Евгений Аверьянов – Мёртвые души. Книга 1 и 2 (страница 62)

А ведь я могу…

Я смотрю на один из фланговых потоков.

Не тех, что шли на нас — тех, что устремились вбок. Вдали мерцает башенка, похожая на нашу. Значит, кто-то там держит оборону.

Я сжал кулаки.

А что, если мы поможем?

Никто не запрещал. Нам говорили — выживите, защищайте, побеждайте. Но никто не говорил: "только свою крепость".

Может быть, другие так и делают.

Может — никто.

Но я не хочу стоять на месте.

Я не собираюсь быть просто пешкой.

Если это — испытание, если здесь есть наблюдение, если Абсолют следит…

Пусть увидит.

Я сорвался с места.

Каждый шаг — уверенный. Лёгкий. Почти бег.

Ноги несли меня по сухой равнине к соседней линии врагов. Там, вдалеке, точно такой же поток тварей маршировал к следующей башне.

Пока ещё не видят меня.

Пока не чуют.

Но скоро почуют.

Я уже знал, что сделаю.

Не ради благодарности.

Не ради союзников.

Ради прорыва. Ради уровня. Ради того, чтобы этот мир наконец посмотрел на меня не как на очередного претендента, а как на человека, которому здесь — тесно.

Я не бежал — я летел.

Мир сжался до ритма дыхания, до отзвуков шагов, до намёков на движение впереди.

Первую группу я заметил ещё на подступах — десятка два тварей, похожих на высушенных гиен с вытянутыми лапами и клыкастыми мордами. Один бы крик — и вся стая бы метнулась к башне.

Но я был первым, кого они увидели.

И — последним.

Я врезался в них, как клинок в плоть.

Не замах — движение.

Не драка — бойня.

Я не скрывался. Не экономил силы.

Я хотел знать, на что способен девятый уровень.

Моё Средоточие тела отозвалось первым — ноги взорвались прыжком, и я оказался прямо в центре стаи.

Вдох.

Рывок.

Удар локтем в висок первой твари — хруст. Второй — в колено, она упала, и я прошёлся по её хребту.

Рывок плечом в сторону — переломал трёх за раз.

Сотканное из Средоточия духа ощущение присутствия словно разрослось — я знал, куда шагнёт каждый. Чувствовал панику в их движениях.

Видел их как схемы. Как задачи. Решения — простые.

Слева — острый. Укусит. Ушёл вниз, развернулся, удар снизу вверх.

Справа — прыгучий. Ловушка. Подставил ногу, дал прыгнуть — и ткнул кулаком в грудь. Вылетел с хрипом, с развороченной грудной клеткой.

Я не убивал всех.

Не потому что жалел. Потому что — знал зачем пришёл.

Слишком лёгкая победа может вызвать недоверие. Вряд-ли благодарность.

А я хочу — уважения. Или страха.

Я вырезал треть потока.

Тех, что шли во фланге. Тех, кто создаёт давление.

Оставил лидеров — и несколько хвостовых.

Пусть до башни дойдёт чуть меньше — но достаточно, чтобы бой всё ещё был боем.

И пусть там, в крепости, не поймут, что случилось.

Пусть подумают, что повезло.

А Абсолют — пусть видит.

Я двинулся к следующему потоку.

Уже ближе к правому флангу. Монстры другие — длинные, пятнисто-чёрные, с когтями, как у мангустов и мордами, будто вытесанными топором.

Опаснее.

То, что надо.

Я улыбнулся.

— Второй раунд, — прошептал я. — Давайте.

Снова — шаг. Прыжок. Вихрь.

Я не человек в этом бою. Я шквал.

И с каждым ударом, с каждым падением, с каждым хрустом костей внутри этих тварей — я чувствую: я здесь не случайно.

И если судьба дала мне неделю, чтобы выполнить миссию…

Я выполню её на неделю раньше.

Я стоял среди распоротых туш, остывающих на потрескавшейся земле.

Дышал ровно. Сердце билось… спокойно. Слишком спокойно.