Эвангелина Андерсон – Рождество хищницы (ЛП) (страница 31)

— Дрю? — Казалось, дыхание Джен замерло в ее горле. Он серьезно сейчас? Он на самом деле сказал о своих чувствах или просто отлично сыграл свою роль? Но, то, как Дрю смотрел на нее, эта искренность в его глазах заставляла ее сердце биться быстрее, а слезы набежать на глаза.

— Я люблю тебя, — повторил мужчина. — Ты так прекрасна, детка, ты — воплощение всего, что я когда-либо хотел найти в женщине… и в своей жене.

— О! — Женевьева подумала, что заплачет, но она не хотела, чтобы это увидели другие.

— Дрю, — сказала она, забыв о том, что должна произнести свой обет, забыв о Филлипсе и других парах, что наблюдали за ними — забыв обо всем, кроме мужчины перед собой. — Дрю, я не думала, что из этого уик-энда может что-то получиться, — произнесла Джен низким сдавленным голосом. — Раньше мне было так больно, и я… Я не хотела доверять тебе, не хотела вновь доверить кому-либо свое… свое сердце.

— Детка, — Дрю накрыл ее щеку своей огромной теплой ладонью.

— Я не хотела никому доверять, — продолжила Джен, приподняв подбородок, чтобы посмотреть на него. — Но ты заставил меня довериться. И даже больше — ты заставил меня смеяться, а потом… Потом ты сделал так, что я влюбилась.

Женщина накрыла его ладонь своей, прижимаясь щекой к руке Дрю.

— В тебе есть нечто большее, чем я считала раньше, — сказала она ему. — Ты сильный и смелый, находчивый и забавный. Ты равно хорош, как в живописи, так и в гончарном деле… — Джен покраснела, подумав о том, как он использовал шоколадные краски на ней. — И в сражении с медведями, — добавила она.

Дрю усмехнулся, а Женевьева услышала, как Митци пробормотала из зала:

— Сражении с медведями? Что она имеет в виду, говоря о «сражении с медведями»?

Но Джен не обратила на нее внимания.

— Думаю, что я пытаюсь сказать, то… Я тоже люблю тебя, — прошептала Женевьева, глядя на Дрю. — Так сильно. Больше, чем думала, что смогу. И я знаю, что между нами стоит слишком многое…

— Ничего из этого не имеет значение, — Дрю притянул Джен ближе, обернув вокруг нее свои руки, посмотрев вниз, серьезно глядя в ее лицо. — Все остальное не важно, кроме того, что мы нашли друг друга. После всех этих лет я, наконец-то, нашел тебя, Джен — настоящую тебя. И я никогда не позволю тебе уйти.

— О, Дрю, — прошептала она, а после он накрыл губы Женевьевы своими, приподняв ее от земли, так, чтобы ее ноги висели в воздухе, пленив ее в столь страстном поцелуе, что кровь прилила к голове, а сердце забилось так, что она поймала себя на мысли, что оно вот-вот взорвется.

Джен услышала приглушенный голос Филлипса, когда тот сказал:

— Теперь я объявляю вас мужем и женой.

Краем глаза женщина увидела, как другие счастливые пары покинули часовню, но она была слишком счастлива, чтобы обратить на это внимание. Влюбленные застыли в объятьях друг друга, и Женевьева знала, не спрашивая, что Дрю разделяет ее чувства — что он хочет, чтобы у них все получилось, и они были вместе.

А потом, когда последняя пара покинула часовню, в зале раздался глубокий звонкий голос:

— Очень мило, Женевьева… Дрю. Должен сказать, что представление получилось крайне убедительным. Жаль, что все это неправда.

ГЛАВА 11

Женевьева почувствовала, как кровь в ее жилах превратилась в ледяную воду, услышав знакомый низкий голос. Подняв взгляд, она увидела, как чей-то силуэт появился из тени балкона. Высокая фигура, облаченная в белое, подошла к перилам, устремив взор на нее и Дрю.

— Стюарт? — прошептала она онемевшими губами.

— Мистер Соломон? — озадачено пробормотал Дрю.

— Во плоти, — прогремел их босс, глядя на парочку. — Я преодолел весь путь сюда на Рождество, чтобы убедиться, что вы, Женевьева, воссоединились со своим супругом. Представьте мое удивление, когда я обнаружил вас здесь с вашим помощником.

— Стюарт… — Женевьева покачала головой. — Я… Я могу объяснить.

— Уж лучше бы вы могли, — Стюарт покинул балкон, спустившись вниз по винтовой лестнице, чтобы предстать перед парой, уперев руки в бедра. — И вам лучше сделать это, прежде чем я уволю вас обоих. Что ты делаешь здесь с Дрю, вместо своего мужа — Чарльза?

Пару мгновений Джен просто смотрела на своего босса. У Стюарта были ослепительно белые зубы и очень модная прическа, словно он был какой-то телезвездой, он почти всегда носил светлые или белые костюмы, сшитые на заказ. Его появление обычно не волновало Женевьеву, но в тот момент ей хотелось схватить Стюарта за его дорогой шелковый галстук и задушить. Тем не менее, ей удалось сохранить голос ровным и спокойным.

