Ева Шафран – Начало пути (страница 55)

— От страха? — нахмурилась Лана. — Вам стоило выбирать более уравновешенных для таких серьезных целей.

— Нам нужны были юные девы, как сказала ведьма, — Валкар выглядел серьёзным. Его сильно безпокоило то, как Лана отнесётся к этому. — Первые две сотни лет мы в разное время похищали девушек в надежде, что одна из них полюбит меня и мы будем спасены. Мы заботились о них, старались не пугать. Но всё было напрасно, никто из них не проживал здесь и недели. Тем более никто не был в состоянии полюбить монстра. Некоторые сходили с ума и кончали жизнь самоубийством, поэтому в твоей ежедневной еде не было ножей и вилок. Но когда я узнал, что у тебя всё это время был кинжал, я чуть с ума не сошёл от страха. И чуть было не потерял контроль. — Валкар выдержал паузу и продолжил. — Затем мы бросили эту идею с похищениями, слишком тяжело нам это давалось. Одну из девушек случайно убил Эненайз и до сих пор не может себе этого простить.

— Бедный…

— Ему стыдно, он на самом деле очень чуткий, не смотря на то, что выглядит, как дикарь, — хмыкнул Валкар. — И вот однажды мы напали на судно, которое случайно оказалось у нас на пути, мы разозлились, что оно нарушило наш покой, потеряли контроль и отправились ограбить и затопить его, а экипаж убить. На этом судне мы встретили тебя, Лана. Тогда ты меня вывела из себя, потому что нас никто не понимал и все нас ненавидели и боялись. Ты была смелой, к тому же единственной девушкой на судне. Вот мы и забрали тебя, точнее ты сама согласилась пожертвовать собой ради других, это решение удивило всех нас и возродило уже потухшую надежду. Именно в тот момент я понял, что ты особенная, не такая, как все, кого мы забирали ранее.

— Ужасно, не представляю, как вам было тяжело все эти годы, — покачала головой Лана, стараясь не плакать, чтобы не расстраивать любимого.

— Ты нас не осуждаешь? — напряжённо спросил Валкар.

— Никто не имеет права вас осуждать, никто не был на вашем месте и не знает, какого это, — твёрдо ответила девушка. — Конечно, этих бедняжек жаль, но я не знаю, как бы я сама поступала, окажись в вашем положении. Когда у тебя есть только вечная жизнь полная боли и отчаяния. Вы пытались снять проклятье.

— У тебя слишком доброе сердце, любовь моя, — Валкар выдохнул с заметным облегчением. Затем добавил, посмотрев ей прямо в лицо. — Мне до сих пор сложно поверить, что ты могла полюбить такого монстра как я.

— Не веришь? — подняла бровь девушка. — Проклятье бы не ушло, если бы я не была искренней.

— Верю, — улыбнулся.

— Вы не монстры.

— Мы всегда будем помнить о том, что сотворили, это будет та часть проклятья, которую вряд ли что-то сможет снять. Оно останется с нами навсегда, — проговорил Валкар.

— Вы не контролировали себя, — возмутилась Лана.

— Мы должны были, — не согласился капитан, заправляя подсохшие волосы девушки обратно в её растрёпанный хвост. — Мы ведь элиниры, и нас этому обучают с детства.

— Я надеюсь, что пройдёт время и когда-нибудь ваши сердца залечатся, не хочу, чтобы ты мучился этим.

— Моё сердце залечиваешь ты, — проурчал Валкар. Лана подумала, что сейчас ему больше подошло бы обернуться большим котом, а не волком. — Прямо сейчас залечиваешь.

— Вот так? — девушка потянулась к его губам, Валкар подхватил её и поцеловал.

— Кхм… я бы не хотел отвлекать, но… — раздался голос Джандера. Лана смущённо отстранилась от любимого.

— Что такое? — спросил Валкар, впиваясь взглядом в друга.

— Родственнички нашей Ланы всё же потеряли терпение и решили брать нас штурмом. Голосят, чтобы мы немедленно отпустили её, — пепельный элинир закатил глаза. Лана хмыкнула, настолько его повадки были похожи на поведение в предыдущей ипостаси.

Валкар нахмурился, а девушка вздохнула:

— Мне должно быть стыдно, они так долго меня искали… А у меня всё напрочь вылетело из головы, когда спало проклятие.

— Ты хотела сказать, когда увидела меня? — игриво поднял бровь Валкар, а Лана смущённо засмеялась и переплела их пальцы.

— Всё это очень мило, но что будем делать? — прогундел Джандер.

— Может, мне поговорить с ними? — предложила девушка.

— Думаешь, послушают? Да ещё и после твоего эпичного побега от них, — посмотрел на неё Валкар.

