Евгений Алексеев – Назад в СССР: Классный руководитель, том 2 (страница 57)

— Не может быть! Затаскивает в подсобку и насилует? Куда же дирекция смотрит?

— Дирекция смотрит в свой карман, дорогуша. Этот учитель-то не простой, у него покровители — ого-го-го.

Я понял, что они сплетничали обо мне. Хотелось развернуться и рассказать этим тупым дурам, что о них думаю, но понял, что это бесполезно. Раздосадованный, злой, пальцы подрагивали, я вылез на своей остановке и направился к школе.

Когда вошёл в актовый зал, оглядел ребят, с тревогой отметил, что Ксении и Генки нет. Я зашёл на сцену, вынес из подсобки кассеты и магнитофон:

— Я сумел тут кое-что записать. Пусть каждый послушает свои зонги.

— Олег Николаевич, а расскажите, как вы тут с бандитами сражались, — пробасил Пётр. — Интересно же.

— Да ничего интересного, Петя. Зашли два отморозка, я их сдал милиции.

— Но вы же с ними дрались, у вас и синяки остались, расскажите, — подал голос Аркаша.

— Ребята, нам надо делом заниматься. Времени мало остаётся. Давайте быстро пробежимся по зонгам, потом начнём дальше репетировать. И, кстати, где Ксения и Гена Бессонов? Почему я их не вижу? — задал я сильно беспокоящий меня вопрос.

— Они в милиции, — к нам подошла Аня с большим альбомом в руках и парой карандашей.

— В милиции? Почему?

— Ксения звонила мне, сказала, что они нашли девушку. Гена вызвал милицию. Ну, а потом их как свидетелей вызвали.

— Труп нашли? — я нахмурился.

— Нет, что вы! — Аня широко раскрыла глаза, воззрившись на меня с испугом. — Только раненую.

Но теперь я вздохнул с облегчением, по крайней мере, с Ксенией и Геной все в порядке.

Послышались шаги, я обернулся и увидел Ксению, румяную с мороза, со снежинками в густых волосах. Увидев меня, она улыбнулась, радостно помахала мне рукой. За ней шёл Генка, тащил большой, обтянутый коричневым дерматином, чемодан.

Я спрыгнул со сцены и кинулся к ним, не пытаясь даже скрыть радости. Взял девушку за руки, взглянул в глаза.

— Извините, Олег Николаевич за опоздание.

— Мне сказали уже, что вы из милиции. Что произошло?

— Мы с Геной, когда через парк шли, вдруг услышали крик, — она начала быстро и сбивчиво рассказывать. — Бросились туда, а там кто-то лежит. Оказалось, что девушка. Зоя Зарубина. Ее кто-то по голове ударил, но мы вовремя подошли. Скорую вызвали, отвезли в больницу. Ну, не будем об этом, — она мягко улыбнулась. — Вот, я принесла несколько костюмов.

— Как же ты успела сшить? — удивился я.

Генка отнёс чемодан на сцену, щёлкнув замками, открыл, вытащил несколько костюмов.

— Вот, это для вас, Олег Николаевич, — он сунул мне прозрачный целлофановый пакет, в котором просматривался тёмный материал в полоску.

— Олег Николаевич, примерьте, пожалуйста, — Ксения подошла к сцене, сцепила пальцы вместе, кусая от волнения губы.

Подхватив пакет, я ушёл во вторую комнату, рядом с подсобкой, выполнявшая роль гримёрной и костюмерной. Стол с трёхстворчатым зеркалом, покрытое толстым слоем пыли, на длинной вешалке висел одиноко кожаный плащ и сверху лежала шляпа — то, что я нашёл в 200-й секции ГУМа, но поскольку теперь я играл роль Мэкхита, я не представлял, куда все это пристроить. Роль ведущего отпадала. Когда я примерил костюм, который сшила Ксения, понял, что это тот же самый, в котором Генка пел балладу Мэкхита, только теперь всё сидело на мне идеально. Брюки чуть свободные, со стрелками, больше не ложились буфами на ботинки, а лишь закрывали их отворотами до середины. Значит, Ксения с самого начала шила этот костюм на меня, но как она угадала с размером? И я решил надеть плащ и шляпу и в таком виде явился на сцену.

И на мне сразу скрестилось несколько пар глаз, восхищённых, изумлённых, что стало неловко.

— Ух ты, клёвый прикид. Отпад, — выпалил Пётр. — Я б в таком тоже бы не отказался потусить.

— А вам нравится, Олег Николаевич? — Ксения смущённо взглянула на меня.

— Очень нравится. Но все остальные костюмы нужно не хуже сшить. А?

— Я постараюсь, для ребят я тоже кое-что сделала. Они могут примерить.

