Евгений Астахов – Аутсайдер (страница 12)

Мы застываем, образуя неровный треугольник среди руин. Галадра, тяжело дыша, переводит горящий яростью взгляд с меня на Восса и обратно. Тот, припав на одно колено, держит уцелевший манипулятор наготове, готовый защищаться, наставив на нас обоих кулаки, вокруг которых выдвинулись различные виды вооружения. На одной из них торчит жерло той чертовски недоброй пушки — атомного дезинтегратора.

Я же, усилившись Багряной жатвой, вскидываю оба револьвера, спасибо отросшей руке, и медленно поворачиваюсь, держа обоих противников в поле зрения.

Воздух, кажется, звенит от напряжения. Никто не решается сделать первый шаг, понимая, что малейшее движение может нарушить это хрупкое равновесие и спровоцировать новый виток яростной схватки. Мы словно хищники, загнанные в угол, — израненные, но от этого ещё более опасные.

— Чёрт побери, да у нас тут мексиканская дуэль! — радостно гаркаю я. — Эльмодар, ты будешь Эмилиано. Галадра, а ты Гваделупой!

— Отбрось свои нелепые шутки, Егерь, — раздражённо цедит дрокк. — Мы здесь не для того, чтобы играть в твои примитивные земные игры.

— Гваделупа, не ерепенься, а то сокращу тебя до последних букв, и тогда в бухгалтерии точно что-то напутают. Получишь за всех.

— Какая ещё дуэль? И кто такой Эмилиано? — с недоумением бросает Восс.

— Не нравится? — огорчённо уточняю я. — Ну хочешь, будешь Эстебаном?

По какой-то причине, это становится спусковым крючком.

Удар сердца, и вокруг фигуры Галадры разгорается мерцающая аура, постепенно уплотняясь в подобие чёрной дыры.

Пространство вокруг ствола закованного в экзоскелет парня вновь начинает дрожать, словно реальность не в силах удержать рвущуюся наружу мощь.

В этот раз успеваю среагировать до того, как угольно-чёрный луч покинет оружие. Квантовый выстрел возникает прямо перед дулом врага, чтобы скрыться в нём долей секунды позже.

Мгновение тишины сменяется ослепительной вспышкой. Пространство вокруг Восса искажается, будто реальность трещит по швам. Волна дезинтеграции начинается с правой руки, где располагалось оружие, и стремительно распространяется по телу. Большая часть экзоскелета и плоти умника исчезает в вихре мерцающих частиц.

Однако процесс останавливается, не дойдя до конца. Левая рука ублюдка, остаётся нетронутой, как и часть торса. На уцелевшем корпусе тускло поблёскивает жетон — очевидно, артефакт каким-то образом защитил эту часть тела от полного уничтожения.

Остальное тело Эльмодара превращается в облако сверкающей пыли, медленно рассеивающееся в вакууме. На месте, где он стоял, теперь зияет неровная выемка в поверхности, окружённая тающим облаком мельчайших частиц.

Рука и фрагмент торса противника беззвучно падает на землю. Единственное, что от него осталось.

Чужая смерть благодаря Багряной жатве подстёгивает собственную Регенерацию, мгновенно исцеляя лёгкие раны и частично заживляя тяжёлые.

Левый револьвер обрушивает Барабанный каскад Квантовых выстрелов на Галадру, но та, даже искалеченная всё ещё способна позаботиться о себе. Плазма разлетается о первозданную силу вселенной. Ту, из которой всё сформировалось, и ту, в которую всё однажды канет.

Чёрная дыра за спиной дрокка уже разрослась до неприличных размеров, и чутьё подсказывает: лучше не соваться в эту гравитационную воронку без крайней нужды. Но… похоже, выбора особого нет…

Безумный оскал Галадры расцветает в полумраке, приближаясь с каждым метром. Дёргаю рукой, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, но поблизости нет крепких стационарных объектов! Рефлекторно упираюсь в землю, но ноги предательски скользят, не находя опоры.

Гравитация неумолимо влечёт меня к эпицентру чёрной дыры. Мозг, торопливо, перебирающий варианты, радостно рапортует о подходящей находке.

В ладонях вспыхивают аметистовые искры, и в тот же миг передо мной из земли выстреливает прочный слой фиолетового хрусталя. Спасибо Кристаллической фортификации.

Я упираюсь в этот порог, резко выросшей до уровня моего пояса, и накрываю оппонентку шквалом различных атак.

А затем реальность подкидывает новый сюрприз. Пространство в десятке метров от меня вдруг идёт рябью, и в нём проступают очертания идеального круга. Миг спустя края круга вспыхивают ослепительно-голубым, и сквозь неё выходит худосочная угловатая фигура. Башка в форме перевёрнутого треугольника. Какие-то палки-культяпки вместо конечностей с парой когтей. Куцые ножки, на которых он в теории должен с трудом сохранять стабильное вертикальное положение.

Судя по эмблеме на груди доспехов — треугольник с чем-то вроде глаза в центре — передо мной Хранитель Равновесия. Очередной дружок Юмбраля, не иначе.

Итаа́р «Азурио́ н» Э́штрим эн Ульм

Вид:???

Класс:???

Редкость: Золото

Способности:???,???,???

???

???

Ранг: Супернова

Параметры:???,???,???

