Евгений Аверьянов – Мёртвые души. Книга 1 и 2 (страница 53)

— Получено 4 единицы энергии разума.

— Получено 8 единиц энергии духа.

— Вы убили субъекта: Высший вампир (класс: лорд).

— Получено 7523 единицы энергии тела.

— Получено 7665 единиц энергии разума.

— Получено 8597 единиц энергии духа.

Каждая строка — как удар. Но не по телу, а по душе. Сухо. Безэмоционально. Я получил силу. Гору силы.

— Активирован: девятый уровень средоточия тела.

— Активирован: девятый уровень средоточия разума.

— Активирован: девятый уровень средоточия духа.

Тепло прошлось по телу — как будто кости затянулись сталью. Мышцы пульсировали, будто вспоминали, каково это — быть сильными. Голова очистилась. Мысли проносились чётко, быстро. Душа… Я её чувствовал. Как сердце, бьющееся внутри всего.

— В течение следующих суток будет значительно укреплено физическое тело.

— Значительно усилены ментальные способности.

— Значительно возросла сила возрождающейся души.

— До следующего уровня средоточий: 150 000 единиц энергии.

Я засмеялся.

Тихо, хрипло, безумно.

Мир только что сгорел, а мне дали… ещё одну ступень. Новую вершину.

Я не знал, плакать или благодарить. Хотелось встать — и уничтожить. Хотелось лечь — и больше не вставать.

Нож выпал из моих рук. А с ним ушёл и тот, кто шептал мне о гневе. Или остался?

В груди пусто. Как будто меня вывернули, наполнили силой, но забыли вернуть человечность.

— Кто теперь я?

Тишина не ответила.

Лишь слабый свет капал с потолка, освещая обугленные стены, искавшие новую жертву.

Я сидел, опершись спиной о холодную стену, пытаясь собраться с мыслями. Пальцы дрожали. Мысли текли вязко, будто по ним только что проехался каток.

Перед глазами вспыхнуло сообщение:

"Поздравляем, вам удалось самостоятельно избавиться от состояния одержимости.

Ваша связь с душой становится крепче.

Вас сложнее взять под контроль."

Я моргнул. Сообщение исчезло, но осадок остался. Глубокий, как шрам.

Глава 17

Запястье зачесалось. Я машинально потёр его — кожа натянута, будто под ней пульсирует нечто чужое. Метка. Напоминание, что свободы здесь столько же, сколько было в мире вампиров. Только цепь теперь не железная, а невидимая. И сидит под кожей.

Шаги.

Тяжёлые, глухие, военные.

Я не шелохнулся. Пусть видят. Я уже не тот, кто должен прятаться.

Сначала показалась тень, потом шестерка фигур. Броня, оружие, выправка. Всё знакомо. Один из отрядов Старшего. Не элита, но не новички.

Шли уверенно, но настороженно. Их взгляд выхватывал детали — следы на плитах, обгоревшие стены, кровь. Один из них — здоровяк с топором — замер, уставившись на меня.

— Живой, — пробормотал он. — Не верится.

Вперёд вышел их лидер — сухощавый, в сером плаще. Взгляд как ледоруб. Осмотрел меня с головы до ног.

— Претендент. Чудно. — Он хмыкнул. — До начала осталось меньше недели, а ты где-то по камням ползаешь. Скажи спасибо, что Старший не отправил кого посерьёзнее.

Я промолчал. Он ждал ответа.

Но я успел кое-чему научиться. Первый урок в мире вампиров: не болтай. Даже если кажется, что можно. Особенно если кажется, что можно.

— Засосало, — выдавил я. Голос сел. — В какой-то… лабиринт. Еле выбрался. Времени почти не помню. Всё смазано.

Он прищурился, словно пытаясь вытащить из моей головы что-то ещё. Потом махнул рукой.

— В следующий раз постарайся не исчезать. Метка сработала только сегодня. До этого — как в пустоте. Старший бесился. Теперь будет беситься тише. Но ты у него на крючке, это помни.

Я кивнул.

Запястье будто зачесалось сильнее, усмехнулось изнутри.

— Поднимайся. Мы уходим. Приказы есть приказы.

Я встал. Тело слушалось. Слишком хорошо. Слишком точно. Но сейчас — не время думать об этом.

Я шагнул к ним.

Они не знали, где я был.

Я не собирался им рассказывать.

В голове крутилась мысль:

" Молчи. И двигайся дальше."

Путь к поселению занял несколько часов. Мы шли по выжженной равнине, где ветер нес с собой пепел и песок, а небо, затянутое тяжелыми облаками, будто давило сверху. Земля потрескалась, кое-где из трещин поднимался пар. Местами торчали искорёженные остовы деревьев — если это вообще когда-то были деревья.

Я шёл среди них. Не впереди, не позади — посередине. Не как пленный, но и не как свой.

Пока.

Некоторое время я молчал, вслушиваясь в равномерный скрип брони и шорох плащей. Потом решил нарушить тишину:

— Претенденты, — сказал я, глядя вперёд. — Это что, новая форма рабства?

Один из бойцов усмехнулся — коротко, как щелчок.

— Скорее, отбор. Хотя, если не пройдёшь — концовка та же.

— Что за отбор? Что будет?

— Испытание, — ответил второй. Плечистый, с заросшим лицом, без тени любопытства или сочувствия. — Остальное расскажет Старший. Если захочет.

Если.

— То есть я могу не знать, что именно мне грозит?