Эван Хантер – Хитрости (страница 21)
Они попробовали открыть дверь, расположенную ближе всего к обочине.
Оказалась не заперта.
Фредди раздвинул дверь до конца.
Джо подошёл к пассажирской стороне фургона. Он открыл дверь, наклонился и открыл бардачок.
«Есть что-нибудь?» - спросил Фредди.
«Похоже, здесь есть регистрация.»
Он достал регистрационную карточку из прозрачного пластикового пакета, в котором лежали руководство по эксплуатации и дубликат страхового полиса.
Фургон был зарегистрирован на Фрэнка Себастьяни, чей адрес - 604 Иден-Лейн в Коллинсуорте, за рекой.
Фильм закончился в семь часов, а позже они зашли выпить в «Стем». В баре они начали спорить - тихими, напряжёнными голосами, почти шёпотом, но все вокруг знали, что они ссорятся, по тому, как напряжённо они склонились над маленьким столиком между ними. Сначала ссора была только из-за фильма, который они смотрели. Она настаивала на том, что он был снят по роману «Золотые улицы» (
По дороге домой они всё ещё спорили.
Но к этому моменту спор перешёл к чему-то более важному, чем неважный скромный роман «Золотые улицы» или дерьмовый фильм, который не был снят по мотивам оного.
Они спорили о сексе, то есть о том, о чём они спорили почти всегда. Возможно, именно об этом они и спорили там, в баре.
Было почти восемь тридцать, но улицы уже начали заполняться подростками. Не все из них искали неприятностей. Многие из них просто хотели выплеснуть подростковую энергию. Те, кто выходил на улицу для веселья и игр, были одеты в костюмы, не столь замысловатые, как те, что носили малыши, а затем и подростки-бопперы (
Спорящая пара шла по улице к зданию, где они жили, мимо группы девочек-подростков, одетых, как флэпперы (
«В этом нет никакой спонтанности», - говорит он.
«Спонтанность, конечно», - сказала она. «Что ты подразумеваешь под спонтанностью - это наброситься на меня, когда я выхожу из душа.»
«В этом нет ничего плохого.»
«Когда я становлюсь совсем чистой.»
«Когда ты хочешь заняться любовью?» - спросил он. «Когда ты будешь вся грязная?»
«Я точно не хочу снова вспотеть после того, как только что приняла душ.»
«Тогда как насчёт того, чтобы принять душ ещё раз?»
«Мне не нравится заниматься любовью, когда я вся в поту.»
«Значит, тебе не нравится делать это, когда ты потная, и не нравится делать это, когда ты не потная. Когда же тебе нравится?»
«Ты искажаешь мои слова.»
«Нет, и не пытаюсь. Я просто пробую донести до тебя мысль.»
«Дело в том, что ты сексуальный маньяк. Я пытаюсь готовить, а ты подходишь сзади и пихаешь в меня эту огромную штуку!»
«Я не вижу ничего плохого в спонтанном возникновении секса.»
«Только не тогда, когда я готовлю!»
«Тогда как насчёт того, когда ты не готовишь? Может, когда я приду домой, и мы выпьем мартини, как насчёт такого?»
«Ты же знаешь, я люблю расслабиться перед ужином.»
«Ну и что, разве это мешает заниматься любовью? Я нахожу занятия любовью расслабляющими, должен тебе сказать. Или ты думаешь, что занятие любовью - это что-то вроде чёртовой напряжённой полосы препятствий?»
«Я не могу наслаждаться своим коктейлем, если ты лапаешь меня, пока я пытаюсь перекусить.»
«Я не считаю, что лапаю тебя.»
«Ты не знаешь, как быть нежным. Всё, что ты хочешь сделать, это наброситься на меня, как чёртов психопат!»
«Я не считаю страсть изнасилованием!»
«Это потому, что ты не знаешь разницы между занятием любовью и изнасилованием.»
«Ладно, о чём это всё? Скажи мне, в чём дело, хорошо? Ты по-настоящему хочешь перестать заниматься любовью? Ты не хочешь делать это до душа, ты не хочешь делать это после душа, ты не хочешь делать это, пока мы пьём, или пока ты готовишь, или пока мы смотрим телевизор, или когда мы просыпаемся утром, когда, в конце концов, ты хочешь делать это, Элиза?»
«Когда мне захочется это сделать. И перестань кричать!»
«Я не кричу, Элиза! Когда ты хочешь это сделать? Ты вообще хочешь это сделать, Элиза?»
«Да!» - крикнула она.
«Когда?»
«Прямо сейчас, Роджер, хорошо? Прямо здесь, хорошо? Давай сделаем это прямо здесь, на тротуаре, хорошо?»
«Мне нравится!»
«Ты бы даже здесь это сделал, правда?»
«Да! Прямо здесь! Где угодно!»
«Ну, я не удивлена! Ты бы сделал это в чёртовом кинотеатре, если бы я тебе позволила.»
«Я бы и в баре это сделал, если бы ты не начала спорить об этом дурацком фильме!»
«Ты бы сделал это в церкви!» - сказала она. «Ты маньяк, вот кто ты.»
«Точно, я маньяк! Ты сводишь меня с ума, вот почему я маньяк!»
Они уже входили в своё здание. Он понизил голос.
«Давай сделаем это в лифте, хорошо?» - сказал он. «Ты хочешь сделать это в лифте?»
«Нет, Роджер, я не хочу делать это в чёртовом лифте.»
«Тогда давай поднимемся на лифте на крышу, и мы сделаем это на крыше.»
«Я также не хочу делать это на чёртовой крыше.»
Он сердито ткнул пальцем в кнопку лифта.
«Где ты хочешь это сделать, Элиза? Когда ты хочешь это сделать, Элиза?»
«Позже.»
«Когда позже?»
«Когда Джонни Карсон уйдёт (
«Если бы нас показывали по телевизору», - сказал он, - «и Джонни Карсон смотрел бы на нас, и у него был бы большой стояк, это точно.»
«Так получилось, что мы живём здесь, Роджер.»
«Как ты думаешь, Джонни Карсон подождал бы, пока мы уедем, чтобы сделать это? Или Джонни Карсон не стал бы ждать, пока мы уедем, чтобы сделать это?»
«Мне всё равно, что сделал бы или не сделал Джонни Карсон. Мне даже не нравится Джонни Карсон.»
«Тогда почему ты хочешь подождать, пока он уйдёт?»
Двери лифта открылись.