Ева Уайт – Билеты в ад (страница 13)
- Серьезно?
Арт резко замолчал и замер у развилки коридоров. Его рука сжала телефон так, что корпус затрещал. Волна ярости — на Зару, на себя, на всю эту паутину лжи — накатила на него, горячая и слепая. Он закрыл глаза, сделал усилие, чтобы подавить её. Ярость сейчас была роскошью, которую он не мог себе позволить.
— Извинения оставь для исповеди, Зара, — его голос прозвучал холодно и ровно, вопреки буре внутри. — У нас сейчас нет на это времени. И я не хочу просто бежать отсюда. Поняла? Я не увезу её, прячась по подворотням, пока этот призрак будет висеть над нами вечной угрозой. Он инсценировал смерть, чтобы получить власть? Хорошо. Теперь у него есть эта власть. И он использует её, чтобы калечить Мию снова. Я не позволю. Нужно уничтожить его. Просто сбежать — этого мало. Нужно уничтожить «Януса». Раз и навсегда.
В наушниках наступила пауза. Потом Зара тихо присвистнула.
— И когда ты стал таким кровожадным, мальчик-строитель?
— В тот день, когда понял, что люблю её больше, чем ненавижу его. И больше, чем дорожу нашей с тобой дружбой, если ты снова что-то скроешь. Теперь ты в игре. По-настоящему. А теперь оставь, к черту, свои скупые слезы и скажи мне, что искать на складе?
Зара вздохнула, и в её голосе вернулся привычный деловой тон.
— По данным логов доступа, «Ариадна» арендовала склад C-12 под «гуманитарные грузы». Но вчера туда были внесены изменения в температурный режим — не охлаждение, а стабильная +18. И туда прошли три человека с метками геолокации, связанными с «Янусом». Длительное пребывание. Там что-то есть. Возможно, образцы. Или планы. Или… бухгалтерия. «Янус» параноики, но достаточно старомодны. Доверяют бумаге больше, чем полностью оцифрованным следам. Может, там его чёрная книга.
— Дай мне удалённый доступ, если что-то зашифровано. Я буду твоими глазами и руками.
— Уже делаю. Ты приближаешься к зоне контроля. Будь готов к камерам. Я внедрила в их сеть петлю на пять минут — они будут видеть повторяющийся цикл. У тебя есть время до смены кадра в… 23:47. Сейчас 23:42.
— Понял.
Арт отключил связь, но оставил канал открытым. Он свернул в правый коридор, который, согласно карте, вёл прямо к кластеру складов. Впереди, в конце коридора, была ещё одна дверь, но уже не герметичная, а обычная металлическая, с надписью «С-12» и пиктограммой, изображающей поддон с коробками. Рядом — камера под потолком, её красный светодиод горел ровным, не моргающим светом. Петля Зары уже работала.
Он подошёл к двери. Замок был проще — обычный электронный, кодовый. Он снова применил прибор Зары. На этот раз процесс занял дольше — двадцать секунд. Дверь щёлкнула. Арт медленно, беззвучно надавил на ручку и вошёл.
Склад оказался не огромным ангаром, а помещением размером с просторный офис, заставленным стеллажами до потолка. Воздух был сухим и прохладным. На стеллажах стояли одинаковые картонные коробки с маркировкой «Мед. оборудование. Хрупкое». Но несколько коробок в углу выделялись — они были другого размера, более плотные, без маркировки. Рядом с ними на полу лежал открытый алюминиевый кейс.
Арт подошёл к кейсу. Внутри, в формованных ячейках из чёрного поролона, лежали не медицинские инструменты. Образцы стрелкового оружия: компактный автомат, разобранный на основные узлы, несколько пистолетов разных калибров, патроны с цветной маркировкой на пулях. Это был не склад оружия — это была выставка образцов. Для демонстрации клиентам. Рядом с кейсом лежала папка-скоросшиватель с логотипом «Ариадна Групп» — стилизованное крылатое зеркало.
Он открыл папку. Внутри — распечатанные таблицы, графики, фотографии. Он быстро листал, снимая на камеру телефона. Графики поставок. Схемы логистических маршрутов через порты ОАЭ и Иордании. Отчёт об эффективности некоего «Протокола „Пелена“» в условиях городских боёв. И последний документ — проект контракта между «Ариадной» и представителем «Щита Востока». Суммы были астрономическими. А в графе «Куратор операции от „Ариадны“» стояла подпись. Не «Янус». Настоящая, размашистая, уверенная подпись: Адриан Рейган.
Он нашёл его. Дымящийся пистолет. Доказательство того, что «мёртвый» бизнесмен жив и участвует в торговле смертью.
В этот момент в наушниках раздался резкий, предупреждающий звук. Голос Зары, сдавленный:
— Арт, тревога. Кто-то врубил ручной обход системы. Петля сломана. Камеры видят тебя. Я вижу движение с метками охраны «Ариадны». Они в коридоре. Две минуты, максимум. Вали оттуда нахрен!
