Евдокия Краснопеева – Время перемен (страница 6)

Джан Нэш выпрямился и взглянул прямо в нахмуренные очи.

– Я пришел говорить о Федре дОр.

Он заметил мимолетную тень, мелькнувшую в глазах Прокуратора. Такая реакция могла означать, что угодно, но интуиция подсказала Магистру, что предложение вызвало недовольство. А последующие слова были подтверждением догадки.

– Она не справляется со своей работой? – седые брови дрогнули в недоумении.

– Напротив. Она – самый талантливый Агент Подразделения. – Джан Нэш колебался, явно читаемое недовольство мессира выбранной темой говорило, что лучше её не касаться. Но и внезапно заговорить о другом он уже не мог, поэтому сказал, стараясь оставаться сдержанным. – Возможно, Федра достойна заниматься более важной работой, какое-нибудь почетное место…

– Предположим, в музее, – усмехнулся Прокуратор саркастически, – как живую демонстрацию нашего секретного оружия…

«Так далеко в своих желаниях я не осмеливался заходить», – хотелось сказать Джан Нэшу, но он благоразумно промолчал.

– Я все знаю об Агенте дОр, – голос Прокуратора был тих, но в нем чувствовалась скрытая сила. – У неё чересчур заносчивый характер, неспособный к беспрекословному подчинению, и патологическое нежелание следовать Правилам. Похоже, она считает, что вправе сама устанавливать правила для себя?

Прокуратор усмехнулся, обходя вокруг замершего подчиненного.

– Я знаю больше. К примеру, Федре не свойственен Синдром Возвращения в привычном его значении.

Магистр вздрогнул, известие было не из приятных. Возможно, Агент дОр догадывается о внутренних раздорах, терзающих мятущуюся душу Магистра. Сама мысль об этом была невыносима.

Прокуратор по-своему расценил оцепенение, напавшее на подчиненного.

– Не волнуйся, в том нет твоей вины, – сказал он брюзгливо. – Я знал, что Федра дОр необыкновенный Агент задолго до твоего назначения в сан Первого Магистра.

Разговор пошел совсем не в той тональности, на которую Джан Нэш рассчитывал. Конечно, он не ждал, что Прокуратор с восторгом примет предложение отлучить самого лучшего Агента от работы. Но надеялся, что его аргументы хотя бы выслушают. А вышло – скверно. Мессир сам перечислил все недостатки Агента и заверил, что они его не смущают. Что тут сказать?! Эрг нацепил на лицо фальшивую улыбку и попятился к двери. Пусть его уход будет похож на бегство.

– Почему ты не задаешь вопрос, что написан у тебя на лице? – хитро прищурил глаз мессир, его забавляла растерянность, охватившая помощника.

Впрочем, ненадолго. Когда часто видишь перед собой испуганные лица, почитающие тебя выше всего благого на свете, жить становится нестерпимо скучно. Поэтому он прощал многие прегрешения своим Агентам – своим «детям», созданным силой его интеллекта (разве не он реанимировал программу «Время перемен?»), лишь за то одно, что на их лицах никогда не было страха, а, развившаяся в силу профессиональных занятий циничность, никогда не рождала подобострастность.

А Джан Нэш упорно сжал зубы, чтобы случайно не выпустить наружу слова. Вопрос, действительно, крутился у него на языке.

– Зачем мессиру нужен такой непокорный Агент? – так и хотелось произнести Эргу.

Да еще и добавить, что только полный кретин не понимает социальной опасности неуправляемого Агента. Речь настоящего безумца! Поэтому улыбка стала еще фальшивее, а плечи согнулись в поклоне. Эрг предпочёл выглядеть недалеким карьеристом, чем опасным вольнодумцем.

Прокуратор нахмурился, эта явная демонстрация иерархической покорности настораживала. Уж не ошибся ли он в своем выборе? Прежде ему казалось, что Джан Нэш прямолинеен, но не глуп.

Мессир посуровел лицом.

– В отношении Федры у меня далеко идущие планы. – Глаза его хищно блеснули, предавая лицу зловещее выражение. – О которых я пока умолчу. И не тебе, Эрг Джан Нэш, нарушать их.

– Восславься, Мессир…

Он ошибся – Джан Нэш свирепо дернул молнию комбинезона, едва не прихватив кожу на груди. Мессир не поддержит его усилия по устранению Федры от работы. Он сказал об этом вполне определенно. Больше того, слова его содержали открытую угрозу… Нужно быть осторожным и терпимым…. Глупо плыть против течения. И потом… Кроме Прокуратора есть Совет Соответствия. Еще есть Император… (Джан Нэш сощурил в раздумье глаза)… никчемный, пустой мальчишка, интересующийся только стройными ножками, да подводным плаваньем… Наставник Императора Мессир Прокуратор уже слишком стар… а Империя нуждается в твердой направляющей руке.

Джан Нэш пошел в своих умозаключениях дальше… Еще есть Федра дОр – опасное живое оружие, по всем законам не имеющее право на существование. Агент, созданный Прокуратором – Эрг улыбнулся – именно такой расклад интересен.