Она вытащила из чемодана несколько пакетов, один из них отложила в сторону. Я подошёл, взял в руки, внутри сияло блёстками явно женское платье. Девушка вытащила пакет из моих рук, и вновь сунула обратно, словно стеснялась.

— Нет, Ксения, покажи, что это. Любопытно же.

Бросив на меня быстрый, изучающий взгляд, она схватила пакет, и убежала в гримёрную. Через пару минут вернулась в платье чуть ниже колен, из струящейся светлой ткани, вышитой блёстками, с бахромой. Все в стиле 1930-х годов.

— Ну, как? — она повернулась вокруг себя, демонстрируя наряд. — Ничего?

Прикусив нижнюю губу, с напряжением посмотрела на меня.

— Очень красиво, Ксения. Просто шик.

И подумал с горечью, что на западе Ксения могла бы открыть своё ателье, шить одежду в своём стиле. Стать известным модельером. Но здесь, в Союзе, все ее таланты были никому не нужны. Видно, на моём лице отразилась эта досада и девушка расстроенно опустила руки:

— Вам не нравится, — покачала головой.

— Ксения, мне очень нравится, — я подошёл ближе, притянул ее за талию. — Просто, мне жаль, что ты не можешь свои таланты здесь раскрыть.

— Олег Николаевич, я просто умею немного шить и мне это нравится. Вот и все. Не преувеличивайте.

Послышались чьи-то торопливые шаги, и машинально бросив взгляд, вздрогнул. По проходу между рядами быстро шагала Таисия Геннадьевна.

— Олег Николаевич, вас там ждут. Пожалуйста, пойдёмте, — начала она, запыхавшись.

— Кто ждёт? Таисия Геннадьевна, мы репетируем. Не хочу отвлекаться.

— Это очень важно. Идёмте.

Я снял плащ, шляпу, аккуратно сложил на стуле.

— Ребята, вы кассеты пока слушайте, а я отлучусь на минутку.

Все кивнули, а я подумал, что это, может быть, к лучшему — не увижу разочарованных моим пением лиц.

Глава 22

Исполнение желаний

— Таисия Геннадьевна, так кому я понадобился? — спросил я, когда мы вышли из зала.

— Приехал профессор Тузовский, — на ходу бросила она. — Очень хочет вас увидеть.

У меня непроизвольно вверх взлетели от удивления брови. Сам Тузовский приехал в школу, не прислал курьера⁈ Это изумило меня до такой степени, что я на миг просто замер на месте. Но завуч, схватив меня за руку, потащила за собой.

Я заметил массивную фигуру за окнами пустого класса на первом этаже, рядом с лестницей. Когда вошёл, Тузовский поднял седую голову от книги и привстал, чтобы пожать протянутую мною руку.

— Здравствуйте, здравствуйте, Олег, рад вас видеть в добром здравии, — заговорил он первым, улыбаясь.

— Зачем вы лично приехали, Игорь Дмитриевич? Я бы мог подвезти вам рукопись статьи. Я её написал и напечатал.

— Статья — это хорошо, очень хорошо, — проговорил профессор, будто и не слыша моих слов. — Но у меня тоже кое-что для вас есть.

Он взял со стола два листка, скреплённых между собой. Подал мне. Я пробежал глазами текст, напечатанный на машинке, и стало нехорошо, закружилась голова, так что я дрожащими руками отодвинул стул от учительского стола и присел. Вчитался в строки:

' Туманов, Олег Николаевич, доцент физико-математической кафедры, кандидат физико-математических наук, за время работы в Московском государственно университете проявил себя как высокопрофессиональный, талантливый и принципиальный преподаватель, пользующийся уважением коллег и студентов. Эффективно сочетает фундаментальные научные изыскания с прикладными задачами. Результатом этого стало создание им значительного количества учебно-методических материалов, пособий и курсов лекций.

Туманов О. Н. — принципиальный и бескомпромиссный человек в вопросах науки, качества знаний и профессиональной этики. Предъявляет высокие требования как к себе, так и к студентам, что является следствием ответственного отношения к делу.

С коллегами Туманов О. Н. корректен, готов к конструктивному диалогу и научной кооперации. Является надёжным членом коллектива, всегда выполняющим порученную работу на высоком уровне. Активно участвует в жизни кафедры и университета.'

Я перевернул страницу, заглянул в конец, за чьим авторством это творчество.

— Поздняков Илья Трофимович? Кажется, он был завфедрой физмата?

— Да, совершенно верно. А сейчас он врио ректора МГУ. Но приказ о его назначении уже подписан.

— А Грачёв куда делся?

— Он арестован по обвинению во взяточничестве в особо крупных размерах, завышение смет на ремонт и реконструкцию помещений университета и ещё много чего.

— Вот как? А что с моей характеристикой, которую он написал?