Эван Хантер – Сбытчик. Плата за шантаж. Топор (страница 36)

— А откуда ты знаешь, что его убили?

— Он повесился, — сказал Коллинз.

— Хорошо, но почему ты назвал это убийством?

— Самоубийство — это ведь тоже убийство, разве не так?

— А зачем нам вешать на тебя самоубийство?

— Кто вас знает! С какой стати вы тогда притащили меня сюда? Зачем спрашиваете, знал ли я Аннабелля?

— Значит, ты знал его?

— Конечно, знал.

— Здесь познакомились или в морском клубе?

— Каком клубе?

— В Риверхеде.

— A-а, вы имеете в виду «Молодых моряков». Только это не морской клуб.

— Так где ты с ним познакомился?

— Мы здоровались, когда я жил в этом районе. А потом, когда я встретил его у «Молодых моряков», мы подружились.

— Почему ты сказал, что, кажется, знал его? Если вы дружили, то ты наверняка его знал.

— Ладно, я его знал. Это что, преступление?

— Зачем ты ходил к «Молодым морякам»?

— Просто так. Чтобы посмотреть, как они маршируют. Люблю смотреть, как маршируют.

— Там, куда тебя отправят, все время маршируют, — сказал Хэвиленд.

— Ты сначала отправь меня туда, гад. Я еще не слышал ни одного обвинения. На пушку берете?

— Ты сбытчик, Коллинз?

— Это вам приснилось.

— Мы взяли троих ребят, которые покупали у тебя. Один из них готов тебя опознать.

— Да? Как его зовут?

— Хемингуэй.

— А двух других? Синклер Льюис и Уильям Фолкнер?

— Ты много читаешь, Коллинз.

— Достаточно.

— А этот парень Хемингуэй не читает. Он наркоман. Он купил у тебя одну шестнадцатую унции героина днем двадцатого декабря. Один из наших детективов арестовал его сразу после этой покупки.

— Так вот почему за мной еле… — Коллинз осекся.

— Что?

— Ничего. Если ваш Хемингуэй и купил героин, то не у меня.

— А он говорит, что у тебя.

— Я даже не знаю, как выглядит одна шестнадцатая унции героина.

— Ты знал, что Эрнандес — наркоман?

— Да.

— Ты когда-нибудь с ним кололся?

— Нет.

— А видел, как он колется?

— Нет.

— Тогда откуда ты знаешь, что он наркоман?

— Говорят.

— Видел его с другими наркоманами?

— Конечно.

— С кем?

— Их имен я не знаю.

— Ты видел его когда-нибудь с наркоманом, которого зовут Ларри Бирнс? — спросил Бирнс.

Коллинз заморгал.

— Я сказал — Ларри Бирнс, — повторил Бирнс.

— Никогда не слышал о таком, — сказал Коллинз.

— Подумай хорошенько. Это мой сын.

— Не шутите? Я и не знал, что сыновья полицейских балуются наркотиками.

— Ты видел моего сына вечером семнадцатого декабря?

— Я вашего сына в глаза не видел.

— А утром восемнадцатого?

— Сказал, что не видел. Ни утром, ни вечером.

— Они были знакомы с Эрнандесом.

— Многие были с ним знакомы. Эрнандес был сбытчиком, вы что, не знаете? — Коллинз помолчал. — Он сбывал наркотики даже на занятиях «Молодых моряков».

— Мы знаем. А ты откуда знаешь?

— Видел пару раз, как он продавал.

— Кому?

— Не помню. Послушайте, может, вы думаете, что я вожу знакомство со всеми наркоманами в округе? Сам я никогда этим зельем не увлекался.

— Ты увлекался им, Коллинз, двадцатого декабря. Два дня спустя после того, как мы нашли Эрнандеса мертвым. Этот Хемингуэй был одним из клиентов Эрнандеса.

— Да? А может, он купил себе дозу у призрака Эрнандеса?

— Он купил ее у тебя.