Эван Хантер – Десять плюс один (страница 27)
– Что поделаешь, мисс, – не дал ей договорить Клинг, – я всего-навсего тупой полицейский и сынок большой шишки. Я уж не припомню, сколько часов мы просидели в обществе той дамочки. Помню только, что сидели мы чертовски долго. Как говорится, обжегшись на молоке, дуешь и на воду.
– Понятно, – покивала Синди. – И что, вы теперь обыскиваете каждую женщину и девушку, которые к вам сюда приходят?
– Мисс, я вас не обыскивал, – возразил Берт.
– Вы со мной закончили?
– Да.
– Тогда можете обыскать самого себя. – Синди наградила полицейского испепеляющим взглядом, после чего принялась складывать вещи обратно в сумку.
– Дайте я вам помогу, – вызвался Берт.
– Мистер, держитесь от меня как можно дальше. Пистолета у меня нет, но, если вы попытаетесь приблизиться ко мне хотя бы на миллиметр, я врежу вам по башке туфлей.
– Слушайте, – примирительно начал Клинг, – если честно, когда вы сюда пришли…
– Никогда в своей жизни не встречала такого…
– …вы, мягко говоря, не лучились от счастья. У вас был кислый, раздраженный вид, и я, вполне естественно…
– …недоверчивого, грубого, несносного…
– …я решил, что вы…
– Заткнитесь! Сейчас я говорю! – рявкнула Синди.
– Слушайте, мисс, – рассердился Клинг, – если вы забыли, то напоминаю, что вы находитесь в полицейском участке, а я полицейский, и я…
– Всего лишь какой-то полицейский! – фыркнула Синди.
– Хотите, чтобы я вышвырнул вас вон?! – с угрозой в голосе осведомился Клинг.
– Я хочу, чтобы вы передо мной извинились! – заорала девушка.
– Ага, сейчас. Размечтались!
– Знаете, что я вам скажу? – сощурилась Синди. – Если у вас папаша большой начальник, это еще не значит, что вы имеете право…
– Да никакой у меня отец не начальник! – рявкнул Клинг.
– А говорили, что начальник! – крикнула Синди в ответ.
– Это потому, что вы нагло себя вели!
– Это я себя нагло вела?! – возмутилась девушка. – Да я…
– Я не стану терпеть от семнадцатилетней соплячки…
– Мне девятнадцать! Нет, мне двадцать, черт бы тебя подрал!
– Да хоть сорок! – заорал Клинг, и Синди, покрепче ухватившись за ручки сумки, попыталась ею ударить полицейского.
Берт инстинктивно прикрылся рукой. Сумка, налетев на его ладонь, раскрылась, и все барахло, которое Синди с таким трудом запихивала внутрь, вывалилось – теперь уже на пол.
Оба замерли на месте. Падение вещей из сумки напоминало сход лавины в горах. Сигареты, спички, губная помада, тени для глаз, солнцезащитные очки, расческа, записная книжка, баночка с таблетками аспирина, стопка из двадцати пяти наклеек для почтовых отправлений, чековая книжка, пудреница, еще спички, коробочка леденцов, пустая пачка из-под сигарет, клочок желтой бумаги с надписью «Белье из прачечной, контрольная по философии», гребень, щипчики для загибания ресниц, еще две расчески, упаковка салфеток, две грязные, скомканные салфетки, пустая баночка из-под таблеток, коробочка с лекарствами от болей в горле, два карандаша, кошелек, еще спички, шариковая ручка, три монетки по пенни, несколько пустых целлофановых пакетов, персиковая косточка – все это рухнуло на пол, образовав кучу внушительных размеров. Клинг посмотрел на хаос, воцарившийся на полу. Его примеру последовала и Синди.
Девушка молча встала на колени и принялась по второму разу укладывать вещи в сумку. Она трудилась, не глядя на полицейского и не произнося при этом ни слова. Закончив, Синди встала, взяла со стола бумажную папку, сунула ее в руки Клинга и произнесла ледяным тоном:
– Не могли бы вы позаботиться о том, чтобы эти материалы получил детектив Карелла?
– Он будет спрашивать, от кого это. – Берт взял у нее папку.
– Передайте, что от Синтии Форрест.
– Простите, пожалуйста, я не думал, что…
– Детектив Клинг, – промолвила Синди, чеканя каждое слово, – я еще никогда в жизни не встречала такую сволочь, как вы.
Развернувшись, она твердым шагом вышла из инструктажной. Клинг несколько мгновений смотрел ей вслед, а потом, пожав плечами, двинулся с папкой к столу Кареллы. По дороге он вспомнил, что имя девушки встречалось как минимум в двух протоколах, которые он успел прочесть. Тут неожиданно до него дошло, что Синтия – дочь убитого Энтони Форреста. Клинг рванулся было в погоню за девушкой, но тут же передумал, махнул рукой, громко произнес: «Да пошло оно все» и шлепнул папку на стол Кареллы.
По сравнению с сумкой Синди в папке, которую она оставила, дребедени почти не было. Там лежала масса материалов о ее отце. Большая их часть относилась к тому периоду, когда он проходил обучение в университете Рэмси. В папке нашлось место его старым курсовым работам, фотографиям с футбольной командой, табелям успеваемости, конспектам и прочая, прочая, прочая. Карелла добрался до содержимого папки только на следующее утро, поскольку весь предыдущий день крутился в городе, а вечером, не заезжая в участок, отправился домой – там его ждали к ужину жена и двое детей. По сути дела, из всего обилия бумаг в папке подлинную ценность представляла лишь одна. Желтая театральная программка. На первой странице было написано:
ПРЕДСТАВЛЯЕТ
ДОЛГИЙ ПУТЬ ДОМОЙ
ОДНОАКТНАЯ ПЬЕСА
Юджина О’Нила
Программка лежала в папке прямо на столе Кареллы. На ее развороте слева рассказывалось об истории театрального кружка. Там же были напечатаны пожелания всего наилучшего выпускникам 1940 года. А вот справа приводилась информация следующего содержания:
Толстый Джо
Ник
Мэг
Ольсен
Дрисколл
Кокки
Иван
Кейт
Фрида
Первый грубиян
Второй грубиян
В тот вечер, когда детектив Стив Карелла сидел за столом и ужинал в обществе своей жены Тедди и близнецов Марка и Эйприл, мужчина по имени Руди Фенстермахер вышел со станции метро и направился в сторону своего дома в районе Маджесты.
Домой он так и не добрался. Его убила наповал пуля калибра 7,82 мм, угодившая прямо в голову.
XII
Следующее утро у Кареллы началось с разноса.
Обычно Стивен не любил повышать голос. Более того, Берт Клинг, ставший жертвой головомойки, был Карелле очень по душе. И все же, несмотря на это, Карелла орал так, что его слышали полицейские в раздевалке на первом этаже.
– И ты после этого смеешь себя называть легавым? – бесновался он. – Да какой ты, на хрен, легавый?..
– Слушай, я как-то не подумал заглянуть внутрь, – терпеливо произнес Клинг, – она сказала, что папка для тебя и…
– А я думал, что ты у меня в следственной группе и тоже занимаешься этим делом! Это так?!
– Да, это так, – поджал губу Клинг.
– Тогда почему ты?..
– Откуда мне, черт подери, было знать, что в этой папке? – возмутился Берт.