Евгений Алексеев – Назад в СССР: Классный руководитель. Том 5 (страница 45)

И тут я увидел то, что мне нужно. Аккуратной стопкой лежали листы из какого-то золотистого сплава, сантиметров три-четыре толщиной, переложенные картоном. Достав рулетку, я измерил и понял, что эти листы можно будет просверлить и прикрепить к деревянной двери из толстой фанеры, или сбить из досок, так что сломать уже будет сложней. Как внезапно свет заслонили несколько мрачных фигур.

— Мужик, тебе чего здесь надо? — напротив меня оказался мужичонка небольшого роста, худой, с выступающими скулами, коротким плоским носом, темно-рыжими редкими волосами, и неприятным взглядом утопленных под выступающими надбровными дугами светло-зелёных глаз.

— А что такое? — не понял я.

— Это твоё? — быстро кинул он мне фразу. — Иди отседова, пока зубы не пересчитали.

— Слушай, чувак, это помойка, — возразил я миролюбиво. — Здесь уже ничего моего или твоего нет. Все общее.

Ко мне придвинулось двое мужиков, один чуть повыше, в телогрейке, второй — в коротком тёмном пальто. Уходить под злыми взглядами этой троицы совсем не хотелось, и я уже приготовился дать в морду каждому. Но тут услышал призывный свист, мужики как-то отодвинулись в сторону, разошлись.

— Олег, я тут нашёл кое-что, — услышал я голос Руслана.

Повернул к нему голову, и заметил, как он заговорщицки подмигнул с каким-то странным загадочным выражением на лице.

— Ну пойдём, покажешь.

И мы направились в сторону от этих странных мужиков.

— Не трогай их. Это… — мой знакомец почесал шею задумчиво. — В общем, этот рыжий недоносок — заместитель начальника этой свалки. Чего-то они с этим металлом делают. Ты лучше не суйся к ним. Нет, конечно, я могу их отогнать. Но они тут какие-то тёмными делишками ворочают. Лучше не встревать. Пойдём, я тебе кое-что покажу.

И мне на ум тут же пришла серия из сериала «Следствие ведут ЗнаТоКи» — «Ответный удар», когда вот такой рыжий недомерок, которого играл Валерий Носик, руководил переправкой болванок из особого сплава цеховикам. Короля мусорного царства играл неподражаемый Менглет, актёр невероятной харизмы и обаяния.

Руслан отвёл меня куда-то совсем на другую сторону свалки, на берег речки, которая спокойно текла между крутых берегов, заросших густым кустарником.

И тут я увидел торчащую из земли длинную вертикальную решётку, перехваченную в нескольких местах планками. Это поначалу заставила ёкнуть сердцу, когда я вспомнил о СИЗО. Но потом понял, что это распашные ворота из кованного металла, окрашенные голубой краской, даже с ажурным украшением по центру. Краска чуть облупилась, но выглядели они вполне прилично. Я измерил рулеткой, и понял, что это то, что мне нужно. И уже хотел отнести к машине Руслана, но он остановил меня:

— Подожди, не надрывайся. Щас позову тут бомжей, они тебе за пару бутылок хоть слона дотащат. Есть у тебя с собой?

Я кивнул, и Руслан быстро зашагал куда-то к чернеющим бытовкам на краю свалки. И минуты через две притащил за собой четверых мужиков, совершенно уже потерявшие человеческий облик, с красными воспалёнными рожами, заросшие щетиной, одетых кто во что горазд, в телогрейке, куртке с оторванным рукавом, один даже в женском приталенном пальто с изъеденным молью воротником из чернобурки. Несло от них, конечно, страшной вонью из мочи, дерьма, табачным перегаром.

Но Руслан что-то быстро им сказал, махнул рукой в сторону. Один из мужичков скомандовал остальным. И они, довольно ловко подхватив каркас с решёткой, потащили через всю свалку.

— Слушай, что бы я без тебя делал, ума не приложу, — покачал я головой. — Прямо даже не знаю, как тебя и благодарить.

— Не надо благодарить, — Руслан похлопал меня по плечу. — Хорошему человеку всегда хочется помочь.

Мы пошли по дорожке, которая вилась серпантином среди гор мешков, разорванных книг, битого стекла, по которым сновали стаи серо-бурых крыс, тощие бежевые собаки, пробежала большая черная кошка, таща в зубах здоровенный серый кусок колбасы. Над нами вились стаи жалобно кричащих белоснежных чаек, громко каркающих ворон. Эти чёрные птицы совершенно не боялись нас, копошились в отходах, вытаскивая куски еды. Одна из ворон бросилась вниз, схватила серо-рыжую крысу, но та видно укусила ее за лапу, и лохматый комок с хвостом понёсся вниз. Шлёпнулся на кучу тряпья, и тут же ожил, превратившись в длинную ловкую животинку. Вильнув длинным голым хвостом, она слиняла куда-то в щель между горой разорванных книг и сломанной мебели: стульев, остатков кровати.

И мы, наконец, добрались до жёлто-голубого мусоровоза Руслана, он открыл заднюю створку, и бомжи занесли туда. Когда я сунул главному бомжу пару червонцев, кажется, он готов был упасть на колени передо мной и молиться.

