тебя в беде не оставим. Вот моя визитка, дай тебе бог, чтобы она тебе никогда не пригодилась. Но если что, звони мне в любое время дня и ночи.

«Осипов Анатолий Денисович. Адвокат», – прочитала тисненую золотом надпись на визитке, Ирина.

Именно Анатолий Денисович чуть позже и сделал Ирине это интересное предложение от имени «Перспективы», создать и возглавить её Сибирский филиал здесь, в Новосибирске.

– Спасибо, дядя Толя. Я постараюсь вас не напрягать, – поблагодарила она Осипова за визитку.

– Ну что ты! Я стольким обязан твоему отцу, что мне и жизни не хватит, чтобы рассчитаться с ним, хотя бы отчасти, – ответил мужчина. – Если бы ты знала, кем он был на самом деле, ты бы очень сильно удивилась.

– Ну так я вроде знаю, кем он работал, – сказала тогда девушка.

– У простого программиста из обычного, рядового института, не может быть таких счетов в иностранных банках, как у твоего отца.

– А у него есть счета за границей? – удивилась Ирина.

– Теперь, эти деньги принадлежат тебе, но лучше, чтоб об этом никто не знал. Всему своё время, девочка. Всему, своё время.

И вот сейчас, Рудковская набрала именно ему и рассказала о сложившейся ситуации.

– Ты правильно сделала, что вызвала милицию. Я скоро приеду. Если приедет наряд и попросит тебя открыть дверь, открывай, но в квартиру никого не впускай, жди меня.

Осипов прибыл на квартиру Рудковской одновременно с милицейским нарядом.

– Что здесь происходит? – поинтересовался он у старшего наряда и показал своё адвокатское удостоверение.

– Да вот, оперативники из нашего главка хотели со свидетельницей побеседовать, а она, наряд вызвала.

– В чем дело? Я личный адвокат госпожи Рудковской и представляю её интересы. Вы на время смотрели? Рабочий день в управлении уже давно закончился и о какой беседе со свидетелем в такое время, может идти речь?

– Наше дело маленькое, нам приказали доставить свидетеля в управление и мы его доставим. Дело срочное и не требует отлагательств. Рудковская может являться важным свидетелем тройного убийства, – сказал Ерёмин.

– Ну, это меняет дело, – кивнул адвокат. – Но я поеду с вами.

– Да ради Бога, езжайте, – пожал мужчина плечами.

– Ирина Владимировна, вы меня слышите? – спросил адвокат через закрытую дверь. – Если вы тут, впустите меня.

Дверь тут же открылась и адвокат шагнул в квартиру, оставив оперов дожидаться на лестничной площадке.

– Давай девочка, рассказывай, как на тебя опера вышли? Пойми, это совсем не шутки, если на тебя дело заведут и даже если я тебя смогу вытащить, твоя карьера в «Перспективе», на этом и закончится. Серьезные люди дело иметь с тобой, не захотят.

– Да не знаю я, как они на меня вышли, дядя Толя… Не знаю! Может видел меня кто на платформе, но у них на меня, ничего нет и быть не может. Они лишь могут привлечь меня как свидетеля и то, косвенного. Наши дачи рядом, выпивали мы вместе иногда, знала я их всех, вот опера и зацепились. Им же нужно кого-то начальству предъявить, показать, что они работают. Все эти смерти, лишь несчастный случай и другого и быть не может, дядя Толя.

– Надеюсь, ты хорошо продумала, как ты будешь вести себя в кабинете у следователя. Хотя, судя по всему, тебя сначала лишь опера будут мурыжить, а если у них ничего не выйдет, до следователя и дело не дойдёт. Ну давай, собирайся, нужно ехать, – сказал Осипов.

Увидев вошедшего следом за Рудковской адвоката Осипова, Волков удивился.

– Не удивляйтесь, Николай Константинович, я уже давно оказываю свои услуги семье Рудковских. Сначала её отцу, а теперь вот, дочери.

– Да я и не удивляюсь, отвык уже удивляться. В этом кабинете, чего только не случается, – ответил Волков.

– Ну тогда, давайте перейдём к официальной процедуре, – предложил адвокат.

– Давайте, – согласился полковник, – мне нужно задать Ирине Владимировне, всего несколько вопросов.

Скажите, вы были знакомы с вашим соседом по даче, Третьяковым и его приятелями, Ляминым и Тимофеевым?

– Была, конечно. Мы же примерно одного возраста и я знакома с Третьяковым с раннего детства. А с его приятелями Тимофеевым и Ляминым, я познакомилась совсем недавно, всего пару лет назад, на даче у Егора Третьякова.

– Вам известны обстоятельства их гибели?

– Ну, в общих чертах, конечно известно, все дачники только об этом и разговаривают. Жалко мальчишек, нелепой смертью умерли. До сих пор поверить не могу, что их больше нет. За такой короткий промежуток и сразу трое…

– А где вы сами были в то утро, когда погиб Егор Третьяков?

– В городе была, в своей квартире, а потом в институте, многие это могут подтвердить.

– А накануне вечером, где вы были?

– Вечером я была на даче и если вас интересует, встречалась ли я с Третьяковым в тот вечер, то да, встречалась. Я даже видела как он гвозди в рукоятку вбивал. Я ему ещё свои перчатки дала и даже помогла грабли держать.

– А он вам объяснил, для чего он этот гвоздь вбил?

– Нет, не объяснил. Просто попросил у меня перчатки и чтобы я ему помогла грабли держать. Рукоятка же круглая и всё время норовила выкрутиться.

– А на тропинке, их кто положил?

– Этого я не видела. Я ему помогла и побежала на электричку. Надо же, сам себе смертельную ловушку и приготовил… Да кабы я знала…

– А вы всегда носите с собой хозяйственные перчатки?

– Всегда. У меня в сумочке всегда пара таких перчаток валяется и ещё медицинские бахилы, я их во время дождя на кроссовки одеваю, чтобы не замарались.

– С бахилами пока понятно, а перчатки вам для чего постоянно в сумке носить?

– Ну мало ли что придётся делать? Я частенько сразу после занятий езжу на дачу и пару раз забывала купить перчатки, а на даче их купить негде. Вот у меня и лежат перчатки не только на даче, но на всякий случай, ещё и в сумке. Много места они не занимают, зато никогда не забываю.

– Кто кроме вас был ещё на даче у Третьякова, когда он гвоздь в рукоятку граблей забивал?

– Никого не было иначе, он бы меня не просил. Я к нему тогда на минуточку забежала, торопилась на электричку. Дала ему перчатки, подержала грабли, перчатки он мне вернул и я сразу же ушла.

– Ну хорошо, теперь расскажите мне, как вы познакомились с Фёдором Ляминым.

– Да года два наверное, тому назад, отдыхала летом на своей даче и заглянула на огонёк к Егору Третьякову, а он там не один, а с двумя своими приятелями зажигает, с Федей Ляминым и Данилой Тимофеевым. Ну, шашлык – машлык, водочка – селедочка, так и познакомилась. Парни веселые, жизненными проблемами не загруженные, без нытья и проклятий в сторону правительства и своего начальства, как это обычно бывает, вот и сошлись характерами. Я тоже веселая и не люблю по пустякам грузить свою голову проблемами решить которые, всё равно не в моих силах.