Эван Хантер – Сбытчик. Плата за шантаж. Топор (страница 73)
— Я не знаю никаких фотографий.
— Зачем ты следил за мной? — спросил опять Хейвз.
— Я не следил за тобой.
— Ты сказал, что будешь в коричневом костюме. Ты сказал, что будешь читать «Таймс». Посмотри на свой наряд! Посмотри, что у тебя в кармане!
— Вы не можете представить магнитофонную пленку на суде. Это противозаконно.
— Что это за крупная птица, которую вы шантажировали? — закричал на него Мейер.
— Не знаю.
— У Крамера на счету по вкладу было сорок пять тысяч! Это что, только половина, Торр? А вся сумма равна девяноста тысячам?
— Сорок пять тысяч? — спросил Торр. — Неужели?
— Что ты сказал?
— Ничего.
— Что означает твое «неужели»?
— Ничего!
— Платила ли Люси Менкен больше пятисот в месяц?
— Неужели она? — сказал, вдруг Торр и мгновенно замолк.
— Стойте! — вмешался Хейвз.
Полицейские посмотрели на него.
— Минутку помолчите, — на лице Хейвза была догадка. — Этот гад даже не знает, сколько выплатила Люси Менкен! Клянусь, он даже не знает, за что она выплачивает! Он понятия не имел про фотографии, не правда ли, Торр?
— Я уже сказал, что не знаю ничего!
— Слушай ты, ублюдок, — сказал выходя из себя Хейвз, — Ты провел свое собственное расследование. Молодец! Ты следил за нами, чтобы потом выйти на людей, которых шантажировал Крамер!
— Нет, нет. Я говорил вам…
— Ты знал, что у Крамера есть жертвы, и после его смерти захотел сам поживиться за их счет! Но ты не знал, сколько их!
— Нет, я говорил, что…
— Ты выследил Люси Менкен, затем позвонил ей и сказал, что ты от Крамера. Она испугалась и проговорилась про фотографии. А потом как сумасшедшая стала их искать повсюду. Она знала ставки Крамера, а ты перепугал ее, сказав, что произошли некоторые изменения, и она не знала теперь, как далеко зайдет дело, и попыталась раздобыть эти фотографии.
— Я не понимаю, о чем идет речь, — заладил, как попугай, Торр.
— Когда прошлой ночью ты следил за мной, — продолжал говорить Хейвз, — ты увидел другие жертвы Крамера.
— Ты сошел с ума! — сказал Торр.
— Заткнись, Торр! Ты прекрасно знал, что Крамер ловко обделывает такие делишки и решил поживиться сам! Ты устал, «бедный», от работы, не знаю, сколько ты там греб! Тебе захотелось добычи покрупнее. Крамер дурак, трепался про свое безбедное житье-бытье! Ты аж позеленел от зависти! Потом достал ружье, сел в автомобиль и…
— Нет! — заорал Торр.
— Ты убил его, — сказал Хейвз.
— Нет, я же клянусь вам!
— Ты убил его, — накинулся на него Карелла.
— Да нет же! О господи! — взмолился Торр, в отчаянии простирая руки вперед.
— Ты убил его, — медленно проговорил Мейер, словно завершая конец жуликоватого Торра.
— Клянусь, не я! — орал Торр как зарезанный. — Да, я следовал за тобой, Хейвз, за каждым нз вас, да! Да, это я ударил тебя ночью! Да, я хотел выжать бабки из этой дуры Менкен! Да, да, да! Но, клянусь богом, я не убивал Крамера!
— Ты вымогал деньги у Люси Менкен. Признаешь это? — спросил Хейвз.
— Да, да!
— Ты ударил меня ночью?
— Да, я!
— Ты обвиняешься в вымогательстве денег у Люси Менкен и в разбойном нападении на полицейского, — сказал Хейвз…
Допрос был окончен, но Торр казался счастливым, что так дешево отделался.
ГЛАВА XVI
После того, что произошло с Торром, Люси Менкен и Эдвард Шлессер, торговец прохладительными напитками, кажется, могли спать спокойно, а также тот третий, неизвестный, который выплачивал по 1100 долларов ежемесячно на счет Крамера. Учитывая то, что Крамер мертв, а негодяй шантажист Торр арестован, этому третьему пострадавшему бояться было нечего. Богач, оплативший квартиру Крамера, обставивший ее роскошной мебелью, купивший ему шикарные автомашины, плативший за его одежду и раздувший банковский счет Крамера до суммы в сорок пять тысяч долларов, был уже освобожден от такой дани. Крамер мертв, и уже никто не мог унаследовать его отвратительное занятие!
Казалось, что все должны стать счастливыми, а, возможно, так оно и было. Все, но только не полицейские.
Да, Крамер был мертв, но убийца пойман не был, и полиция не знала, кто это!
Каждое почтовое отделение и каждый банк в городе тщательно проверялись. Полиция догадывалась, что Крамер где-то держал секретный почтовый ящик, где хранил все документы. Крамер был аккуратным и скрупулезным человеком, если судить по его банковским операциям, квитанции которых он сохранил аж за прошлый сентябрь. Поэтому маловероятно, что он проявил беспечность к таким важным бумагам и фотографиям. Куда же он спрятал их?
Четверо полицейских в течение двух дней перетряхивали квартиру. Нэнси О’Хара, которая присутствовала при обыске, тоже ничем не помогла. Она была симпатичной девицей, а полицейские были все же мужчинами. Тем не менее обыск шел внимательно, но полиция не обнаружила ни секретного счета, ни документов.
— Я не знаю, — сказал Карелла Хейвзу, — как сквозь землю провалились.
— Должен же он где-то их держать, — ответил ему Хейвз.
— Но где? Он даже не член какого-нибудь клуба!
— Да!
— У него нет дачи?
— Нет.
— Так где?
Хейвз призадумался, потом сказал:
— Может, в машинах?
— Что ты имеешь в виду?
— Его два автомобиля — «Кадиллак» и «Бьюик»!
— Думаешь, он спрятал документы в одном из багажников машин? Или в салоне?
— Почему бы и нет!
— Не похоже на Крамера, — ответил Карелла. — Он такой осторожный. Я не могу поверить, что такие важные бумаги он мог спрятать в багажнике.
— Давай попробуем, — предложил Хейвз.
Карелла сомнительно покачал головой:
— Ну давай, попытка не пытка, поехали в его гараж!
Крамер пользовался гаражом автообслуживающего центра «У Джоджа», находящегося в трех кварталах от своего последнего пристанища. Хозяин центра, маленький волосатый джентльмен с перемазанным мазутом лицом, встретил полицейских неприветливо.