Евгений Аверьянов – Иллюзия (страница 48)

Я опустился рядом с тушей вожака и, тяжело дыша, вонзил свой клинок в грудную клетку. Металл с треском раздвинул рёбра, и я нащупал источник силы. Сердце давно уже остановилось, но ядро внутри сияло, словно уголь, в котором ещё тлела жизнь.

Пришлось приложить усилия — кости держали находку, как тиски. Наконец я вырвал ядро наружу. Оно оказалось величиной с кулак и переливалось багрово-серым светом, пульсируя, будто живое. Пятая ступень. Никогда прежде я не встречал у туманников ядра такого уровня — и это многое говорило о том, кто был этот вожак.

Я сжал его в ладони. Трофей мог стать и оружием, и проклятием. Из него можно сделать бомбу невероятной силы, но в то же время я чувствовал в глубине — там есть что-то ещё. Связь. Не просто сила, а тонкая нить к самому туману, к его обитателям.

Сунул ядро в сумку. Экспериментировать сейчас — самоубийство. Вожак мёртв, и это главное. А ядро… оно ещё проявит себя, и не факт, что мне понравится результат.

Я поднялся, вытер клинок о траву и перевёл дыхание. Теперь оставалось понять — распадётся ли стая без своего лидера или у туманников найдётся новый вожак.

Ядро вожака оказалось переломным моментом. Стоило мне убрать его трофей в сумку, как в лесу воцарилась тишина. Ни шороха, ни воя — будто вся округа замерла в ожидании.

Стая туманников, ещё минуту назад рвавшихся в бой, замедлила движения. Я видел, как их силуэты колебались в дымке — они не понимали, что делать. Часть бросилась врассыпную, растворяясь в тумане, другие замерли на месте, словно искали новый центр силы. Но нового лидера не было.

Без вожака их агрессия потухла. Они оставались опасными, но уже не действовали как единое целое. Я впервые увидел в их глазах то, что можно было назвать растерянностью. Стая больше не была стаей, а превратилась в беспорядочную толпу.

И это было не только облегчением, но и предупреждением. Если такие существа рождаются из тумана или выводятся кем-то — значит, в любой момент может появиться новый вожак. Ядро у меня в руках это подтверждало: их сила была не просто животной, а какой-то… направляемой.

Я выдохнул. Пока у меня есть время. Стая дезорганизована, и именно сейчас можно нанести удар по их гнёздам, окончательно ослабив давление на поселения. Но в глубине души я понимал: ядро пятой ступени — это ключ. Вопрос только в том, откроет оно мне выход из этого мира или новую проблему.

Я рванул вперёд, пока туманники не пришли в себя окончательно. Беспорядочная масса чудищ не представляла былой угрозы — каждая тварь действовала отдельно, и это делало их куда уязвимее.

Я использовал скорость и опыт: короткие рывки, удары клинком в уязвимые места, добивание точными движениями. Взрывы ядер второй ступени, собранных заранее, вносили хаос в их ряды. Монстры отлетали в стороны, а остальные шарахались, не понимая, откуда пришёл удар.

Ни одна стая не выдерживает без вожака, и я видел, как страх медленно вытеснял их ярость. Часть пыталась отступить, но я не давал: перерубал сухожилия, добивал тех, кто не успел скрыться в тумане.

Через полчаса бойня утихла. Лес вокруг был усеян трупами, а воздух пах кровью и гарью от моих взрывных заклинаний. Я вытер лицо, понимая, что впервые с момента падения сюда у меня получилось переломить ситуацию.

Но радость была короткой. В груди тянуло странное чувство — ядро пятой ступени словно звало меня. Оно пульсировало в сумке, будто живое. Я невольно задумался: а что если именно такие ядра и формируют новых вожаков? Если да — значит, уничтожить их не выход. Нужно понять принцип, иначе туманники будут снова и снова рождать лидеров.

Я поднял взгляд на серый туман, заполняющий горизонты. Сегодня я сделал шаг вперёд, но знал: настоящая битва ещё впереди.

Я обошёл поле боя медленно и осторожно, стараясь не оставлять за спиной возможных живых тварей. Туман ещё клубился среди тел, пряча очертания, но по энергетическим всполохам я чувствовал, что угрозы уже нет.

Ядра попадались почти в каждом втором трупе. В основном — первая и вторая ступень, редкость — третья, и всего одно ядро четвёртой. Пятую ступень я уже достал из тела вожака, и оно всё ещё ощущалось тяжёлым грузом в сумке, словно живым сердцем.

Я складывал ядра в отдельные кожаные мешки, деля их по степени. В голове прикидывал: десятки первых, около двадцати вторых, пяток третьих. На взрывчатку их хватит, но для собственного развития — слишком мало. Ядра слишком слабые, структура рыхлая. Разве что использовать в качестве материала для экспериментов.

Воздух стоял тяжёлый, будто насыщенный кровью и дымом. Я сел на валун и оглядел место битвы. Оно больше напоминало кладбище. «Интересно, сколько таких гнёзд ещё скрыто в тумане?» — подумал я, сжимая в руках ядро четвёртой ступени.

