Евдокия Краснопеева – Благое дело. Вариант Б (страница 2)

Когда парень взвалил себе на плечи его тело, Благолепов едва не крякнул сочувственно, зная, что он – ноша тяжелая. На удивление, мужик-то справился, и ступеньки его не остановили. Похвала готова была сорваться с уст Благолепова, но снова возникло препятствие в виде комнаты, наполненной фактурными индивидами. Помимо сидящего на кровати, Матвей насчитал еще три особи, в классических позах мордоворотов низкого пошиба. Четвёртый нарисовался в дверях… причин оповестить о своей вменяемости снова не было.

– Опаньки! – сказал сидящий на кровати, судя по поведению – руководитель этого вертепа. – «Мы не ждали вас, а вы припёрлися». Или, правильнее: мы ждали, и вы припёрлись.

– Игорь Иванович, обсудим ситуацию, – предложил Вован с намёком на просьбу.

– Обсудим, Хилый, как не обсудить? Предъява моя конкретная, ты знаешь… – тяжелый взгляд переместился на девушку, – да и она знает.

– Как разруливать будем? – теперь голос парня стал почти безразличным, он понял – не «разрулить»! – и готовился взять «руль» в свои руки.

Игорь Иванович на него не отвлекся, продолжил говорить, глядя на девушку, обращаясь к ней:

– По-простому, ублажишь меня – и в расчете…

Матвей сквозь полуприкрытые веки видел, что девчонке страшно – спина её была напряжена, как тетива у лука. Однако голос не дрожал:

– Не вопрос, – ответила легко. – Скажи всем выйти.

Инквизитор лицом побагровел и продолжил, медленно расставляя слова:

– Ты не поняла, детка… Вернемся к моим гостям. Ты ударила меня прилюдно. Вот и ублажишь… прилюдно.

Гадкая ухмылка прошлась по его лицу и зеркально отразилась на лицах его охранников.

Вован резко толкнул подругу в угол комнаты и встал перед ней, закрывая своим телом.

– Ломакин, Андрею это не понравится, – сказал твёрдо.

– Ты думаешь, Труба станет ссориться со мной из-за какой-то «соски»?

– Почему же только из-за «соски»? Ты убьёшь его друга… Только убив меня, ты сможешь сделать то, что задумал.

– Смело, Хилый… но глупо! Труба не узнает. Вас закопают, и никто вас не найдет.

Парень улыбнулся:

– Выходит, я ничего и не теряю.

Глава 2

Благолепову представление не понравилось, он ворохнулся в своём кресле, проверяя способность к передвижению. Получилось – так себе! – на «четвёрочку с минусом», но откладывать было неуместно. Заворочался, застонал и медленно полез из глубокого чрева, привлекая к себе внимание окружающих.

Вован воспользовался заминкой: сунул Лизе в ладонь ключ от машины и сказал тихо и быстро.

– Сразу беги к окну и прыгай. Второй этаж – невысоко.

Матвей встряхнулся и расправил плечи, посмотрел в упор на Ломакина, с наивной простотой спросил:

– Я не помешал?

– Что за хрен с горы? Колян, убери!

Матвей снова встряхнулся, убрал с лица наивность и сказал холодно:

– Извини, голова гудит – нечётко выражаюсь. Хотел сказать: «Ты мне помешал».

И, не оборачиваясь, ударил подошедшего сзади – от двери Коляна: коротко, точно, сбивая противнику дыхание. Хотел бы ударить сильнее, но получилось – как получилось! И тут же ураганом прошелся по всем остальным оппонентам – каждому вмазал (здесь всё сработало – мастерство не пропьёшь!), и встал перед зажатыми в угол своими нечаянными попутчиками.

– Лиза уходи, – сказал Вован, втыкая своё плечо в плечо Благолепова, утверждая своё право на поддержку.

Елизавета вместо того, чтобы бежать, метнулась к шкафу и потянула с полки дорожную сумку.

– Что ты делаешь?! – возмутился Вован.

– Обоссалась со страху. Трусы чистые хочу взять! – зло откликнулась девушка.

И Матвей успокоил:

– Правильно, милая, возьми свои вещи. Я не выпущу их, пока не переломаю все кости.

Отдышавшийся Колян сунул руку за спину, за пояс. Благолепов не дал возможности распорядиться тем, что было припрятано. Протянул любимую приговорку своей сестрички – Катеньки:

– Во-о-он как! – и, сделав стремительный шаг, ударил практически одновременно ногой в грудь и кулаком в челюсть подвзлетевшего от первого удара тела.

Мгновение, и пистолет оказался в его ладони.

– Милая, – сказал он ровно. – Можешь достать утюг и погладить трусики, теперь я не выпущу их до утра. Кстати, имейте в виду, – обратился он к бандитам, лежащим на полу. – Стреляю я гораздо лучше, чем работаю кулаками.

– Лизка, ради Бога, – прошептал Вован, закидывая на плечо ремень дорожной сумки и толкая подругу в бок – к выходу. – Надолго его не хватит.

Она поняла и побежала к двери.

– Уходим, – парень тронул Матвея за рукав.

– Минутку, – Благолепов сделал шаг в сторону Ломакина, все еще сидевшего с растерянным видом на краю кровати.

Того ошеломила стремительность и напор недавно то ли пьяного, то ли сонного «тюфяка».

– Соблаговолите подняться, – попросил Матвей вежливо. – Сейчас я не в полной мере контролирую силу своего удара, если придется на затылок – могу и укокошить.

Ломакин понял – перед ним псих, и привстал с кровати.

– Вижу явную озабоченность вашу в интимной сфере: стоит, а кончить не получается, – все так же обманчиво вежливо вещал Благолепов. – Дней на пять избавлю вас от этой проблемы. – И ударил нагою в пах безо всякой жалости. Закончил зло. – Пусть доктора тебя ублажат!

В коридоре попутчика поторопил:

– Двигай ластами, минут пять у нас в запасе, потом очухаются. Обычно для этого требуется больше времени, но я сегодня не в форме.

Елизавета прыгала у распахнутых дверей автомобиля.

– Чего не за баранкой? – буркнул Вовка.

– Не могу, руки дрожат, – прошептала она и полезла на сидение рядом.

Матвей сел сзади и закрыл глаза.

– Ты как? – спросил его Вован, отъезжая.

– Лучше. Попрыгал – адреналинчику в кровь прыснул… еще бы пожрать и выспаться.

Минут пять ехали молча, потом Елизавета спросила:

– Куда едем-то?

– Точно не домой. Возьми в кармане, – он приподнял локоть, выпячивая в её сторону полу пиджака. – Позвони Андрею, и мне передай.

Елизавета набрала номер и, коротко взглянув на Вована, включила громкую связь. Он разозлился, но возразить не успел – ответили.

– Чего ты? – ночь на дворе… – скомканно гукнул Андрей.

– У нас тут с Ломом незадача вышла…

– С Ломакиным?! Ты у Лома?

– Мы у Ломакина, – вклинилась Елизавета.

– Та-а-а-к… – протянул собеседник, тоном своим не обещая хорошего. – И что за незадача?

– Лизка ему фейс приложила.