Эван Хантер – Ненавистник полицейских. Клин. Тайна Тюдора. (страница 19)

— Никогда я не понимал детективов, — ответил Клинг.

Они пошли по холлу. Клинг вынул свой служебный револьвер, когда увидел, что у Кареллы он был уже в руках.

— Она сказала не стрелять, — напомнил он Карелле.

— Пока что она правит только борделем, — ответил Карелла, — а не Полицейским управлением.

— Конечно, — сказал Клинг.

Карелла постучал в дверь рукояткой своего револьвера.

— Кто это? — спросил по-испански женский голос.

— Полиция, — ответил Карелла. — Откройте.

— Минутку, — донеслось по-испански.

— Наверное, она одевается, — предположил Клинг.

Через несколько секунд дверь открылась. Перед ними стояла большеголовая девушка с рыжими волосами. Она не улыбалась, поэтому Карелла не смог убедиться в наличии у нее двух золотых передних зубов.

— Что вам надо? — спросила она.

— Выйди отсюда, — произнес Карелла. — Нам надо поговорить с этим человеком.

— Понятно. — Она бросила на Кареллу взгляд оскорбленной невинности, затем резко повернулась и, проскользнув мимо них, вышла в холл. Клинг проводил ее взглядом. Когда он повернулся к двери, Карелла был уже в комнате.

Там стояли кровать, ночной столик и металлический таз. Занавеси на окнах были опущены. Тяжелый дух стоял в комнате. На кровати лежал мужчина в одних брюках, вытянув босые ноги. Он, голый по пояс, лежал с закрытыми глазами и открытым ртом. Мухи с жужжанием носились над его носом.

— Открой окно, — попросил Карелла. — Боже, как здесь воняет.

Мужчина на кровати зашевелился. Он поднял голову и посмотрел на Кареллу.

— Кто вы? — спросил он.

— Тебя зовут Ордиз? — в свою очередь задал вопрос Карелла.

— Да. Вы полицейские?

— Да.

— Что я такое натворил?

Клинг открыл окно. С улицы внизу доносились детские голоса.

— Где ты был в воскресенье ночью?

— В какое время?

— Ближе к полуночи.

— Не помню.

— Лучше тебе, Ордиз, побыстрее начать вспоминать. Вставай сию минуту.

— Не понимаю, чего вы хотите.

— Ты наркоман, Ордиз, и мы знаем это. И нам известно также, что несколько часов назад ты достал три пачки героина. Ты что, окаменел или все-таки до тебя доходит, о чем я говорю?

— Я слышу, — ответил Ордиз.

Он провел рукой по глазам. У него было худое лицо с резко очерченным носом и- толстыми, будто резиновыми, губами. Он давно не брился.

— О’кей, рассказывай.

— В пятницу ночью, вы сказали?

— Я сказал, в воскресенье.

— В воскресенье. Ах, да, я жрал в покер.

— Где?

— Четвертая Южная. А что случилось, вы мне не верите?

— У тебя есть свидетели?

— Пятеро игравших. Можете спросить у любого из них.

— Назови их фамилии.

— Понятно. Луис Дескала и его брат Джон, парнишка по имени Пит Диас. И еще один парень, они называли его Пепе. Я не знаю его фамилии.

— Так четверо.

— Я был пятым.

— А где живут эти парни?

Ордиз назвал адреса.

— О’кей. А что было в понедельник вечером?

— Я был дома.

— Кто-нибудь был с тобой?

— Моя хозяйка.

— Что?

— Моя хозяйка в это время была дома. В чем дело, вы плохо слышите?

— Заткнись, Диззи. Как ее зовут?

— Ольга Пацио.

— Адрес?

Ордиз назвал адрес.

— В чем меня обвиняют? — спросил он.

— Ни в чем. Оружие есть?

— Нет. Послушайте, я чист с тех пор, как освободился из тюрьмы.

— А как насчет тех трех пачек наркотиков?

— Не знаю, откуда вы взяли эту чепуху. Кто-то дурачит вас.

— Несомненно. Одевайся, Диззи.

— Зачем? Я оплатил эту каморку.

— О’кей. Ты уже пользовался ею. Одевайся.

— Ну послушайте, зачем? Говорю же вам, что я чист с тех пор, как вышел. Какого дьявола?