В какой-то момент меня кольнула мысль: а если не уничтожать ядра, а попытаться объединить их в нечто большее? Риск огромный, но перспектива... всё равно придётся экспериментировать.

Я собрал всё до последнего, чтобы не оставлять следов — ни для туманников, ни для людей, которые могут прийти сюда позже.

Я сидел на валуне, сжимая ядро четвёртой ступени, и мысли сами собой закрутились в хаотичный круг.

Первое — эти десятки слабых ядер. Для развития они почти бесполезны. Их структура рыхлая, энергия разбавлена, словно вода в вине. Но если собрать их в одну матрицу? Может, получится сгусток, в котором слабая энергия сложится в нечто цельное. Конечно, риск: энергия может дестабилизироваться и разорвать всё вокруг. Но ведь это уже не просто материал для питания, это ресурс для экспериментов.

Второе — ловушки. Ядра первой ступени идеальны как одноразовые зарядники. Их можно начертить в простейшие пентаграммы и использовать как мины. Пусть не убьют, но отвлекут или сбросят концентрацию врага. Особенно если враг сильнее. В таких играх секунды решают всё.

Третье — оружие. Я прикинул, можно ли встроить ядра в рукояти ножей или в наконечники стрел. Тогда даже простая царапина станет смертельной — ядро взорвётся внутри плоти. Но тут тонкая грань: оружие одноразовое, да и нужно ли мне тратить ресурсы на такое, когда клинок в моей руке куда надёжнее?

Четвёртое — ядро пятой ступени. Вот это действительно сила. Его можно использовать как сердце конструкции, как основу голема или даже как резервное хранилище магии. Вопрос в том, стоит ли делать ставку на что-то громоздкое, что потребует времени и сил, или сохранить ядро как последний козырь.

А ещё был вариант самый простой — обмен. Если удастся выбраться к императору или в его сокровищницы, эти десятки ядер можно обменять на артефакты или редкие материалы. Хотя у императора лучше просто забрать всё, что удастся унести.

Я усмехнулся. Столько планов, а сил пока ни на один толком не хватает. Но что-то из этого придётся попробовать — иначе я так и останусь бегать по туману с мешком мелочи.

Я заметил движение сбоку, и в груди неприятно сжалось: это были не обычные туманники. Трое. Каждый массивнее обычного, с вытянутыми лапами, когтями словно из кованого железа и плотным энергетическим фоном. Не вожаки, но уже близки к этому уровню.

Я сбросил лишние мысли и приготовился. Бомб у меня не осталось — всё, что мог, я уже использовал. Приходилось рассчитывать только на клинок, скорость и то, что в жилах ещё оставались остатки магии.

Первый бросился в лобовую. Я ушёл в сторону, клинок скользнул по его шее, но вместо привычного разлёта праха — лишь глубокая рана. Существо взревело, ударило лапой, и я не успел полностью уйти: когти полоснули по боку, доспех удержал, но всё равно дыхание сбилось.

Второй прыгнул сверху, как будто дождался момента. Я перекатился, пропуская его мимо, и ткнул клинком в грудь. Сработало — тварь отлетела, но снова встала на ноги. Слишком живучие.

Третий всё это время держался позади, будто ждал, когда я выдохнусь. И мне было ясно: именно он — мозг этой троицы. Взгляд цепкий, движения выверенные.

Я попытался перехватить инициативу. Сместился, уходя от синхронной атаки первого и второго, и нанёс удар в живот. Клинок прожёг плоть, выдернул сгусток энергии и обратил её против врага. Один упал, задыхаясь.

Но оставшиеся двое не дали ни секунды. Один врезал в плечо, и только благодаря смещению доспеха я не потерял руку. Второй вцепился когтями в клинок, пытаясь вырвать. Мы сцепились в тяжёлой борьбе, и я, сжав зубы, врубил остатки магии.

Резкий толчок — и клинок прорвал его защиту, рассёк череп. Второй рухнул. Но сил на последний удар почти не оставалось.

Третий всё понял. Он не стал рваться сразу — начал кружить, вынуждая меня расходовать последние силы. Я сбросил дыхание, удерживая клинок так, будто это продолжение руки.

Рывок. Я ушёл в невидимость — на секунду, всего на миг. Этого хватило, чтобы появиться сбоку и вогнать клинок под ребро. Чудовище взвыло, дёрнулось, а потом осело на землю.

Я стоял над ними, еле дыша. В груди жгло, руки тряслись. Победа, но слишком тяжёлая. Если впереди таких троиц будет больше, то в одиночку я долго не протяну.

Я собрал ядра с павших тварей — руки дрожали от усталости, но привычное действие немного успокаивало. Одно ядро оказалось крепче остальных, тянуло энергией, но сил разбирать его прямо сейчас у меня не было.

Я сделал пару шагов в сторону и заметил, что дальше склон уходит вниз. Не крутой обрыв, а пологий спуск, будто вся эта площадка, где мы сражались, лишь уступ огромной скалы. Я подошёл ближе, присел на корточки и посмотрел вниз.