Арт судорожно снял последние страницы и захлопнул папку. Ему нужен был оригинал, а не только фото. Он сунул папку под куртку, закрепил её ремнём. Осмотрелся. Выход один — дверь, в которую он вошёл. И она вела прямо в лапы охраны.
— Зара, альтернативные пути? — прошептал он, отходя от кейса, его глаза искали вентиляционные шахты, люки, что угодно.
— Нет. Технические схемы показывают только основной вход. Проклятие. Держись. Я пытаюсь создать помехи в их связи, внести хаос в распознавание.
Арт подбежал к двери, прислушался к окружающим звукам. Из-за неё доносились приглушённые шаги, быстрые, уверенные. Скорее всего группа людей, а не один человек. Он отскочил, огляделся в последний раз. Его взгляд упал на коробки с «медицинским оборудованием». Он рванул к ним, сорвал верхнюю с ближайшего стеллажа. Внутри, упакованные в пузырчатую плёнку, лежали… портативные приборы ночного видения. Не оружие, но тоже военный реквизит. Он быстро достал один, сунул во внутренний карман.
Шаги приблизились. Рука взялась за ручку снаружи.
Арт отбежал вглубь склада, к дальнему стеллажу, единственное укрытие в тени. Он прижался к холодному металлу, чувствуя, как папка под курткой давит на рёбра. Его рука потянулась к поясу, где под футболкой был спрятан складной мультитул с коротким, но прочным лезвием. Он не был солдатом. Но он был тем, кто защищает своё. Даже если это означало встретить смерть в чужом складе, за тысячи миль от дома.
Дверь в склад распахнулась.
Воздух в гардеробной был спёртым и неподвижным, словно его тоже разложили по полкам и забыли. Мия сидела на полу, прислонившись спиной к глухой стенке огромного дубового шкафа. Её окружало море ткани — тёмные шерстяные костюмы, белоснежные сорочки, аккуратные рулоны галстуков, извлечённые из своих отделений и образовавшие вокруг неё хаотические баррикады. Она не знала точно, сколько времени сидит в шкафу и перебирает его вещи. Пальцы, загрубевшие от картонных коробок и пыльных папок, теперь были покрыты тонким слоем пыли от шерсти и старой кожи.
Она искала вторую запонку.
Всё началось с простого желания — найти пару этому аксессуару и навести порядок. Не выбросить вещи Адриана, нет. Её ум, отточенный за время совместного проживания с Адрианом, требовал систематизации. Каталогизации доказательств его существования и исчезновения. В полицейском отчёте, который она перечитала сотни раз, в разделе «Вещественные доказательства, изъятые из транспортного средства», пунктом седьмым значилось: «1 (одна) запонка. Обнаружена в салоне, в пространстве между задним сиденьем и спинкой пассажирского кресла».
Одинокая запонка, закатившаяся в щель. Не в бардачке среди документов. Не в кармане пиджака на вешалке. В пыльной, тёмной щели, куда она могла упасть, скатиться, быть забытой.
Адриан не терпел беспорядка в машине. Его «Камаро» всегда сиял, внутри всегда стоял запах чистоты и автомобильного парфюма, подобранного под характер владельца. Адриан еженедельно устраивал химчистку салона. Вероятность того, что какая-то вещь, тем более такой аксессуар, могла месяцами валяться в машине незамеченной, стремилась к нулю. Значит, она попала туда в тот день. В день его смерти.
И вот теперь Мия, запертая в склепе из его одежды, снова и снова перебирала его аксессуары. Все запонки были упакованы попарно в бархатные футляры или специальные держатели. Классические золотые, серебряные с гравировкой, современные стальные — все в идеальном состоянии, все на своих местах. И ни одной, даже отдалённо, не похожей на ту, что нашли в машине.
Она откинула голову на холодное дерево шкафа и закрыла глаза. От усталости и напряжения в висках стучало. Перед глазами плыли образы не его лица, а схемы, таблицы, строки из полицейского отчёта. "Не справился с управлением... Неисправная тормозная система..."
Адриан был безупречным водителем. Он участвовал в любительских уличных гонках и выигрывал. Его рефлексы были феноменальны. Он мог, ведя машину на высокой скорости, параллельно диктовать секретарше письмо и замечать малейшую ошибку в чертеже на планшете. И этот человек, по версии следствия, даже не попытался увернуться от бетонного ограждения и на полной скорости врезался в него, не сумев войти в поворот.
В её сознании, натренированном сомневаться во всём, что слишком гладко, щёлкнул первый, едва уловимый переключатель. Что если он не успел среагировать не потому, что был невнимателен? Что если его внимание в тот миг было приковано к чему-то — или кому-то — ещё?
Она открыла глаза и уставилась на груду одежды перед собой. Белые сорочки казались призрачными в полумраке.