Руслан со снисходительной ухмылкой наблюдал, как я расплачиваюсь, потом бросил:

— Ну, поехали. Куда везти тебе?

Я назвал адрес, Руслан хмыкнул, сообщим, что тоже живёт там недалеко. И мы отчалили со свалки. Обратный путь показался короче. Мой случайный попутчик оказался балагуром. Пока мы катили по бетонке МКАД, травил анекдоты, рассказывал разные истории о свалке, о том, как здесь люди обогащаются, сдают цветмет, тряпки, картон, книжки. Хохотнул, когда рассказал, что на свалке большой популярностью пользуются книги по марксизму-ленинизму, они толстые, их в макулатуру сдавать удобно. Только нужно ободрать обложку. Часть того, что он говорил, я знал по этой серии «Ответный удар» и размышлял, стоит ли все-таки сообщить ментам о том, что через свалку переправляют какой-то ценный металл.

Руслан довёз меня прямо до моих гаражей. Мы выгрузили ворота. И я распрощался с моим отзывчивым попутчиком, который так мне помог. От денег Руслан отказался наотрез, только попросил телефон. Сказал, что Анна очень хотела со мной познакомиться. А я жаждал узнать, откуда она узнала о моем деле.

После ухода Руслана я занялся установкой ворот. Каркас-раму, к которой крепились ворота, распилил посередине, поскольку она оказалась по длине больше, чем проем гаража. Излишек створок тоже пришлось отпилить циркулярной пилой, хорошо, что металл оказался не такой толстый. Петли к раме я мог закрепить болтами, но решил приварить. Пришлось искать дядю Колю, у него имелся сварочный аппарат, который он спёр с какой-то стройки, когда там работал. За обещанную бутылку он согласился соединить сваркой раму, приварить петли, пока я бегал за бутылкой в гастроном. Увидев, что я притащил ему «Столичную», дядя Коля готов был расцеловать меня. Помог мне насадить створки на петли. Потом схватил бутылку и убежал к себе, с таким радостным выражением на физиономии, будто я одарил его куском золота. Передние двери я сделал подъёмными, они опускались и закрывали решётку.

Оглядев свою работу придирчивым взором, подумал, что можно ещё к прутьям приварить листы металла, вставить какой-то серьёзный замок, но пока лишь скрепил створки толстой цепью с увесистым навесным замком.

Закрыв двери гаража, усталый, и довольный, я отправился домой, мечтая о том, как приму душ, и завалюсь спать. По дороге со смехом вспоминал, что в современное время, когда купил иномарку, просто заказал бронированные ворота для гаража. И мне их вмиг поставили, без всяких усилий и поисков на помойке. Хотя, такого удовольствия, как сейчас, я не получил.

Поднялся на свой этаж, вытащил связку ключей из кармана, и вдруг услышал шорох за спиной. Резко обернулся и тут же попал в объятья Марины. У меня ослабели ноги, подкосились. И я едва удержал тело девушки. Она прижалась ко мне так крепко, что в паху вспыхнул невыносимый пожар. Оторвалась, взглянула в лицо с печалью, провела ладонью по моей лысой голове. И вновь прижалась к груди, всхлипнула, словно я вернулся, по крайней мере, с войны.

— Ну, открывай дверь, сиделец, — услышал я весёлый голос Бориса за спиной. — Мы уж заждались тебя. Фу, несёт от тебя, — довольно невежливо фыркнул он. — Ты чего теперь по помойкам промышляешь?

Я с трудом оторвал от себя Марину, открыл дверь. И мы вошли внутрь. Вспыхнул свет, и с каким-то затаённым страхом я представил, что вот сейчас опять вывалятся какие-нибудь нежданные гости. Но в квартире царила тишина.

— Я душ приму и к вам присоединюсь, — сказал я.

Сбросил вонючую, пропахшую отходами человеческой жизнедеятельности, жжёным металлом и гарью, одежду. Долго и тщательно смывал с себя не столько грязь, сколько мерзкий запах, но подумал с досадой, что сделать с первого раза не удастся.

Когда вышел из душа, Боря вовсю хозяйничал на кухне. Что-то напевая себе под нос, жарил яичницу, колбасу, сало на сковородке. Марина сидела за столом, бездумно наблюдая за его действиями.

— Ну, у тебя и жратвы полный холодильник. И где достал только. Ты гостей ждал? — поинтересовался он.

— Это не мои продукты, — ответил я, понимая, что последует недоуменный вопрос Бориса.

— А чьи? У тебя кто живёт что ли?

Я подошёл к окну, чуть приоткрыл фрамугу, боясь, что от меня все равно несёт вонью свалки. Вздохнув, объяснил:

— Боря, ты не представляешь, что произошло. Я возвращаюсь домой, а здесь какие-то люди незнакомые шастают, муж, жена и двое детей. Я обалдел просто. И у них ордер на мою квартиру. Пришлось вызвать ментов. Они разобрались. Что ордер фальшивый. Эта развесёлая семейка решила, что раз здесь зэк жил, то можно жилплощадь занять.