Евгений Базаров – Игра теней (страница 8)

Под утро, у Веры начались схватки и она впала в забытьё.

Женщина услышала мерное постукивание колотушки в обтянутый кожей бубен и завывание шамана и открыла глаза.

– Не волнуйся девочка, всё будет хорошо, – сказала находившаяся у её постели сморщенная старуха. – Он хорошо знает своё дело и уже разговаривает с духами.

Кивнула старуха на раскачивающегося в такт бубну, старого шамана.

Вера с удивлением осмотрелась и ничего не поняла. При свете костра горевшего прямо посередине завешанного по стенам шкурами помещения ничего толком, разглядеть было невозможно.

– Где я? Где Серёжа, Александр? – спросила она у старухи.

– Ты дома, не волнуйся, Алтана, Аин – Маин уже выбирает судьбу твоему ребёнку. Скоро она закончит и твоя девочка придёт в этот мир.

Вера снова впала в забытьё и очнулась уже только тогда, когда начались роды уже в избушке.

– Ну вот и всё. Вот она, ваша красавица, – показал отец Александр Вере, орущую у него на руках, девочку.

– Заходи, папаша, можно уже! – крикнул он толкущемуся у входа Серёге которого он выгнал перед тем, как Вера стала рожать, на улицу.

Роды прошли на удивление легко и уже в машине по дороге домой, Вера рассказала о том, что ей привиделось в избушке.

– Это не было видением, ты действительно находилась там, где должна была находиться. Аин – Маин, это богиня, которая выбирает судьбу для каждого приходящего в этот мир человека. Без её решения, человек будет болтаться по жизни, как флюгер на ветру, – сказал отец Александр.

– А как же христианские догмы? – удивилась Вера.

– Одно другому не мешает. Сама подумай, кто мы такие, с нашими-то способностями? В какие догмы, какой религии, мы вписываемся? А вот в древних верованиях, такие перипетии как у нас, как раз предусмотрены и ни чему не противоречат, – ответил Зимин.

***

Отпраздновав день рождения Ирины, как назвали свою дочь родители, отец Александр стал собираться обратно в свой монастырь.

– Ты же вроде хотел в мир уйти? – спросил Власов.

– Хотел, да видно ещё не время.

– А я вот тоже вынужден покинуть нашу дружную компанию. Меня в Москву, в академию посылают учиться, а куда потом пошлют, я не знаю, – сказал Волков.

Москва. Июль. 2014 год

НИИ онкологии

– Вы хотите услышать от меня правду… Ну что ж, человек должен знать правду о состоянии своего здоровья хотя бы для того, чтобы успеть подготовиться к худшему варианту, успеть завершить все свои дела и уйти достойно, – доктор медицинских наук, профессор, Дмитрий Тимофеевич Третьяков, откинулся в кресле и пристально посмотрел в глаза сидящему за столом напротив, пациенту.

– Вам, Юрий Владимирович, осталось жить совсем немного, от силы месяц. Метастазы распространились практически по всему организму и в любой момент, у вас может отказать всё что угодно – почки, печень, легкие… последние свои дни, вы можете провести полностью парализованным и в конце концов, умереть от удушья.

– Зачем вы мне такие подробности рассказываете? – спросил изрядно побледневший, Юрий Владимирович.

– Вы же сами хотели узнать подробности вашего будущего… конца… Я врач и в силу своей профессии, конечно же, циник. В отличие от вас, мне приходится практически каждый день, смотреть в глаза обреченных на скорую смерть, людей. Среди них, есть и дети. Я смотрю на них и понимаю, что я ничего, не могу для них сделать. Однако в вашем случае, один вариант на продолжение жизни, всё же имеется.

– В смысле, имеется вариант? У меня что, есть шанс победить эту болезнь? – удивился пациент.

– К сожалению, наука пока не нашла способ эту болезнь победить, но вот убежать от неё, можно. Если тело нельзя вылечить, его ведь можно, поменять.

– Вы шутите, профессор? Вы мне ещё про голову профессора Доуэля расскажите. Нашли время для шуток.

– Я не шучу. И далеко не каждому, предлагаю этот вариант. Хотите, верьте, хотите не верьте, но есть место, где ваше сознание, могут переселить в новое, молодое и здоровое, тело. У нас как ни как, двадцать первый век на дворе. Правда стоит это… мягко говоря, неприлично дорого, – поморщился, Третьяков. – Однако, люди, которые воспользовались этим вариантом и получили новое тело и возможность прожить ещё одну жизнь, о деньгах не жалеют. Насколько мне известно, им удалось сохранить свой основной капитал и сейчас, они успешны, счастливы и вполне довольны своей новой жизнью.

– И сколько же стоит такая операция?

– Дорого, но не дороже жизни. Один миллиард долларов стоит сама операция и ещё один миллиард, придётся заплатить родственникам донора, чьё тело вы будете использовать в дальнейшем.

