Эвелин Бризу-Пеллен – Тайна Карты вечности (страница 19)

– Хайнц, ответь, – неожиданно тихо сказал Йохим, – тот, кому поклоняются в Ордо Юниус, этот их Единый, – это правда Мирза? Это он? Не Демон или прикрывшееся его именем Божество?

За столом наступила тишина. Хайнц вмиг утратил всю свою уверенность и самообладание, лицо приняло нездоровую бледность, а рука автоматически потянулась к запястью. Кажется, последнего жеста он даже не заметил, но Алоизас, сидящий по правую сторону, вцепился взглядом в его руку так, словно хотел остановить одной силой мысли.

Грейден нахмурился, незаметно поглаживая ноющее бедро. Фергус рядом с ним был непривычно тихим и хмурым. Все хотели знать ответ.

– Да, – коротко сказал Пернатый.

Йохим и Мейбл одновременно выдохнули в растерянности. Кейран и Михаэль обменялись одним им понятными взглядами, Фергус фыркнул, а Вальтар помрачнел.

– Мы до последнего не хотели в это верить.

– К сожалению, это так. Мне жаль подрывать вашу веру в благородство всех Пяти Божественных Братьев, но, к сожалению, один из них точно не тот, кем казался все время. – Хайнц посмотрел на Алоизаса, словно что-то хотел уточнить, но потом будто одернул себя и уставился в стол. – Я бы тоже не поверил, если бы не связывался с ним напрямую. Мирза и есть то самое Божество, ради кого люди жгли костры в Теневале и пытаются установить его порядки в Тэйлии.

Грейден хотел было спросить, как Хайнц мог убедиться в подлинности того, кого видел, но неожиданно почувствовал, как к колену прислонилось колено Фергуса. Его тепло не вызвало отторжения и внутренней дрожи, и Грей удивленно бросил на него взгляд. Фергус сидел с будто приклеенной на лице косой ухмылкой, и его глаза медленно перевели внимание с лица Мастера вбок. Грейден проследил за взглядом, стараясь выглядеть непринужденно, но, даже посмотри он в лоб, его вряд ли бы заметили за этим занятием.

Фергус косился на бледного Альбрехта, вперившегося взглядом в Хайнца с такой жадностью и страхом, словно тот самолично бросил приглашение сходить на территорию Ордо Юниус и познакомиться с Единым.

– Все-таки это сам Мирза. – Мейбл будто пыталась свыкнуться с новой реальностью.

– Сам Мирза. Я общался с ним напрямую, и это точно один из Пяти, – ответил Хайнц.

– А где же тогда остальные Братья? – не сдержался Грей. – Разве Эрха или Кадасси не видят, что происходит в Крестейре?

Хайнц глубоко вдохнул и положил ладони, украшенные перстнями и браслетами, на стол.

– Я думаю, что-то произошло в Алтореме, и все началось именно там. Не могу ничего утверждать, у меня нет никаких доказательств, но я только недавно узнал о том, что Мирза обманывал меня с самого начала. Именно поэтому я задумался и копнул глубже. Скорее всего, Пяти Божественных Братьев нет в Алтореме, потому что я отказываюсь верить в то, что Создатель – как бы я ни корил его за то, что случилось, – сидел бы сложа руки во времена Инкурсии. Та же легенда о том, что Кадасси пожрал собственных детей-драконов, чтобы выжить, не что иное, как ложь. Кадасси любил своих детей. И его уже давно не видно, а это значит, что ничего подобного не было. Если бы он правда их пожрал для возрождения, то где он сейчас?

– А с Джианом что?

– О нем тоже ничего, лишь слухи, будто он исчез. Мы живем в Физическом мире, поэтому для нас то, что происходит в Алтореме, лишь тайна за семью печатями. Я могу только строить догадки, а вы – решать, верить мне или нет. Что бы ни случилось тогда, наша главная проблема сейчас – это Ордо Юниус, – сказал Хайнц.

– Как сладко да ладно поешь, – фыркнул Фергус.

– Ты имеешь полное право мне не верить, – ядовито улыбнулся Пернатый.

– Я тебе и не верю.

– Придется немного поступиться своей гордостью, ведь мы сейчас сотрудничаем, – нагло ухмыльнулся Хайнц. Хальвард на это недовольно хмыкнул.

– Фукурокудзю тоже пропал? – неожиданно спросил мрачный Михаэль, прерывая зарождающийся спор. Напряжение, нависшее над их головами, тут же спало, сменяясь на подавленность.

– Да. Кроме Мирзы, не слышно ни об одном из Братьев, – тихо ответил Хайнц.

– Да ты нам лапшу на уши вешаешь! Быть того не может, чтобы Алторем пустовал, – возмутился Кейран, хотя уверенности в его голосе не было.

– Говорю лишь то, что знаю и думаю сам, – ответил Хайнц.

– Если сложить все кусочки мозаики, то все становится логичным, – не выдержал Грей.

Все уставились на него, и Мастер внутренне поежился от липкого ощущения прикованных к его лицу и телу взглядов. Фергус рядом перестал источать ненависть, и его колено на мгновение отодвинулось от колена Мастера, чтобы потом снова прижаться будто невзначай. Он не повернулся, не посмотрел на него, но внутренне Грей почувствовал ощущение поддержки и успокоился, сжимая трость.

– Храмы разрушены и в упадке, мир раздавлен в лепешку и с трудом отдирает себя, размазанного по земле в бесформенную массу. У нас на один город может приходиться сотни темных тварей, хотя до этого было в разы меньше. Демоны разгуливают так, словно ходят по Инферно. Я могу бесконечно перечислять, но смотрите сами: у нас полный дисбаланс. Стали бы Пятеро бездействовать в такое время? – тихо проговорил Грей.

Йохим задумчиво склонил голову и посмотрел на Вальтара.

– Во времена, когда бесчинствовали одичалые Демоны, Джиан Защитник спускался с Алторема, чтобы навести порядок. Думаю, сейчас ситуация такая же сложная, и вряд ли бы Эрха допустил подобному происходить, – задумчиво проговорил консиларио.

– Альбрехт, что случилось? Тебе нездоровится? – неожиданно обеспокоенно спросил Йохим.

Грейден почувствовал внутри неясную тревогу, когда повернулся и посмотрел на бледного как полотно изобретателя. Ему даже показалось, что механические стражи скрипнули у входа, но, похоже, никто этого не услышал, кроме него.

– Нет, нет. Все в порядке. Просто немного… переволновался, – выдохнул мужчина, доставая из внутреннего кармана платок и промакивая взмокший лоб и виски. Йохим сидел рядом с ним, и на его лице читалось искреннее беспокойство за родственника. Альбрехт покосился на застывшего хищной птицей Хайнца, его губы растянулись в теплой улыбке:

– Просто слышать о том, что Божества покинули нас, так странно.

– Это вы еще про красные кристаллы не слышали, – нервно выпалил Алоизас.

Северянин выглядел удивительно спокойным рядом с опаснейшим чудовищем и совершенно не походил на того, кого в ближайшем будущем этот монстр готовится сожрать. Грей обратил внимание на его новую рубашку, с накрахмаленным воротником и серебряными подвесками на правом плече. Он посмотрел на Хайнца, увешанного украшениями, как ель на праздник Анни Ферия[11], и незаметно про себя хмыкнул.

– Расскажите, – сказал Йохим.

– Вы знаете, что происходит в Фонкордисе, и как это связано с тем, что видел Михаэль на площади Создателя? – спросил Кейран, впервые за все время закинув недовольство в дальний ящик.

– Красный кристалл связан с Мирзой, – ответил Алоизас, и Хайнц одобрительно кивнул. И без слов было понятно, что они втроем уже обсуждали все это.

– Это же… – Грейден хотел было сказать, что не может такого быть, ведь кристалл связан с Джианом и Создателем и именно от него Мастера получают Дар, чтобы изгонять тварей, а не призывать их.

– Да, звучит дико, но так оно и есть. – Алоизас понимающе кивнул Грею, а потом посмотрел на Хайнца, предлагая ему самому все рассказать.

Альбрехт принялся наливать себе воды из хрустального графина, пока все выжидающе уставились на Греха. Даже Кейран и Фергус перестали фыркать и источать злость, потому что этот вопрос волновал всех.

– Красный участок на кристалле не что иное, как скверна, которую вызвал Мирза. – Хайнц глубоко вздохнул, приготовившись рассказывать. Он забегал глазами из стороны в сторону, заметил свернутые в тубы огромные листы желтоватой бумаги у стола и потянулся рукой к ним, посмотрев на Йохима. – Позволите, ваше высочество?

– Да, конечно, – кивнул Йохим.

– Если вам нужно что-то нарисовать – вот. – Вальтар приподнялся с места и протянул Хайнцу через весь стол стаканчик с карандашами, перьями и новомодными ручками.

– Благодарю. – Хайнц заправил волосы за уши, вооружился карандашом и ловко развернул лист перед собой. Алоизас и Хальвард придержали концы, чтобы бумага не скручивалась обратно, и поставили по краям стаканы и книги, лежавшие на столе. Хайнц на это неожиданно улыбнулся, ломая представление о себе как о воплощении надменности и независимости.

Пока Пернатый четкими линиями вырисовывал кристалл, балки около него и обозначал красным карандашом порочное пятно на нем, все с интересом следили за его руками. Грейден подумал вскользь о том, что Фергус упоминал об увлечении наукой своего Учителя, и понимал, откуда Хайнц так мастерски умеет рисовать схемы и чертежи.

– Изначально кристалл – это кусок меча Джиана, но это вы все и без меня знаете. Джиан очень тесно связан с Эрхой, поэтому сила Дара не что иное, как сила самого Создателя, которую он дарует определенным людям, чтобы те охраняли Физический мир от темных сущностей и чудовищ. Кристалл выступает своего рода проводником для Дара, – принялся рассказывать Хайнц, показывая все на рисунке так, словно находился в лекторской с учениками. – Мирза не умеет создавать сам, поэтому решил «воспользоваться» уже созданным Эрхой и Джианом кристаллом. Он хотел сделать это еще до Инкурсии, но тогда сила Создателя была слишком велика. Это и после Инкурсии удалось не сразу. Кристалл не так-то легко в принципе «загрязнить». – На последнем слове Хайнц изобразил пальцами кавычки.