— Чарльз бросил меня, — равнодушно произнесла она. — Оставил меня ради своей секретарши около шести месяцев назад.

Стюарт приподнял свою светлую бровь.

— Значит, ты думала, что можешь поступить так же, сбежав со своим помощником?

— Навряд ли, — нахмурившись, шагнул вперед Дрю. — Это полностью было моей идеей, мистер Соломон. Я сказал Джен, что она должна представить меня, как своего мужа, чтобы не потерять работу.

— Нет, Дрю, ты не можешь взять вину на себя, — воскликнула Женевьева, положив ладонь ему на плечо. — Это моя вина! Мне никогда не стоило этого делать. Я должна была знать, что это не сработает.

— Тебе нужно было, как это указано в твоем контракте, прийти ко мне за советом, как только у вас с Чарльзом появились проблемы, — пророкотал Стюарт.

— Нет, прежде всего, ей никогда не стоило подписывать этот дерьмовый контракт, — огрызнулся в ответ Дрю. — Послушайте, Соломон, возможно, вы были слишком заняты, чтобы заметить, но я был рядом с Женевьевой на протяжении многих лет, и я своими глазами видел, как тяжело она работала для вас. Она в офисе семь дней в неделю, пятьдесят две недели в году — и вы удивляетесь, почему развалился ее брак? — он посмотрел на Стюарта. — Все из-за того, что никто не может выйти замуж за кого-то, а потом никогда не видеть друг друга. Джен пожертвовала своими отношениями для вас и «Идеальной пары»», и теперь вы хотите наказать ее за это? Я так не думаю. Это чертовски неправильно!

— Дрю! — Женевьева посмотрела на него с опаской. Его широкая грудь вздымалась, а глаза сузились, стоило Дрю посмотреть вниз на Стюарта Соломона, который был достаточно низким, несмотря на каблуки его дорогих итальянских кожаных туфель. Дрю встал между ней и своим боссом, защищая Джен, и на мгновение ей показалось, что он может ударить Стюарта.

— Знаешь, Дрю, в этом есть смысл, — произнес стоявший позади них на помосте доктор Филлипс, о котором они забыли. Он вышел вперед и, нахмурившись, обратился к Соломону: — Ты очень загружаешь своих сотрудников, Стюарт,

— Филлипс? — выдохнул Стюарт, хмуро глядя на подошедшего мужчину. — Мне стоило бы уволить и вас! Вы тоже виновны в этом, позволив этим двоим вас одурачить! Что, Господа ради, заставило Вас поверить в то, что Дрю и Женевьева на самом деле были парой?

— Потому что я увидел настоящие эмоции между ними, — мягко произнес Филлипс. — Даже в самом начале, когда они все еще притворялись, что заботятся друг о друге — я увидел настоящую связь, — он пожал плечами. — Мне хотелось увидеть, что произойдет… во что это перерастет.

— Подождите минуточку… — прищурившись, Женевьева посмотрела на психотерапевта. — Вы говорите, что все время знали о том, что мы с Дрю на самом деле не были вместе?

Филлипс кивнул.

— Послушайте меня, мисс Уэллс, я наиболее тщательно изучаю всех наших клиентов, приехавших в «Сосновый рай». Дрю не был вашим мужем… но я видел, что он может стать вашей истинной парой, если только вы вдвоем дадите друг другу шанс, — Филлипс пожал плечами. — Потому я решил дать вам время и посмотреть, что произойдет.

— Мы полюбили друг друга — вот, что произошло, — Дрю обнял Джен за плечи, и она с благодарностью прислонилась к нему, счастливая от того, что чувствовала его поддержку.

— Дрю прав, — сказала она, глядя на своего босса. — Возможно, приехав в «Сосновый рай» мы и не были парой, но стали ей сейчас. Ты… — она прочистила горло. — Ты волен уволить меня, если хочешь, но, даже понимая, что могу потерять работу, я бы все равно повторила все это. Это стоит нашей с Дрю связи, — Джен посмотрела на него, подарив Дрю трепетную улыбку.

Он улыбнулся в ответ, сжав ее плечи.

— Джен права, — решительно произнес он. — И если вы уволите ее, то увольняйте и меня. Мы идем в комплекте — куда она, туда и я.

— Точное определение любви и жертвования, — подметил Филлипс, чуть улыбаясь. — Должен сказать, я очень рад видеть, как далеко вы оба зашли.

— Ну, а я нет! — вздохнул Стюарт Соломон и провел рукой по своим безукоризненно уложенным волосам. — Женевьева, ты должна понимать, в какое неудобное положение меня поставила! Ты мой главный маркетолог — моя правая рука. Я не хочу терять тебя, но согласно подписанному тобой контракту, ты с твоим супругом должна была прийти ко мне за советом, если вы почувствовали, что ваши отношения находились на грани краха.

— И они сделают это, — мягко произнес Филлипс. — Поскольку Дрю и Женевьева теперь женаты.

— Мы что? — несколько ошеломленно, Джен посмотрела на психотерапевта.

— Что вы сказали? — нахмурившись, спросил Дрю.

— Я сказал, что вы женаты. Я лично провел церемонию десять минут назад, — Филлипс обвел помещение руками. — Прямо здесь, в часовне «Соснового рая».