Эван Хантер – Хитрости (страница 53)
«Вы когда-нибудь видели фильм, где карлики занимаются любовью?» - спросила она.
«Никогда.»
«Мы занимаемся любовью, знаете ли.»
«О, не сомневаюсь.»
«Вы когда-нибудь видели карлика-пожарного? Или карлика-полицейского?»
Он ещё не сказал ей, что он полицейский. Он задумался, стоит ли говорить ей, что он коп.
«Ну, они изменили требования, знаете ли», - сказал он.
«Какие требования?»
«Требования к росту. Раньше было пять футов восемь дюймов (
«Ну а какие теперь?»
«Можно быть любого роста. Я знаю полицейских, которые могут поместиться в карман жилета.»
«Вы хотите сказать, что карлик может стать полицейским?»
«Ну, я не знаю о карликах. Но я думаю, что...»
«Потому что я умею стрелять из пистолета не хуже других, знаете ли. В цирке я выступала в роли Энни Окли (
«Вы маленькая», - сказал он. «Это одна из тех вещей, которые я нахожу в вас очень сексуально привлекательными.»
«Ну, спасибо. Но я хочу спросить, если бы я подала заявление в полицейский департамент, чтобы стать женщиной-полицейским, как полагаете, они бы меня приняли? Или они даже и не подумают? Понимаете, о чём я?»
«Я не считаю вас коротышкой», - сказал Паркер.
«О, я коротышка, всё в порядке.»
«Я думаю о вас как о деликатном человеке.»
«Ну, спасибо. Есть один человек, Ганс, он один из «Летучих голландцев», воздушный артист, знаете?»
«Угу.»
«Он написал мне очень горячее любовное письмо, я его запомнила. Меня заставило вспомнить о нём ваше слово «деликатный».»
«Ну, вы очень деликатны.»
«Спасибо. Хотите послушать письмо?»
«Конечно», - сказал Паркер и оглянулся через плечо, чтобы посмотреть, где Пичес. Её нигде не было видно. «Смелее», - сказал он.
«Он сказал, что хочет обнажить меня.»
«Раздеть, вы имеете в виду.»
«Да. Он сказал, что хочет выбросить мои изящные деликатные одёжные вещи... вот что заставило меня подумать об этом, деликатном.»
«Да, я вижу.»
«И погладить мой пубертатный (
«Да.»
«И прощупывать мою пикантную киску, и манипулировать моими миниатюрными mons veneris (
«Угу.»
«И ласкать мой компактный клитор и податливый лобок. Вот такое было письмо.»
«От одного из «Летучих голландцев», да?»
«Да.»
«Он хорошо пишет по-английски.»
«О, да.»
«Это ведь не тот парень, с которым вы сегодня? Парень, с которым вы пришли?»
«Нет, нет. Это Квентин.»
«Он не один из «Летучих голландцев», да?»
«Нет, он клоун.»
«О.»
«И очень хороший.»
«Как давно вы в городе? Я даже не знал, что здесь есть цирк, скажу вам честно.»
«Ну, мы ещё не собрались. Нас не будет до весны. В следующем месяце мы уезжаем во Флориду, чтобы начать репетировать новый сезон.»
«О, так вы просто в гостях, да?»
«Да, вроде того.»
«Вы ведь не замужем?»
«Нет, нет. Нет, нет, нет, нет, нет.»
Она качает головой, как маленькая кукла.
«Как долго вы пробудете в городе?»
«О, я не знаю. Почему интересуетесь?»
«Я подумал, что мы могли бы встретиться», - сказал Паркер и пожал плечами.
«Как насчёт здоровенной рыжей, с которой вы сейчас?»
«Пичес? Она просто друг.»
«Угу.»
«Правда. Я её почти не знаю. Элис, я должен сказать вам, что никогда не встречал такой нежной и привлекательной женщины, как вы, я серьёзно. Я бы очень хотел встретиться с вами.»
«Ну, почему бы вам не позвонить мне?»
«С удовольствием», - сказал он и достал из кармана блокнот.
«Вот это блокнот», - сказала она. «Размером больше, чем я.»
«Ну, знаете», - сказал он и снова задумался, стоит ли говорить ей, что он коп. Многие женщины, стоило им сказать, что ты коп, сразу же отшатывались. Они считали, что все копы на подхвате, все копы - мошенники. Просто потому, что время от времени ты принимал от кого-то небольшой подарок. «Так где я могу с вами связаться?» - спросил он.
«Мы остановимся в квартире Квентина. Мы вчетвером.»
«Кто именно вчетвером? Надеюсь, не «Летучие голландцы»?»
«Нет, нет, они вернулись в Германию, и присоединятся к нам во Флориде.»