– Однако! Цены тут у вас! – поразился Юрий Владимирович.

– Ну так и риск не малый. Подобные исследования по всему миру запрещены, не то что операции… Ну и к тому же, вас же никто не принуждает, не хотите, не надо… Просто именно сейчас, появился донор и если вы эту возможность упустите, кто знает, сколько ещё ждать придётся?

– И много народу уже сделали себе подобные операции?

– Немного. У нас же не ходят по улицам сплошь и рядом, смертельно больные миллиардеры. Операция стоит на малых денег и счёт клиентов, идёт на десятки.

– А можно узнать подробности?

– Нет конечно. Для того чтобы узнать подробности, вам необходимо будет подписать соглашение на операцию, ещё ряд документов и принять все наши условия. Скажу только, что для того, чтобы клиент получил новую жизнь, кто-то должен пожертвовать своей. Как видите, Юрий Владимирович, я с вами, более чем откровенен. Но могу вас успокоить, все без исключения доноры, являются добровольцами, а их семьи получают возможность обеспечить себе достойную жизнь.

– Ну допустим, я соглашусь на операцию и получу новое тело. Но как я буду продолжать вести свой бизнес? Как буду объяснять людям которые меня знают, что я, это я?

– Никак не будете, Юрий Владимирович. Получая новое тело, вы получите и новую жизнь, новые документы и вам придётся начинать всё сначала. Вы можете сохранить имеющийся у вас капитал, но вот о семье, друзьях и знакомых, вам придётся забыть навсегда. Для них, вы умрете, ваше старое и больное тело похоронят и у вас будет собственная могила. В принципе, какая вам разница, ведь если вы откажетесь от операции, всё именно так и произойдёт и причём, весьма скоро.

– Пожалуй вы правы, профессор, разницы для меняникакой не будет и, для того чтобы жить, необходимо умереть. Гусеница умирает и превращается в бабочку. Я согласен на операцию и на все ваши условия, – сказал Юрий Владимирович.

После заключения договора и визирования клиентом всех перечисленных условий, профессор Третьяков, разъяснил ему некоторые пункты этих условий и рассказал о послеоперационном периоде более подробно.

– После операции, вы какое-то время можете кое-что не вспомнить. Могут быть утеряны небольшие фрагменты вашей памяти. Это состояние, может продлиться несколько месяцев. Потом, ваша память восстановится, но есть риск безвозвратной потери некоторых данных, например, вы можете забыть номер вашего счёта.

В целях сохранения вами вашего капитала, мы предлагаем разместить его на специальном счёте данные о котором, будут храниться в вашем личном сейфе в нашей клинике.

Далее, вам придётся написать вашим близким предсмертное письмо, в котором вы объясняете причину вашего добровольного ухода из жизни.

– Подождите, профессор. Я что же, должен ещё и закончить свою жизнь самоубийством?

– Не волнуйтесь, Юрий Владимирович, я вам сейчас всё объясню. Мы же должны будем куда-то девать ваше тело? Ну не выбрасывать же его на помойку… Во избежание лишних вопросов, всё будет обставлено так, будто вы совершили суицид и добровольно покинули этот мир. Ваше тело заберут ваши близкие и похоронят его подобающим образом. При это в дальнейшем, не будет проблем ни у нас и ни у вас.

Глава 5

Новосибирск, август, 2014 год

Научно исследовательский институт «Хронос»

НИИ Хронос уютно расположился на территории бывшего предприятия министерства обороны СССР. Сейчас, в его цехах орудовали различные небольшие частные фирмочки. В одном, какие-то молдаване производили низкокачественную туалетную бумагу, в другом, изготавливали пластиковые трубы и фурнитуру. Каждое предприятие имело собственную охрану и свободный вход в цеха, как правило, был ограничен.

Хронос находился в одном из бывших цехов в глубине территории и имел небольшую огороженную металлическим забором, площадь. К цеху было пристроено богато отделанное двухэтажное здание с офисными помещениями. Имелась и своя крытая автостоянка для посетителей.

На стоянку не спеша заехал темный Гелик и за ним тут же, бесшумно опустились ворота.

Гостя уже ожидала приятной наружности, девушка в строгом, брючном костюме с бейджиком на лацкане пиджака на котором было написано: «Гольдман Елизавета Алексеевна – секретарь».

Гость протянул ей свои документы, она внимательно их изучила и кивнув, попросила его следовать за ней.

Поднявшись по лестнице на второй этаж, девушка открыла дверь одного из кабинетов и жестом указала гостю на кресло за огромным столом.

– Будьте любезны, подождите немного. Павел Андреевич, скоро подойдёт. Я могу вам предложить чай, кофе, коньяк, или что-либо другое, на ваш выбор, – распахнув дверцы бара, девушка продемонстрировала гостю его содержимое.

– Кофе, пожалуйста, – ответил гость.