Ева Уайт – Билеты в ад (страница 10)

Его кульминация наступила быстро, с тихим, сдавленным рыком у неё в ухе. Он не издавал громких звуков, никогда. Даже в этом он контролировал всё. Адриан замер на мгновение, всё ещё внутри неё, его тело напряглось, потом расслабилось. Он отстранился, опустил её на пол. Её ноги подкосились, и она едва удержалась, схватившись за подоконник.

Мужчина привёл себя в порядок с той же небрежной эффективностью, с какой разблокировал дверь. Потом посмотрел на неё, как смотрят на выполненную работу.

— Вот видишь, — сказал он, его голос снова стал ровным, деловым. — Ничего не изменилось. Ты всё та же. И правила — те же.

Адриан подошёл к раковине, умыл лицо и руки, вытерся бумажным полотенцем. Мия стояла, прижавшись к стене, пытаясь стянуть с себя ощущение его вторжения, его запаха, его власти. Она чувствовала себя осквернённой, разбитой, но где-то в глубине, под шоком, тлел уголёк ярости. Ярости, которая теперь знала своего врага в лицо.

— Теперь о правилах на ближайшее будущее, — начал он, подойдя к ней, но не касаясь. — Ты будешь приходить, когда я скажу. Будешь делать, что я скажу. И будешь молчать. Для всех, особенно для него, ты — всё та же потрясённая происходящим женщина, которая боится беспорядков. Ни слова о том, что ты приходишь ко мне. Ни намёка.

— А если я откажусь? — прошептала она, глядя в пол.

— Тогда ты подпишешь ему смертный приговор, — ответил он без паузы. — Сегодня вечером, когда вас переведут в общий зал для ночлега, ты порвёшь с ним. Публично. Придумай причину. Скажешь, что он слабак, что он не может тебя защитить. Что ты поняла, что всё ещё любишь меня, своего мужа, и не можешь быть с другим. Что угодно. Но это должно быть жестоко, убедительно и на глазах у как можно большего числа людей.

У неё перехватило дыхание.

— Я не сделаю этого.

— Сделаешь. — Адриан наклонился к ней, и в его глазах она увидела не угрозу, а констатацию. — Или завтра утром его найдут с ножом в груди в туалете терминала. Самодельное оружие. Местный грабитель, воспользовавшийся хаосом. Трагический инцидент. Уверяю тебя, мои люди проворачивали операции и почище. И никто даже бровью не поведет. Ты останешься одна. Снова. Но на этот раз — по-настоящему. И со знанием, что это ты его убила.

Мужчина говорил тихо, спокойно, как врач, описывающий симптомы смертельной болезни. В каждой фразе чувствовалась неоспоримая правда. Он мог это сделать. Адриан и здесь был властью.

— Зачем тебе это? — голос её сорвался. — Зачем мучить его? Что он тебе сделал?

— Он занял моё место, — просто сказал Адриан. — И я не терплю чужаков в своём доме. Даже если этот дом — моя жена. Теперь у тебя есть выбор, Мия. Его жизнь или твоя гордость. Хотя, — он усмехнулся, — какая уж там гордость после всего, что было между нами? После нашего «соглашения»?

Он повернулся, чтобы уйти, но на пороге остановился.

— О, и ещё кое-что. Забудь о дневнике твоей матери. И о запонках, и о всех этих детских играх в частного детектива. Ты лезешь не в своё дело. И твой журналист-приятель Кайл… — он обернулся, и на его лице впервые появилось что-то похожее на живую эмоцию — предвкушение. — Он уже получил предупреждение. Следующее будет последним. Подумай об этом, когда будешь целовать своего Артура на прощание. Каждый твой шаг в сторону прошлого приближает его к могиле. И не только его.

Он вышел, мягко закрыв дверь. Звук щелчка замка прозвучал громче выстрела.

Мия медленно сползла по стене на пол, обхватив колени руками. Тело ныло, губы распухли, внутри всё горело от унижения и ярости. Но хуже всего было другое — холодное, тошнотворное понимание. Он не просто вернулся. Он никогда и не уходил. Он наблюдал. Контролировал. Он знал про дневник. Про Кайла. Он знал всё.

И теперь у неё не было выбора. Чтобы спасти Арта, ей нужно было стать орудием в руках Адриана. Разрушить то, что они с таким трудом начали строить. И сделать это так, чтобы Арт возненавидел её. Чтобы он ушёл, но, чтобы он остался жив.

Слезы, наконец, хлынули из её глаз — беззвучные, горькие. Мия плакала не от страха за себя. Она плакала от предстоящей боли, которую должна будет причинить единственному человеку, который любил её по-настоящему. И от осознания того, что клетка, из которой она думала, что сбежала, оказалась намного больше и прочнее. Она охватывала не только её, но и всех, кого она могла полюбить.

В кармане её джинсов снова завибрировал телефон. Новое сообщение в том же защищённом приложении. Всего два слова:

Сегодня. 22:00.

Приговор был вынесен. Оставалось только привести его в исполнение.