РБМ:??? единиц

Клан: Янтарные Крылья

Должность: Старший Офицер

Статус:???

Не успев даже оглядеться, он мысленным усилием очерчивает перед собой неровный овал. В то же мгновение пространство над головой Галадры раскалывается, пульсируя тьмой, и падает на неё, затягивая в свою беззвучную пасть мою любимую тёщу.

Только что была здесь, и вот уже нет.

Ксенос — мастер телепортации, ни дать ни взять.

— Какое своевременное появление, — констатирую я, переместившись к трупу Эльмодара. — Я уже начал уставать от общества Галадры. С меня выпивка, дружище.

— Азурион, — бросает Хранитель, поворачиваясь ко мне. — Можешь звать меня так, Егерь. — И мы, — рядом формируется ещё один портал, выбросив Юмбраля, — долго искали тебя.

— Чтобы принести извинения? — забрав трофейное кольцо, вяло интересуюсь я.

— Чтобы заставить тебя молить о смерти, — рычит Юмбраль.

— Чёрт, а я так надеялся, что мы поладим. Ну, тогда спасибо, что принёс мне последний седьмой ключ.

Глава 9

Юмбраль, не тратя время на пустые разговоры, бросается в атаку. В его руках длинная глефа[1], украшенная лезвиями с обеих сторон древка. Что примечательно, вовсе не плазменная. Прочный тусклый металл и острейшая изгибающаяся кромка.

Что ж, я готов. Главное правило выживания в этом бедламе: бей первым. Встречаю его шквальной пальбой.

Чужое оружие, окутанное неприятным багровым сиянием, со свистом рассекает воздух. Я едва успеваю отшатнуться, когда лезвие проносится в сантиметре от горла. В ту же секунду оппонент вскидывает свободную руку, и с его пальцев срываются угольно-чёрные сгустки, похожие на концентрированную тьму.

Только Спурт спасает меня от прямого попадания. Контратакую, но этот ублюдок тоже не лыком шит. Он кружит вокруг, то и дело норовя достать меня стремительным взмахом глефы. Вынуждает меня уворачиваться и прыгать, словно блоха на сковородке.

Спасибо памяти Стрелков, потому что в моём разуме всплывает стиль одного из них. Безымянного рыжеволосого юнца. Он умеет сражаться на близкой и сверхблизкой дистанции от противников, двигаясь неуловимо, как вода. Грациозно и легко. Его пытались поразить оружием холодным и огнестрельным, но парень раз за разом уходил, безошибочно, наказывая открывшегося врага. Именно эту тактику и я адаптирую под себя.

Крутанувшись, всаживаю в оппонента три Усиленных выстрела. Однако тот, пустив по лезвию глефы волну искрящейся арканы, с лёгкостью отражает пули. В тот же миг с другого конца древка в меня устремляется вихрь алого пламени. Шиплю сквозь зубы, когда жар опаляет бок, расплескавшись об энергощит.

Очередной вертикальный рубящий удар противника раскалывает землю, посылая длинный ветвящийся разлом. Достигнув здания на другой стороне улицы, он обрушивает фундамент, и постройка бесшумно устилает своими обломками ближайшее пространство.

Но это ещё цветочки — краем глаза замечаю, как Азурион вскидывает руки, и вокруг нас начинают возникать порталы. Много порталов — штук тридцать, не меньше. Голубые всполохи искажения реальности вспыхивают повсюду: на стенах, на полу, даже, мать его, в небе!

Он пытаясь зажать меня в тесное кольцо, а для чего, становится ясно уже совсем скоро. В его руках нечто похожее на массивный мощный арбалет. Снарядами из него он и пытается меня изрешетить.

Я уворачиваюсь от летящих на меня эскадиевых болтов, каждый из которых способен пробить танковую броню. Фиксирую, как они впиваются в каменное крошево у самых ног, поднимая облака щебня и пыли.

Самое поганое, что худосочный ксенос использует свои порталы, чтобы пытаться поразить меня то в спину, то в макушку. Всегда с неожиданного направления. Спасает Инстинктивная бдительность и ускоренное тело, позволяя реагировать на внезапную опасность.

Темп боя нарастает.

Глайд, и вот я скольжу по невероятной дуге вправо, заходя Азуриону за спину и одновременно стреляя из револьверов. Тот умело закрывается порталами, перенаправляя мою плазму прочь, часть её прямо в меня.

— Думали, это будет так легко, святоши? — хмыкаю я, продолжая атаковать эту парочку.

Надо признать, что Биба и Боба, два долбаёба, действуют весьма слаженно, словно далеко не в первый раз вынуждены сражаться в таком тандеме. Вот один из них едва не заставляет меня упасть в портал, раскрывшийся под ногами, пока второй крылатый ушлёпок пикирует сверху, ловко ныряя в ближайший портал Азуриона, чтобы возникнуть за моей спиной. Остриё едва не пронзает поясницу.

Уклоняюсь перекатом, чувствуя, как на лице появляется злой оскал из-за пролетевшего в паре сантиметров от макушки болта. Новый, мать его, акробатический этюд, пляска со смертью. На грёбаных руинах, усеянных щебнем и трупами. И с психованными религиозными фанатиками вместо соблазнительной партнёрши. А можно не надо?..