Эван Хантер – Сбытчик. Плата за шантаж. Топор (страница 95)

— Ральф, — сказал Карелла, — ты не хочешь рассказать мне об игре, которая шла в подвале дома по Пятой Южной, 4111?

Надо отдать должное Кори, подумал Карелла. Ни один мускул на его лице не дрогнул, он даже не моргнул глазом, а просто сидел напротив Кареллы и смотрел на него в упор несколько мгновений, потом переспросил:

— 4111?

— Угу.

— На Пятой Южной?

— Угу.

— Не знаю, о какой игре ты говоришь, Стив. — Кори выглядел искренне удивленным. — Карточной?

— Нет, об игре в кости, — сказал Карелла.

— Надо будет разузнать. Этот дом ведь на моем участке, ты знаешь.

— Да, я знаю. Садись, Ральф, мы еще не кончили.

— Я думал…

— Садись. — Карелла снова улыбнулся. — Ральф, человек, который устраивал эту игру, кончил тем, что ему всадили топор в голову. Его звали Джордж Лэссер, смотритель здания. Ты его знаешь, Ральф?

— Конечно.

— Я думаю, Ральф, что возможна связь между игрой и убийством.

— Ты так думаешь?

— Да. Это придает игре особое значение, не так ли? Тогда это игра, связанная с убийством.

— Похоже на то. Если здесь действительно связь.

— Ральф, если между игрой и убийством есть связь и если окажется, что кто-то в полиции сознательно скрыл, что игра шла в подвале дома 4111, где был убит человек, это может оказаться очень серьезным делом.

— Наверное.

— Тебе, Ральф, было известно об игре?

— Нет.

— Ральф?

— Да?

— Мы ведь все равно узнаем.

— Стив…

— Да?

— Я уже давно служу полицейским. Не учи ученого. — Кори улыбнулся. — Человек, который устраивал эту игру, мертв. Если я получал свою долю, Стив, — заметь, я говорю «если», — если я получал свою долю, то единственный человек, который мог знать об этом, помимо меня, был тот, кто вел игру, верно?

А он мертв, Стив. Его убили топором, Стив. Так кого ты хочешь обдурить?

— Ты мне не нравишься, Кори, — сказал Карелла.

— Я знаю.

— Ты мне не понравился с первой минуты, когда я тебя увидел.

— Это я тоже знаю.

— Если ты связан с этим…

— Я не связан.

— Если ты связан с этим, Кори, если ты ставишь мне палки в колеса и затрудняешь расследование этого дела…

— Я ничего не знаю об этой игре в кости, — сказал Кори.

' — Если ты знаешь, и я точно выясню, что ты знаешь, то держись, Кори, я из тебя котлету сделаю. Ты уже никогда не очухаешься.

— Спасибо за предупреждение, — сказал Кори.

— А теперь выметайся отсюда ко всем чертям.

— Великий детектив, — пробурчал Кори и покинул комнату сыскной группы.

Он улыбался.

Но он был встревожен.

Жильцам дома в районе трущоб нет дела до того, смогут ли полицейские раскрыть преступление, которое они расследуют. Более того, если в любое время года провести опрос обитателей любого многоквартирного дома, где они арендуют жилье, то, вероятно, обнаружилось бы, что девяносто девять процентов из них хотят, чтобы все полицейские в мире немедленно окочурились. Ну, разве что не в апреле. В апреле воздух мягкий и дует благоуханный ветерок, и царит братская любовь, даже к полицейским. Возможно, что в апреле жильцы пожелали бы только, чтобы всех полицейских в городе сбили автобусы и покалечили, но не убили.

Но был январь.

У Коттона Хейвза дел было невпроворот.

Начать с того, что какой-то тип не пускал его в подвал.

Он никогда до сих пор не видел его. Это был гигант лет шестидесяти, с европейским акцентом, который Хейвз не мог точнее определить. Он стоял на верхней площадке лестницы, которая вела в подвал, и спросил Хейвза, какого черта ему нужно в подвале. Все в этом человеке было соразмерно: крупная голова с гривой растрепанных светлых волос, выпуклый нос и большие голубые глаза, резко очерченный рот и сильные челюсти, крепкая шея, широкие плечи и грудь, мускулистые руки с большими кистями, даже синий свитер под комбинезоном с медными пуговицами — все, казалось, было к месту, словно этот человек был вылеплен скульптором с удивительным чувством пропорции.

— Я офицер полиции, — сказал Хейвз. — Я хочу еще раз осмотреть подвал.

— Покажите мне ваш жетон, — потребовал человек.

— А кто вы такой? — спросил Хейвз.

— Я Джон Айверсон, смотритель соседнего здания — дома 4113.

— Что же вы делаете здесь, если вы смотритель того дома?

— Мистер Готлиб, домовладелец, просил меня помочь… несколько дней, пока он не найдет кого-нибудь на место Джорджа. I — Чем помочь?

— Следить за топкой, выставлять по утрам мусорные ящики. То же, что я делаю в своем доме. — Айверсон сделал паузу. — Покажите ваш жетон.

Хейвз показал Айверсону полицейский жетон и сказал:

— Я буду находиться в этом доме большую часть дня, мистер Айверсон, здесь, в подвале, или пойду расспрашивать жильцов.

— О’кей, — сказал Айверсон, словно бы разрешая Хейвзу остаться. Хейвз ничего не ответил. Он спустился по ступенькам в подвал. Айверсон последовал за ним.

— Пора проверить, как греет, — сказал он почти веселым тоном и прошел к чугунной топке, находившейся в углу подвала. Он взглянул на стрелку, показывающую температуру, взял лопату, приставленную к ящику для угля, и приоткрыл ею дверцу топки. Потом покидал с десяток полных лопат угля, снова приставил лопату к стенке ящика и сам прислонился к нему. Хейвз следил за ним с другой стороны подвала.

— Если у вас есть другие дела, — не буду вас задерживать, — сказал он.

— У меня нет никаких дел, — сказал Айверсон.

— Я думал, вы собираетесь вернуться в свой дом проверить там топку.

— Я уже проверил прежде, чем идти сюда.

— Ну, как хотите… — Хейвз пожал плечами. — А что это там в глубине?

— Верстак Джорджа.

— А что он на нем делал?