Евгений Аверьянов – Мёртвые души. Книга 1 и 2 (страница 95)
Вдали я заметил огромный круглый зал, напоминающий арену. Пленных увели туда. По бокам стояли флагштоки с выцветшими символами и сплошные огневые точки.
По их маршруту всё ясно — там их ждёт или испытание, или демонстрация. А может — жертвоприношение.
Я сжал зубы.
Если что-то пойдёт не так — я ворвусь туда. Пусть хоть весь этот песчаный ад обратится против меня.
Но пока — наблюдение.
Мне нужно знать, что делает эта Секта с чужаками, и почему их разум так надёжно отключён.
Может, я и человек…
Но я — не добыча.
Я смотрел вниз, на этот сборищный город воинов и убийц, и понимал: среди пленников нет никого, кого я бы знал. Нет друзей, родных… да и родных-то, по сути, не осталось. Слишком многое выгорело изнутри ещё до всей этой истории.
Но вот что не дало мне развернуться и уехать — это угроза.
Пока тихая, незаметная, словно яд в крови, но ведь это наш мир. Моя планета.
Если эти твари смогут перетянуть достаточно людей — разрушат сознание, навяжут свою волю, кто остановит это потом, когда система заработает в полную силу?
Ответ очевиден. И ответ — я.
Но геройствовать сейчас — глупо.
Нужна разведка.
Информация — первая ступень к победе. Если я смогу понять, как они действуют, быть может, даже спасение станет не таким безнадёжным.
Я отошёл немного в сторону, прикрывшись изломами дюн, и мысленно коснулся татуировки на груди — амулета.
— Покажи мне, на что способен, — прошептал я. — Подстройся под местную реальность. Мне нужна броня, похожая на их.
Сначала — легкое тепло в груди. Затем вспышка — словно струя света проходит по телу изнутри.
Нагрудник формируется почти мгновенно, тёмный, с рубцами и следами ударов, будто пережил сотни боёв.
Шлем — гладкий, с узкой прорезью и плоскими рогами, как у какого-то местного культа.
Плащ — тёмный, с пыльной бахромой по краям, словно он вырезан из шкуры песчаного зверя. Всё выглядит грубо, по-варварски, как у здешних.
Остального не было.
Поневоле пришлось импровизировать. Из кусков ткани, что я взял в запас, я соорудил нечто вроде обмоток на руки и ноги. Ботинки были и так пригодны — прочные армейские, не особо выделялись.
Благо, моё тело уже не нуждалось в настоящей броне — это было скорее прикрытие, образ, чем защита.
Глянул на отражение в металлической пластине — выгляжу… почти как они. Грязнее, злее, живее.
В самый раз.
— Ну что, — прошептал я себе. — Пора войти в пасть зверя.
Я шагал по пыльным улочкам, стараясь быть тенью — заметным, но не интересным, как ещё один чужак, потерявшийся в новом мире. Город жил, как зверь на грани безумия: скуля, рыча, поедая сам себя.
Никто не обращал на меня внимания.
Настолько здесь всё хаотично, что ты можешь пройти с кинжалом в руке мимо стражника, и максимум — он сплюнет тебе под ноги. Тут нет порядка. Только сила.
Я наблюдал.
Вот — полуголый ящероподобный мальчишка, цепь на шее, глаза пустые, как у куклы. Его ведёт через площадь громила с ожогами на лице. Словно трофей.
Вот — арена. Крики. Смех. Пыль. И два разумных — один трёхрукий, другой с клыками до подбородка — рвут друг друга на куски ради горстки блестящих камней.
А вон — лавка. На витрине в банках пульсируют органы. Живые. Шевелятся. Продаются.
В переулке трое насилуют что-то, что шевелится, но не сопротивляется. Я отвернулся.
Поразительно, насколько скользко и подло может быть устроено общество, если убрать правила и позволить всем делать то, что хочется.
Именно сюда стекается вся мировая мразь — отбросы разумных цивилизаций, те, кому негде больше выжить, и те, кто наслаждается чужим страданием.
Порталы — вот их кормушка. Каждый портал приносит новых: слабых, потерянных, из других миров, иных цивилизаций.
Кого-то сразу забирают в рабство.
Кого-то — на арену.
Некоторых — в лаборатории, где проводят "исследования", если верить обрывкам разговоров.
Большинство — никогда не выходят обратно.
Город — центр преступности всего региона.
Неофициально, но по сути — торговый узел боли, под завязку набитый черными рынками, биорынками, артефактами, украденными в мирах, куда другим и не попасть. Здесь можно купить всё — от живого мозга до симуляции воспоминаний умерших.
И всё это — только начало.
Я шёл дальше, растворяясь в толпе, с каждым шагом всё больше понимая:
если этот нарыв не прижечь — он прорвёт в наш мир.
И тогда будет поздно.
Я свернул в боковой переулок, сел на разбитый обломок колонны и сделал вид, что ем сухпай. На самом деле я вслушивался.
— …говорю тебе, сам видел, как его аура изменилась, — сказал один из местных, одетый в броню из шкур и кости. — Глава перешёл на этап зарождения якоря души. Это уже не просто сила — это фундамент, который не разрушить даже смертью.
— Значит, теперь он почти недосягаем? — хрипло отозвался его собеседник, похожий на человека, но с изогнутыми, как у козла, рогами. — Далеко не каждый доживает до такого. Это тебе не игра в средоточия…
Я нахмурился. Якорь души? Что за…?
Всё, что я знал — система средоточий: накопление энергии в определённых узлах, их объединение в ядро — нечто вроде сверхоргана, централизация силы. Это был мой потолок знаний.
А вот здесь… здесь, судя по всему, всё гораздо глубже.
Я медленно поднялся и двинулся дальше, в поисках информации. Через пару часов, из кусков слухов, обрывков разговоров, криков на рынке и полуночных пьянок, начал складываться примитивный путь развития местных.
Градация развития (Собранная по обрывкам слухов):
1. Фаза пробуждения
Появление первого средоточия. Уровень, на котором начинают большинство.
2. Фаза развития
Расширение структуры средоточий, их синхронизация. В этот момент сила растёт лавинообразно.
(Я, всё ещё на этом этапе)
3. Формирование ядра
Средоточия сливаются в устойчивую структуру — ядро. Обладатель становится полноценным адептом.
4. Этап наполнения ядра