Эве Лин – Только не рядом (страница 16)

Подъезжаю к бортику, где меня уже ждет недовольная Оксана. Готовлюсь к еще большим ругательствам в мою сторону. Но, к моему удивлению, она только вздыхает, качая головой и потирая переносицу, как будто у нее сильно болит голова.

— Очень плохо, Ангелина, это худший результат за все время, что ты мне давала. Что с тобой происходит? — она говорит это тихо, внимательно смотря мне в глаза.

— Наверное, просто устала, — отвечаю я, избегая ее взгляда.

Мне и правда нечего ей сказать, я давно поняла, что фигурное катание — это не мое, просто именно сейчас чувствую это особенно остро.

— Слишком много учебы или что? — не отстает тренер, как будто это может что-то решить.

— Нет, просто устала, — уклончиво отвечаю я.

— Я бы советовала тебе не участвовать в отборочных, я сомневаюсь, что ты пройдёшь, буду честной с тобой…

Она впервые говорит мне так об этом, обычно она мотивирует меня и говорит, что я обязательно займу первые места, но сейчас — что даже не пройду. Наверное, это должно меня расстроить, но я почему-то не чувствую ничего. Только перед глазами опять встает картина: Влад в обнимку с той блондинкой. Трясу головой, чтобы отогнать эти мысли и то, что за этим последует.

— …Но ты понимаешь, твоя мама… — продолжает она.

Да, Елена не простит ни ей, ни мне, что я не пройду на отборочных. Я чувствую даже в голосе тренера боязнь.

— Я поняла вас, попробую поговорить с ней об этом. Прошу, не говорите о моих результатах, — отвечаю я ей.

Отборочные уже скоро, и мне нужно потянуть время, чтобы Елена узнала о моих результатах как можно позже. Это лучше для меня и для Оксаны.

— Хорошо, я постараюсь ей ничего не говорить, но, ты понимаешь, она будет спрашивать…

Смотрю внимательно на Оксану и вижу страх. Неужели она так боится ее? Из-за репутации? Что она сможет повлиять на нее?

— Не переживайте, я еще буду тренироваться и обязательно поговорю с мамой, — вру, не сожалея.

— Хорошо, тогда можешь переодеваться и идти домой, — тренер кивает в направлении раздевалки.

Я делаю то, что она говорит, и мы прощаемся и выходим из здания спортивного комплекса. Все же я очень устала, поэтому, наверно, даже была бы рада увидеть Влада на стоянке, но его нет. Видимо, веселится с друзьями. В горле образуется ком, но я стараюсь его всячески подавить. Я не должна плакать из-за Каменского, из-за его ко мне отношения. Я сильная и должна уже привыкнуть и не обращать внимания на это, но почему-то каждый раз это все сложнее делать.

Кое-как дохожу до дома, сил хватает только на принятие душа, и как только ложусь на кровать, то сразу же засыпаю.

Встала я утром с трудом. Все мышцы болели после вчерашней усиленной тренировки, поэтому, кое-как пересилив себя, я направилась в душ. Позавтракав безвкусной кашей, я начала собираться на практику. Влад написал мне сегодня в пять утра, что не сможет заехать за мной, и вообще, скорее всего, на практику не приедет. Я решила вызвать такси, так как идти до остановки через весь посёлок была не в состоянии. Елена и Олег, к моему удивлению, утром не приехали, они приехали позже, и я застала их в дверях, веселых и отдохнувших. Но перед уходом я уловила недобрый взгляд Елены, говорящий о том, что взбучку она устроит мне попозже, и, скорее всего, так и произойдёт. Но пока у меня есть немного времени на передышку.

В компанию я приехала довольно быстро, тут уже вовсю кипела работа, кто-то куда-то бегал. Я направилась пермяком на свой этаж и застала Рому на своем рабочем месте.

— Привет, — здороваюсь я, улыбаясь.

— Привет, — тоже приветствует он, но отстраненно.

Странно, неужели обиделся из-за того раза с Владом? Но после этого он же нормально со мной общался. В моей душе поселилось беспокойство. Вообще, к моему удивлению, в нашей комнате почти никого не было, кроме еще одного работника, Павла, который и так был не сильно общителен при мне, а уж сейчас, в разгар работы, и подавно.

Я решила немного поработать и потом, может быть, еще что-нибудь спросить у Ромы, но мой компьютер почему-то отказался просто включаться.

— Ром, как ты думаешь, почему он не включается? Вроде все на месте, — спрашиваю я, смотря на провода и проверяя, хорошо ли они подключены.

— Не знаю, тут, кроме тебя, никто не сидел, значит, ты что-то напортачила, — отвечает он, избегая моего взгляда.

Это звучит как-то обидно, я вроде ничего ему не сделала. В этой компании я прохожу практику не так долго и уж точно не могла сломать компьютер.

Тут в нашу комнату заходит Алексей, наш главный. Я радостно поднимаюсь, чтобы поприветствовать его. Надеюсь, он-то мне сможет помочь, вроде всегда был со мной дружелюбен.