Глава 6

Зал ожидания только с виду казался организованным, и это лишь подчёркивало абсурдность ситуации. Солдаты раздали тонкие матрасы и алюминиевые одеяла, которые были теперь повсюду на полированном мраморном напольном покрытии, что выглядело как шикарное подобие лагеря беженцев. Воздух гудел от приглушённых разговоров, плача детей, храпа тех, кому удалось отключиться. Большие экраны, обычно транслирующие рекламу и рейсы, показывали теперь карту города с зонами, выделенными красным, и бегущей строкой на трёх языках, призывающей к спокойствию и терпению. Иллюзия контроля ситуации, однако все понимали, что их судьба зависит не от этих экранов, а от невидимых переговоров где-то за дверями.

Арт нашёл место в относительно тихом углу, у стены с розетками. Он расстелил два матраса рядом, но оставил между ними расстояние в полметра. Рядом, но все же на расстоянии. Он оставил Мие право выбора - быть ближе к нему или все же сохранить дистанцию. Артур сидел, прислонившись к стене, его глаза были закрыты, но Мия знала — он не спал. Его тело было слишком напряжённым, каждая мышца будто прислушивалась к окружающему миру, сканируя его на угрозы. Он делал то, что всегда умел — создавал зону безопасности в эпицентре хаоса. Молча, без суеты.

Девушка стояла в нескольких метрах, наблюдая за ним, и её сердце разрывалось на части. Арт был похож на скалу, вокруг которой бушевало темное море, но скалу это совсем не тревожило, как бы не пенились волны. И через несколько минут она должна была взорвать эту скалу, уничтожить, растоптать, превратить в мелкие камни. Так требовал сценарий, который создал для нее Адриан.

Время, которое они провели после её возвращения из медпункта, было наполнено мучительным молчанием. Артур не спрашивал, что случилось. Он видел её опухшие глаза, её трясущиеся руки, её невозможность смотреть ему в лицо. Арт просто взял её руку, сжал, и больше ничего. Его молчание было красноречивее любых вопросов. Он знал. Возможно, не все детали, но суть — что случилось что-то необратимое, что их хрупкий новый мир треснул по швам. И он ждал, когда она будет готова сказать. Если будет.

Но Мия не могла сказать правду. Она могла только исполнить роль. Роль предательницы.

Девушка посмотрела на часы на телефоне. 21:55. Пять минут. Где-то в этом зале, вероятно, скрываясь в тени колонны или среди группы солдат, Адриан наблюдал. Он требовал зрелища. И она должна его дать.

Она сделала глубокий вдох, набирая воздух в лёгкие, как перед прыжком в ледяную воду. Внутри всё сжалось, сердце требовало найти другой выход. Но в голове стояла картина, которую он нарисовал: Арт, холодный, с остекленевшими глазами, в луже крови на грязном кафельном полу туалета. И это была бы её вина. Только её.

Мия подошла к матрасам и села на свой, спиной к Арту. Она чувствовала, как мужчина открыл глаза.

— Мия? — его голос был тихим, хрипловатым от усталости. — Ты в порядке?

— Я? — она повернулась к нему, и её голос прозвучал резко, слишком громко для шёпота, который царил вокруг. Несколько ближайших людей настороженно подняли головы. — В порядке, Арт? Как я могу быть в порядке? Посмотри вокруг!

Артур слегка отодвинулся назад, удивлённый её тоном.

— Я вижу. Да, мы в полной жопе. Но мы справимся, не стоит впадать в панику.

— «Справимся»? — она фальшиво рассмеялась, и этот звук задел даже её саму. — О чём ты говоришь? Мы заперты, как животные! Над нами летают самолёты, а мы сидим на полу и ждём подачек! И ты… ты просто сидишь! Сидишь и ждёшь, когда всё само рассосётся!

Мужчина медленно выпрямился, его лицо стало осторожным, изучающим.

— Я делаю то, что могу. Стараюсь оставаться с холодным рассудком и не привлекать лишнего внимания. А так же быть рядом с тобой.

— Быть рядом? — она встала, теперь её голос набирал силу, театральную, истеричную. — Ты всегда просто «был рядом»! Когда вокруг был хаос в аэропорту — ты был рядом. Когда эти солдаты с автоматами смотрят на нас как на скот — ты рядом! Но ты ничего не делаешь! Ты никогда ничего не делал! Ты всегда просто был рядом!

Мия видела, как её слова ранят, как каждая фраза — отточенный клинок по сценарию — вонзается в самое незащищённое место. Но в его глазах, которые она ожидала увидеть полными боли и гнева, она увидела нечто иное. Глубокую, бездонную печаль. Кажется, Артур никогда не простит ей этого. Но он смотрел не на истеричную женщину. Арт смотрел сквозь неё, как будто читал текст, написанный невидимыми чернилами поверх её слов.

— Мия, — сказал он тихо. — Не говори так.

— Буду! — она почти крикнула, и теперь на них смотрели уже десятки глаз. Люди устали от страха, и чужая драма становилась развлечением. — Я не могу больше! Я смотрю на тебя и вижу… слабость. Всю нашу жизнь я видела слабость! Ты никогда не был таким, как он! Никогда не брал то, что хотел! Никогда не контролировал ситуацию! Адриан… Адриан бы не сидел сложа руки! Он бы нашёл выход! Он бы взял всё под контроль! Он был сильным!