Из всех этих компонентов можно создать чудный коктейль. Бодрящий своей необычностью и новизной! Вот только интересен ли ему, Первому Магистру, такой сценарий?

Глава 5

*** Иероним Вседержитель!

Мой кадет с такой печалью проводил вальяжную фигуру Магистра, как будто с жизнью распрощался. Я поняла, что наступила пора нетрадиционных подходов к воспитанию.

Что ж, милашка, есть только два пути: хорошенько вмазать ему, чтобы сразу и напрочь забыл свои прежние привычки или потрясти его воображение каким-нибудь нестандартным поступком. Я прищелкнула пальцами, привлекая к себе внимание послушника, и пошла по стене танцующей походкой, вообразив, что второй метод более гуманен. Я видела, как глаза мальчишки, гладкие озера безбрежной голубизны, округлились от созерцания «чуда». Он протянул ко мне руки каким-то фанатическим жестом, и я на миг подумала, что ошиблась в выборе метода воздействия.

Придется перейти к насилию. Да и вряд ли дело ограничится одной оплеухой! Я взирала на Феодора уже с потолка, круто изогнув шею, и взгляд мой, боюсь, выражал лишь желание свернуть паршивцу головешку на бок.

Должно быть, парень подрастерял в своем монастыре не все мозги, потому что пришел к выводу, что Святые вряд ли взирают с такой злостью. Когда я вновь очутилась с ним бок о бок, он спросил удивленно, но без благоговейного трепета:

– Ты действительно это сделала, или мне показалось?

– В этом нет ничего сложного, – успокоила я мальчишку. – Ты тоже сможешь сделать это… через некоторое время.

Его припухлые губы искривила недоверчивая улыбка.

– Не веришь? – Я уже протягивала к нему руку. – Мы можем попробовать прямо сейчас.

Он колебался.

– Доверься мне, – попросила я как можно искренне.

И, о чудо! Ладонь, еще по-мальчишески хрупкая, но уже достаточно широкая, опустилась на мои растопыренные пальцы.

– Тебе нужно закрыть глаза и думать о том, что идешь… по винтовой лестнице Бернагонского монастыря. Не нужно бояться. Страх – самое последнее дело, на которое способны все, кроме нас с тобой.

Мальчишка крепко зажмурился и вцепился в мою руку как клещами. У самой стены он распахнул очи и затрясся как обмочившийся щенок.

– Нельзя быть таким трусишкой, – сказала я обманчиво мягко.

Моё терпение ощутило первый весомый удар. Я начинала осознавать, почему кадетов набирают из подростков – их безмерное любопытство помогает преодолевать страх.

Все карты на руках, милашка! Играй! Я опустилась на пол, привычно подтянув колени к подбородку. Склонила голову на бок и сказала небрежно:

– У нас это может сделать ребенок.

Приврала немного, опустив эпитет «обученный». Хотела устыдить своего ученика, в чем преуспела. Парень смутился до кумачового цвета. Чуть – и заплачет. Представить, что я вытираю великовозрастному верзиле слезки, я не могла. Поэтому быстро сменила тему.

– Поговорим о другом. Твоё имя. Феодор. А я – Федра. У нас могут возникнуть сложности при Внедрении. Розалинда ужасно не любит Агентов с созвучными именами. Говорит, что путается. Врет, конечно.

Мой кадет смотрел на меня совершенно одичавшим взглядом. Я увлеклась, преподнеся действительность в режиме реального времени.

– Я хочу сказать, нас с тобой будут путать окружающие. Представь, Магистр кричит: «Фе-е-е-дра!». А приходишь ты, потому что «Феодор» – очень похоже, – обыграла я старый анекдот.

Парнишка согласно кивнул головой. Я забормотала:

– Феодор – Теодор… Тео! Послушай: Теодор! Тебе нравится? Тео!! По-моему, великолепно.

Мальчишка кивнул опять, но вид имел при том потерянный. Казалось, ему было наплевать на новое имя, да и на меня в том числе.

Я сдалась.

– Тебе нужно отдохнуть.

Представляя ехидную усмешку на дьявольски красивом лице Магистра, я позорно ретировалась к двери.

Он нагнал меня и тихонько прикоснулся длинными пальцами к моему плечу.

– Можно попробовать еще раз? – взгляд его упирался в стену.

Мы поднялись до середины стены и рухнули после того, как Теодор, опустив глаза вниз, испугался.

Забыв от восторга сгруппироваться, я рухнула всеми костями на пластиковое покрытие, а сверху припечатался мой кадет. Грохот стоял невероятный! И костям моим досталось, но я смеялась и была счастлива.

Из моего послушника будет толк! Дойти со второй попытки до середины стены! Пожалуй, Эрг Джан Нэш Первый Магистр Быстрой Руки не смог бы добиться большего.

Он общался с Розалиндой пять долгих часов. Порой болтливая и невоздержанная машина, когда дело касалось ответственной работы, становилась на удивление неутомимой, скрупулёзной и въедливой до мелочей. В этом они были схожи.

Розалинда вывалила на Джан Нэша бездну всевозможной информации, в которой ему предстояло разобраться качественно и, по возможности, энергично.