Евгений Базаров – Ритуал. Нарочно не придумаешь (страница 3)

– Два, точно два. А что так воняет? – поморщился я, не в силах терпеть этот запах.

– Ты. Если быть точнее, твои ноги… – смущённо проговорил всё тот же женский голос.

– Ноги? Так сильно? Я что, лежал здесь неделю и протух? Или меня пометил скунс? – я заёрзал по земле.

– Ну, где ты лежал до того, как выбежал на поляну, я не знаю, а вот без сознания ты лежал недолго, – протянула девушка насмешливо.

– Странно, не от страха же это я. А тут ещё где-то была собака… – я повторил попытку подняться и оглядеться.

Но меня настойчиво положили обратно, что было немножечко, но приятно.

– Собака убежала, а вонь… В общем, ты сжёг свои кеды, – сочувственно произнесла девушка.

– Совсем? – расстроился я не на шутку.

Какое тут веселье, когда обувь любимая и единственная на сезон?

– Совсем, – грустно протянула она.

– Как же я домой пойду? Тут же идти и идти… – потеря обуви больно ударила меня по самолюбию и по карману.

Не мог же я признаться совершенно посторонней девушке, что у меня нет денег на новую обувь. И вряд ли предвидится в ближайшее время, когда мы с котом будем ночевать в картонном домике на помойке.

– Да ты не расстраивайся, я подвезу тебя до города. Я на колёсах.

– Ты на машине?

– Я на велосипеде, но ты не подумай, он выдержит нас обоих, у него очень крепкий багажник.

– Понятно, а можно я встану?

– Голова не кружится? Не тошнит? Ты просто так об ветку ударился, что искры посыпались. Я думала, пожар начнётся, не знала, что делать и кого спасать, нас или всё вокруг.

– Да я случайно, это собака, а там сатанисты, бандиты, корова…

– Какая насыщенная у тебя жизнь, даже завидно, – протянула девушка, помогая мне сесть. – Я Нина, – протянула она мне ладошку.

– Э… Максим, – вытерев свою ладонь о куртку, сжал её теплые и сухие пальцы.

– А что, есть сомнения? – заметила она моё промедление.

– Нет, если ты намекаешь на потерю памяти, то я точно Максим. Такое не забудешь.

– Хорошо, тогда давай понемногу подниматься. Скоро рассветёт, и я подвезу тебя.

– Если не секрет, а что ты здесь делала? – оглянулся я на кучу сгоревшего угля.

– Общалась с родными… – как-то тоскливо произнесла девушка, тоже посмотрев на остывшие угли.

– Ой, соболезную и прости, пожалуйста, что помешал… А ты не знаешь, где моя обувь, ну, та, что сгорела?

– Держи, – протянула она на ветке привязанные шнурками кеды.

Вся подошва оплавилась до дыр, в которых виднелись приклеенные носки.

Я машинально опустил голову вниз и только сейчас сообразил, что стою босиком на песке. Пошевелив пальцами ног, я оглянулся на Нину.

Она с интересом наблюдала за мной, не торопя, и, увидев, что я смотрю на неё, ободряюще улыбнулась.

Выкатив велосипед на дорогу и усадив меня на багажник, она начала крутить педали, но с места мы так и не сдвинулись: велосипед под такой тяжестью закопался в песке.

– Предлагаю немного пройти, а там ты поедешь на багажнике. Не сопротивляйся, ты легче, мне даже без обуви будет сподручнее тебя вести, чем наоборот.

Нина ещё для приличия возмущалась, но потом всё же подтвердила мою правоту.

До моего подъезда доехали без происшествий, и, распрощавшись с Ниной, записав на ладони номер её телефона, я зашёл внутрь.

Всё-таки вселенная не такая уж и плохая, вон сколько всего со мной случилось. Я потрогал шишку на лбу и ещё раз полюбовался номером телефона Нины.

И в итоге она меня вознаградила встречей. А может, это судьба?

Насвистывая что-то неразборчивое и аккуратно ступая по подъезду босиком, я быстро забежал в лифт и нажал кнопку «семь».

