Эве Лин – Только не рядом (страница 31)

Решаю немного отдохнуть. Собираюсь и иду к себе в номер. Участникам оплачивают гостиницу, но селят на разные этажи, чтобы не было стычек. Прихожу в номер и сразу же ложусь на кровать. Кручу в руках телефон с номером человека, который следит за Куклой, и решаю, что мне нужно успокоиться, позвоню немного позже.

Просыпаюсь как от толчка и смотрю на время. Не успеваю ничего сообразить, как в дверь стучат. Скорее всего, Виктор или мой тренер, Роман Александрович. Встаю и направляюсь в сторону двери. Открываю и вижу на пороге парня, примерно моего возраста, но немного ниже меня.

— Что? — спрашиваю сразу.

Он теряется и избегает моего взгляда, явно волнуясь в моем присутствии.

— Барон приглашает тебя к себе… Ему есть что сказать тебе, — говорит парень, и я прямо чувствую его дрожащие нотки в голосе.

Барон — самый отвратительный соперник, с которым я буду биться. Вернее, не с ним, а с его парнями. Эта крыса всегда суетится и применяет самые грязные методы для достижения победы. Этот бой для него очень важен, как и для меня. И то, что сейчас он посылает своих шавок, мне очень не нравится.

— Меня не интересует его предложение, — резко отвечаю я. Уже хочу закрыть дверь перед носом парня, но последние его слова останавливают.

— Ангел в клетке… номер шестьсот шестьдесят шесть, — бросает он и, развернувшись, почти бежит по коридору.

Громко захлопываю дверь и беру телефон.

— Абонент занят или находится вне зоны действия сети, — говорит механический голос.

Бл***, этого не может быть. Звоню еще пару раз, но понимаю, что это бесполезно. Набираю Кукле — тоже безрезультатно. Чувствую, как по телу распространяется страх. Я уже догадываюсь, что случилось, но надеюсь, что Барон не опустился так низко.

— Абонент занят или… — тот же ответ, и я хватаю рядом стоящую вазу и кидаю ее в стену. Она с грохотом разбивается.

Тут в дверь опять стучатся. На пороге Виктор. Вот мне он как раз и нужен. Беру его в тиски и затаскиваю в номер, впечатывая в стену, отчего тот ойкает.

— Ты когда звонил своему человеку? — почти рычу я ему в лицо.

Тот только морщится.

— Сказал же — утром, — отвечает, и я понимаю, что он мне врет.

Прикладываю еще раз, уже сильнее.

— Не пи*** мне! Когда, спрашиваю еще раз?!

— Вчера вечером… — сразу же отвечает он, и я вижу, что ему становится страшно. — Да все нормально, слежки нет, она в безопасности.

— Ни х***! Она у Барона! — стучу кулаком прямо в стену рядом с его головой, отчего друг вздрагивает.

— Не может быть, все нормально было. Как они вообще про нее узнали? — Виктор в ступоре. А я в ярости оттого, что доверил ему мою Куклу, которая теперь находится в когтях Барона. Крысы, которая может играть очень грязно.

Отхожу от него и иду к окну. Темно-серые тучи нависают над столицей, и вот-вот пойдет дождь с грозой. Сейчас эти тучи у меня в душе, тьма и страх окутывают каждую клетку.

— Что будем делать? — тихо спрашивает Виктор, тоже подойдя ко мне и смотря на город.

— Я пойду к Барону, узнаю все условия. Я знаю, что он хочет, чтобы я лег перед его бойцом. Предлагал мне деньги, но я отказался. А теперь понимаю: это был лучший вариант. Он ни перед чем не остановится.

— Это очень крупный турнир, если ты ляжешь, то восстановиться будет очень трудно… — говорит Виктор.

Да бл***, я хорошо это понимаю. Но сейчас на кону стоит не победа. На ней теперь стоит жизнь Куклы. Зная Барона, я понимаю, что он не отступится.

— Знаю, но сейчас жизнь Куклы для меня важнее, — только отвечаю я.

Хватит болтать, чем раньше я узнаю условия, тем быстрее все это закончится. Что чувствует Кукла в этот момент, я просто не представляю. Я просто молюсь, чтобы она не возненавидела меня после всего этого.

— Я буду в номере шестьсот шестьдесят шесть, не думаю, что он что-то предпримет, но все же… — надеваю черную футболку и беру только ключ от номера.

Крыса всегда боится за свою безопасность, поэтому около его номера всегда стоят двое охранников, шерстя каждого.

— Даже тут он отличился. Дьявол хренов, — комментирует друг.

А мне плевать, чем он там отличился. Я хочу увидеть Куклу и знать, что с ней все хорошо. Или я просто разнесу тут все.

