Евгений Аверьянов – Земля (страница 27)

Марина, сидевшая на кресле у стены, тоже вскинулась:

— Игорь, ты только что ухлопал половину армии под Ростовом! Какая, к чёрту, разминка?!

Я пожал плечами.

— Именно поэтому и нужно. Я хочу понять границы нового состояния. Пока оно не обросло излишней уверенностью. Да и под Ростовом меня не было.

— Может, наоборот, стоит дать ему устояться? — пробормотала Марина, но без уверенности. Она уже знала, что решение принято.

Нина прищурилась, как хищник, оценивающий обстановку.

— Хорошо, — сказала она наконец, деловым тоном. — Тогда слушай сводку. По последним данным: численность лагеря — от тысячи до тысячи пятисот человек.

Она щёлкнула пальцами, активируя тактическую голограмму.

— Магическая поддержка: средняя. Без тяжёлых ритуалистов, но с боевыми связками воздуха и земли. Несколько десятков магов поддержания, шесть–восемь специалистов оснащения. Лагерь укреплён, но не под масштабный штурм.

Я накинул плащ на плечи.

— Отлично.

Марина встала и шагнула ко мне:

— Ты уверен?

— Я — да. А вот они — нет, — ответил я, коснувшись её плеча. — Вернусь до ночи.

Нина сделала шаг назад, уступая дорогу, но перед этим коротко сказала:

— Если что-то пойдёт не так — дай знак. Я двину всё, что у меня есть.

— Нечего там будет двигать, — усмехнулся я и вышел из кабинета.

За дверью воздух показался чуть холоднее, чем должен был быть.

Или это просто впереди ждал хороший разминочный бой.

Лес встречал меня тишиной — не зловещей, не предвещающей, просто… внимательной.

Сухие ветки потрескивали под сапогами. Ветер тянул тонкие полоски пыли с обочины старой дороги. Пахло сырой корой, землёй и чем-то ещё — тем, что обычно чувствуют охотники, когда понимают: впереди — добыча.

Или наоборот.

Я шёл пешком. Без скрытности. Без попыток замаскировать присутствие. Наоборот — так, чтобы меня могли заметить ещё до того, как кто-то решит проверить.

Мысли были спокойными, холодными, отточенными — такими мысли становятся, когда человек перестаёт разрываться между обязанностью и личным счётом.

Война давно перестала быть борьбой за позиции.

Она стала личной.

Чернов решил играть в масштаб.

Хорошо.

Масштаб так масштаб.

Он бросил армию на моих людей. Попытался продавить меня политически. Подтолкнул роды к перевороту.

Теперь он послал сюда своего старшего сына.

Детей таких людей… лучше убирать сразу.

Пока они не выросли в полноценную проблему.

Лес постепенно редел, уступая место низким кустам и расчищенной земле. Я почувствовал откат магии ещё раньше, чем увидел сам лагерь — слабые вибрации, похожие на мерное дыхание камня.

Укрепления.

Магические узлы.

Классическая оборона среднего уровня: маги земли подняли барьерные линии, воздуховики усилили наблюдателей, несколько точечных печатей по периметру. Всё неплохо сделано… но рассчитано на обычного противника.

Я выдохнул и вышел из лесополосы на открытое пространство.

Лагерь Черновых раскинулся на холме, с идеальным обзором на километры вокруг. Ровные ряды палаток, боевые посты, треноги осадных артефактов, укреплённые насыпи, дозорные вышки.

Большой, дисциплинированный, уверенный в себе лагерь.

Меня заметили сразу.

Даже на таком расстоянии я видел, как часовой на вышке резко привстал, дернулся, потом стал махать руками, подавая сигнал.

Другой часовой перекликнулся с ним.

Шум внутреннего движения в лагере усилился — словно кто-то ткнул палкой в муравейник.

Фигуры начали сбегаться к передовой линии, кто-то сорвался бежать к командирскому шатру.

Я остановился ровно в пятидесяти шагах от внешнего рубежа.

Слишком близко, чтобы меня игнорировать.

Недостаточно близко, чтобы они могли списать это на простую случайность.

— Ну что ж, — пробормотал я себе под нос. — Начнём.

Первый дозорный попытался что-то крикнуть, вероятно, стандартное «стоять» или «назови себя», но голос у него сорвался.

Я продолжал стоять спокойно.

Один человек.

Перед армией.

Я подошёл почти вплотную к периметру лагеря — настолько, что мог различить выражения лиц часовых. Один из них держал копьё так крепко, будто собирался переломить древко прямо в руках. Другой судорожно оглядывался на шатры позади него, явно надеясь, что кто-то более компетентный сейчас выйдет и разберётся с ситуацией.

— Стой! — наконец выкрикнул первый. Голос сорвался на полуслове. — Стой, кто такой?! Назови себя!

Я остановился ровно на границе их боевого круга.

Поднял взгляд.

— Позовите главного.

Секунда — и лагерем прокатилась волна движения.

Дозорные переглянулись, один рванул куда-то вглубь строений, второй начал судорожно разворачивать сигнальный флажок. Ещё двое спрыгнули с наблюдательных вышек, едва не упав.

А потом раздалось:

— Тревога! Подъём! Всем на позиции!

Ну конечно.

Как будто я ожидал чего-то другого.

Сразу несколько десятков воинов выдвинулись вперёд.