Нашарив в сумке ключи от квартиры, слава Богу, не потерял их на кладбище, я открыл дверь, и, ввалившись внутрь, встретил мяукающего кота.

Я виновато развёл руками, показывая, что ничего не принёс. Кот, насупившись, сел напротив, принюхался и, задрав хвост, пошёл готовить месть.

Опять нагадит на подушку или в тапки. Так и живём. А что тут поделаешь? Он же должен как-то протестовать против лишений.

Наскоро ополоснувшись в душе, я проинспектировал пустой холодильник на предмет, не завелась ли там мышь и не повесилась ли, часом, чтобы можно было её съесть, по-братски разделив с котом. Но, увы, чего нет, того нет, мыши тоже не дураки, они живут там, где есть еда, а где еды нет, живём только я и кот.

Ещё раз вздохнув, я расстелил диван, и только лёг на подушку, как услышал стук в окно.

На минуточку, седьмой этаж! Первым делом подумал, что всё-таки головой я ударился сильно, настолько, что я теперь слышу посторонние звуки. А что за ними, видения и голоса?

Опять же, это может быть птица, что села на окно и просто стучит.

– Должооок! – прокричали с той стороны окна. – Открой, твою мать!

Птица, которая ругается матом. Может, попугай сбежал из цирка, они там все говорящие.

– Максим! Открой окно, или я зайду сама! – а вот это, на минуточку, страшно, это птица-женщина.

Но мне же повезло встретить Нину, может эта птица тоже добрая… И красивая, как она.

Я снова посмотрел на ладонь, где был записан номер телефона. Черт, черт, черт… Я же ходил в душ и забыл записать номер в телефон или на бумагу.

Номер был цел, кроме последней цифры. Фух, это можно попробовать подобрать. Главное, чтобы остальное не пропало.

Скатившись с дивана, я вытряхнул содержимое ящика и аккуратно перенёс номер телефона на листок.

– Ты что, меня игнорируешь??? А ну сейчас же открой окно!

Взяв на всякий случай швабру, я открыл шторы и тюль и обнаружил висящую Клару Леопольдовну напротив окна.

Вот что значит талант не пропьёшь!

Выпучив глаза от удивления, я дрожащими руками открыл шпингалеты и помог пожилой женщине аккуратно перелезть на подоконник.

– Ты что, гад, на звонки не отвечаешь? Кто обещал вечером всё оплатить? – она стояла и пристально смотрела мне в глаза, пытаясь разглядеть хоть каплю совести.

– Клара Леопольдовна…

– Что, Клара? Я, может… Гхм… Шестнадцать лет как… В общем, не дури мне голову, плати или съезжай.

– Вы сегодня особенно привлекательны. Тут такое дело, мне нужно ещё три дня, и я всё заплачу, – клятвенно пообещал я, прикидывая что надо подумать о запасном плане, если Димон опрокинет на бабки.

– Ох, Максимка, подлиза, – расплылась в улыбке хозяйка. Видно было, что комплимент ей понравился. – Ну в кого ты такой бессребреник? Так с котом и помрёшь, хотя нет, кота я забираю. Мне его жалко, он скоро у тебя сдохнет, а я его хоть кормить буду. Да и заложник будет. Не заплатишь – выселю, а кота оставлю себе.

– Спасибо, Клара Леопольдовна, – я выдохнул.

В данной ситуации это было почти идеально, смотреть, как мучается кот, я больше не мог. Сам думал пристроить его на время к той же Нине, к примеру, или Димону, хотя Димону нет, он про него забудет.

На прощанье Клара Леопольдовна, взяв кота на руки, вот гад даже не обернулся, и, оглядев сожжённые кеды, оставила на тумбочке пять тысяч рублей, бормоча что-то себе под нос и качая головой.

– Обувь себе купи, а то такого оборванца даже на работу не возьмут. Как ты за квартиру рассчитаешься и кота вернёшь?

– Спасибо, Клара Леопольдовна, – я готов был расцеловать хозяйку с ног до головы и кое-как подавил в себе порывы подхватить ее на руки.