Барон в своем репертуаре и никогда не изменяет своим привычкам. Боясь за свою жалкую крысиную шкуру. На входе меня шерстят, как будто я самый опасный преступник. И только после тщательного осмотра пускают в номер.

Барон, как король, восседает в черном кожаном кресле. Рядом с ним стоят расфуфыренные девки и смотрят ему в рот, прося себе больше внимания. А этот только и делает, что упивается своей властью.

— Ой, какие люди! Я тебя так ждал, дорогой мой друг! — театрально восклицает он и встает со своего кресла, при этом наступая на руку одной из девиц, так что та аж вскрикивает. — Пошли вон! — кричит на них, и те сразу же убегают.

Правильно, мне не нужен этот пафос. Здесь меня держит только моя Кукла.

— Проходи, садись, — показывает на кресло рядом с собой, суетясь. — Угощайся, это все натуральное.

— Хватит притворяться, ты знаешь, зачем я тут, — говорю я холодно, прожигая его взглядом.

Если он думал, что я тоже буду вести себя как клоун, то сильно просчитался.

— Какой ты бука, а я думал, мы поболтаем, — смеется, садясь напротив. — Ну, не хочешь — как хочешь, перейдем к делу.

Он берет со стола планшет, нажимает на него и ставит напротив.

— Смотри внимательно, сейчас начнётся кино. — Опять смех, ведь крысе всегда весело.

Сначала на экране появляются два неприятных мужика, они молча кивают, скорее всего Барону, а потом направляют камеру на мою Куклу. И я просто замираю, не в силах больше пошевелиться.

Она сидит почти на краю кровати. Поджав под себя ноги. Сжавшись от страха. Бледная, с темными кругами под глазами. Смотрит прямо на меня. Ничего не говорит, но я понимаю все без слов. Вижу во взгляде. Там много страха и отчаяния, а еще мольба о помощи.

Стараюсь не показывать своих истинных чувств, зная, что Барон смотрит на нас и ловит каждую эмоцию.

— Измайлов, — специально озвучиваю его настоящую фамилию, которую он не любит, чтобы немного отнять у него его уверенность, — ты блефуешь, думаешь, я из-за нее проиграю бой и лягу перед твоим слабаком? — говорю как можно равнодушнее, но, похоже, не слишком убедительно, так как Барон опять смеется.

— Если ты говоришь именно так, то, думаю, мне не стоит держать своих псов на поводке. Как думаешь, красиво ли будут смотреться ее губки на…

И тут я не выдерживаю, моя маска равнодушия трескается, показывая истинные эмоции. Но мне уже плевать, я знаю, что эта крыса слов на ветер не бросает. И может сделать так, как говорит. К моей Кукле не должен никто притрагиваться. Только я.

— Только попробуй… — почти рычу я угрожающе.

Я могу сломать ему шею прямо здесь и сейчас, но меня останавливает только Кукла, которая сейчас находится у него. И он может сделать с ней все что угодно.

Барон опять заливается смехом.

— Все в твоих руках… — говорит он, смотря с издёвкой. — И вот твое истинное лицо. Ярость и злость оттого, что тронули твое. Нужно было лучше оберегать.

Крыс прав, я был слишком самонадеян. Посчитал, что ее никто не тронет. И сейчас расплачиваюсь за это самым дорогим — своей Куклой.

Не отвечаю, только тяжело дышу, смотря на крысу, загнавшую меня в угол. Смотрю на его жирную шею… и держусь. Ради нее. Ради своей Куклы.

Измайлов тем временем театрально хлопает в ладоши.

— Ну все, сеанс видеовстречи закончился, — он берет планшет и приближает к своему лицу, улыбаясь.

— До свидания, Ангелочек, скоро увидимся, — и опять крысиный смех.

Потом он смотрит на меня.

— Ну что ж, Влад, теперь ты знаешь свой приз. Надеюсь, он тебя хорошо мотивирует…

— Может, ты отдохнешь? — слышу я тихий голос Виктора.

— Зачем? Так легче будет лечь, — пожимаю я плечами и не останавливаюсь. Я и правда почти не отдыхаю.

— Все же стоит поберечь силы, — не унимается друг.

Его мучит совесть, что он подвел меня. Поэтому и хочет искупить вину. А мне плевать на его страдания. Из-за его халатности Кукла теперь неизвестно где.

— Плевать, — бросаю ему. — Нужно позвонить Тиму и узнать, как там дела.

Я подключил своего друга, он частный сыщик. Конечно, не в огромном мегаполисе, тут его руки не такие длинные, но он обещал, что постарается узнать что-нибудь для меня по своим каналам. Но чем дольше он молчит, тем больше я понимаю, что все бесполезно. У меня есть только один выход.