— Я обидела их… — Лана вздохнула и повесила голову, взгляд упёрся в их руки. — Они считают, что вы со мной что-то сделали, затуманили разум или подчинили, не знаю.

— Джандер, нам нужно ещё время, я не всё рассказал, — Валкар поднял напряжённый взгляд на друга.

— Попробуем потянуть, — тот выдержал паузу и кивнул. Затем скептически оглядел каюту: — Ты ведь понимаешь, что это уже не заживёт? Будешь сам убирать.

Затем вышел, закрыв дверь.

— Я думала, это он под проклятьем такой, а оказывается… — усмехнулась Лана.

— Он родился таким, — фыркнул капитан.

— Что ещё ты мне не рассказал? — спросила девушка, заметив, что Валкар отвёл взгляд.

— Тебе всё равно придётся уплыть с братом.

— Что? Почему?

— Проклятье ещё осталось, мы не можем покидать корабль и сходить на берег, — вздохнул Валкар, задумчиво перебирая её пальцы.

Лана застыла. Сердце начало медленно покрываться коркой страха.

— И что теперь делать? Как до конца снять проклятье?

— Нам нужен наш камень — Беллимонд, который ты видела в книге, — Валкар кивнул на чёрную книжку, лежащую рядом на диване.

— И где его искать?

— Не знаю, — он покачал головой и откинулся на спинку дивана. — Теперь я понимаю, насколько коварно это проклятье.

Лана закрыла глаза и положила голову на ту же спинку. Внутри всё заболело от безысходности.

«Ну как же так? Что делать? Творец, помоги нам, сколько им можно мучиться?» — мысленно взывала девушка, затем перед глазами начали всплывать картинки из чёрной книги, момент общения с камнем. Сознание осветила вспышка.

— Валкар! — Лана так резко подскочила, что элинир удивленно дёрнулся.

— Что?

— Когда камень проник в мою голову, то он пытался говорить со мной, было неприятно и трудно его понимать.

— Это потому что твоё сознание к такому не привыкло, — Валкар внимательно следил за её метанием на диване.

— Так вот, камень говорил про последних, теперь я понимаю, что это про вас, — Лана схватила любимого за плечо и сжала. — Вы последние элиниры.

— Это вряд ли, — он мотнул головой. — Мы ещё долго находились возле берегов Эльсинора, наблюдая за тем, как, уничтожив цитадель с основными силами, ведьмы добивают выживших, а те, кто смог сбежать, сбегали. Поэтому элиниры просто рассеялись по миру, но даже сейчас всё равно должны рождаться их потомки.

— Мм… ну ладно, может вы последние с точки зрения тех, кто жил в Эльсиноре, вырос там, — протянула Лана. — Но камень сказал ещё нечто странное, он упомянул «дом старого». Уверена, что это было важно, иначе он не стал бы напрягать моё сознание лишними словами. Что думаешь?

— Дом старого, — Валкар задумчиво запрокинул голову и замер. — Что это может быть? Дом старого в смысле принадлежит какому-то старику? Или сам дом содержит старое?

Лана тоже замерла, перебирая варианты.

— Ты сказал, что камень называется Беллимонд.

— Да.

— Белл-и-мо-онд, — Лана словно пробовала каждую букву на вкус. — Почему мне кажется… ну конечно!

— Что? — Валкар повернул к ней лицо.

— Просто поразительно! Как всё теперь идеально складывается, — Лана широко улыбалась, глядя на любимого. — Нас с тобой словно сама судьба свела, Валкар Рек’Кенсар.

Он поднял брови, но зелёные глаза не выглядели удивлёнными.

— Я вспомнила, что уже слышала нечто похожее. Белайман, — Лана назидательно подняла палец. — Я никогда не любила историю, но любила загадки и походы за ворота школы вместо занятий.

— Продолжай, солнце.

— Я знаю, где искать камень! — радостно воскликнула Лана и расплылась в довольной улыбке.

— Где? — глаза Валкара округлились.

— Он находится в Государственном Музее Уест-Уортленда, нас водили туда учителя Кенфордской школы. Однажды, нам устроили урок в зале потерянных цивилизаций и что-то рассказывали про древний артефакт Белайман, и сейчас я смутно припоминаю, что это был камень, — продолжала улыбаться Лана. — Боже, ты такой милый, когда удивляешься, Валкар.

— Значит всё остальное время я не милый? — с притворным возмущением спросил Валкар, в его глазах поблёскивали задорные искорки. Он наклонился к Лане и сжал её в объятиях. — Что бы я без тебя делал, мой маленький гений.

— Прозябал бы на корабле, вот что.