— Привет, Алексей! Как хорошо, что ты пришёл! У меня тут что-то компьютер не работает… — начинаю тараторить я, но по его почти каменному лицу понимаю, что он не так весел, как всегда.

Теряюсь. Не знаю, что делать дальше. А тем временем он подходит ко мне, нависая. С его-то двухметровым ростом он кажется мне просто скалой. Страшно, отхожу немного назад, но упираюсь в стол. Я в ловушке. По спине пробегает неприятный холод. Что вообще происходит? Почему все на меня так странно смотрят сегодня? Все хмурые и злые. Что случилось за два дня с этой веселой компанией, которая мне очень нравилась?

— Хорошо, что пришла, как раз тебя и ждали… — говорит он без каких-либо приветствий, холодным тоном.

— А что… — хочу спросить, что случилось, зачем они меня ждали, но он без церемоний и объяснений берет меня за локоть и выводит из кабинета.

— Объясни, что происходит! — уже кричу, не сдерживая эмоций, так как я искренне не понимаю, что происходит и что я сделала вообще.

— Скоро узнаешь… — бросает он через плечо и все так же тянет меня за собой.

Мы доходим до кабинета Николая Федоровича. Алексей стучит в дверь и, услышав тихое «да-да», открывает ее, чтобы зайти вместе со мной.

Николай Федорович сидит за своим столом, в отличие от других он не смотрит на меня волком. Его глаза уставшие, и он трет переносицу.

— Вот она, тут, — отчитывается Алексей, указывая на меня.

— Хорошо, спасибо. Добрый день, Ангелина, — начальник смотрит на меня без каких-либо эмоций, но голос у него теплый. — Присаживайся, — указывает на стул напротив.

— Я не хочу никуда садиться, пока мне не скажу, что происходит, — твердо говорю я, но в голосе так и выделяются нотки страха.

— Ангелина, успокойся, все хорошо, мы просто поговорим, — спокойно отвечает он, и уголки его губ немного поднимаются. — Алексей, попроси, пожалуйста, Ирину принести нам чай.

— Но… — хотел возразить мужчина, стоящий рядом со мной, но его перебили:

— Я сказал — чай… пожалуйста, — с нажимом говорит Николай Федорович.

— Хорошо.

Алексей наконец-то уходит, и я выдыхаю.

— Все же присаживайся, не волнуйся, я тебя не съем, — он улыбается, начиная шутить.

Меня это немного успокаивает, и я присаживаюсь, внимательно смотря на него. И всем взглядом показываю, что я все же требую объяснения ситуации.

— Ангелина, не думай, что я подозреваю тебя, просто все ведет к тому, что это сделала ты… — начинает он.

— Что сделала?

— Наша компания уже на протяжении года вела плотное сотрудничество с одной известной фирмой. Она должна была стать крупнейшим из наших заказчиков. Велся тендер, и мы должны были его выиграть. Но кто-то в последний момент слил всю нашу информацию. Мы остались ни с чем. Начали копать и нашли, что все слитые данные передавались именно через твой компьютер. Понимаешь? — он внимательно смотрит на меня, серьезно. Сканируя.

— Но я… — я не знаю, что сказать в свое оправдание.

Ведь я даже не владею никакой информацией, я просто практикант, даже не числюсь как их работник. Не знаю, что говорить, ком застревает в горле, и я не могу вымолвить ни слова.

Тут к нам подходит Алексей с двумя чашками и ставит их перед нами, но не уходит, а смотрит на нас.

— Я… я не знаю, что сказать… но, поверьте, это не я. Я мало знаю о вашей компании, и мне просто даже нечего сливать, — наконец-то произношу я хоть что-то.

— Вся информация была слита с твоего компьютера, так что не отрицай! Больше никто за ним не сидел, я лично за всем слежу, и к нему никто не подходил. Поэтому это сделала ты!

Слова Алексея бьют наотмашь, и по его глазам я понимаю: он точно решил, что это я. Бесспорно. Вынес мне приговор, и для него я предательница.

— Это не я, честно…

Я понимаю, что у меня нет доказательств моей невиновности.

В глазах защипало. От бессилия изменить ситуацию. Что будет дальше, я даже не представляла. А еще было больно, что они не думают как-то иначе и все уверены в своей лжи. Или просто хотят в это верить.

— Не ожидал от тебя, Ангелина… — опять слышу голос Алексея, который еще увереннее забивает гвозди в крышку моего гроба.

Стараюсь не смотреть на них, просто молчу. Надо как-то абстрагироваться, я ни в чем не виновата. Главное, это знаю я. И мне не должно быть стыдно. Хочу уйти отсюда и больше не приходить, но ноги как будто ватные, не могу даже подняться, и опять начинает не хватать дыхания.

Меня одолевает паника, но уже не из-за ситуации, а из-за того, что сейчас меня может накрыть еще сильнее. Я не одна, тут люди, а сейчас мне нужно побыть одной.

— Пожалуйста… — почти пересохшим голосом пытаюсь сказать я, но вдруг слышу сильный грохот сзади. А потом громкое и злое: