Ева Шафран – Начало пути (страница 54)

— Да, всё верно, моя умница, — вздохнул Валкар и начал задумчиво наглаживать её ладонь. — Мы с парнями уже четыре сотни лет плаваем по морям. Из-за проклятья мы стали безсмертными. Застыли, словно в янтаре, между двух ипостасей — человеческой и волчьей.

— И это было больно.

— Да, — он глянул на неё. — Очень, но мы старались привыкнуть к нашей новой жизни. Неполный оборот причинял физические страдания, но хуже всего было осознание того, что мы потихоньку начинали сходить с ума.

— Вот откуда потери контроля, — прошептала Лана и придвинулась к нему ещё ближе.

— Последнюю сотню лет мы держались из последних сил, срывались, пытались убивать друг друга, топить корабль, — мрачно продолжал Валкар, внимательно наблюдая за реакцией девушки. — Но проклятье всегда всё восстанавливало, как ты уже сама убедилась.

— Откуда оно вообще взялось?

— Четыреста лет назад мы с ребятами жили спокойной жизнью в Эльсиноре, тренировались, помогали старшим в делах государства. Одной из основных проблем того времени были ведьмы и колдуны.

— Сейчас их вроде бы всех истребили, — нахмурилась Лана. — Про них я читала. Магия, которую они используют, прерогатива служителей демонов, которые пытаются прорваться в наш мир. Как-то так.

— Верно, — Валкар улыбнулся. — В моё время элиниры занимались ловлей ведьм и колдунов. Потому что прибегнув к магии однажды, человек попадал в цепкие лапы демонов, которые захватывали власть над душой. Я сам был в таких походах неоднократно, мы уничтожали целые кланы, которые истязали города и деревни, похищали детей, чтобы с детства воспитывать тех в лучших традициях служения демонам. Думаю, легко представить, насколько сильно они ненавидели Эльсинор, его процветание и силу.

— Даже мурашки по коже.

— Один из самых сильных кланов — клан Горис — сумел подобраться к нам слишком близко, — Валкар тяжело вздохнул и замолчал. — Одна из ведьм наложила на нас проклятье, оно получилось очень сильным, потому что был сотворено на жертве её сестры.

— Звучит ужасно… — протянула девушка, крепче стискивая ладонь Валкара. Внутри поднялось ощущение того, что он подошёл к очень болезненной для себя теме.

— Мои родители, — продолжал Валкар, посмотрев в глаза любимой, — погибли в то утро, когда клан Горис напал на Эльсинор. Мой отец был командором, возглавлял Совет Девяти, который управлял государством. Я до сих пор не знаю, что тогда произошло, и это очень долго меня мучило. Скорее всего, я никогда не узнаю полной правды.

— Валкар, — Лана придвинулась к нему вплотную и обняла за талию. — Мне жаль, что тебе пришлось через всё это пройти. Но теперь у тебя есть я.

— Я так рад, что встретил тебя, — прошептал он, зарываясь лицом в её волосы. — Если бы не ты, мы бы все окончательно сошли с ума и продолжали бы уничтожать невинных людей и топить корабли до скончания веков.

— Как погибли твои родители? — спросила Лана, но тут же осеклась. — Впрочем, можешь не рассказывать.

— Нет, это важно, — Валкар отстранился, чтобы снова заглянуть ей в глаза. — У моего отца Виктора был родной брат — Верцелиус. Как мне казалось, они хорошо ладили и поддерживали друг друга. Но потом Верцелиус предал нас всех.

— Что случилось? — аккуратно спросила, увидев, что любимый погрузился в воспоминания.

— В то утро я зашёл к отцу по делам. Он был напряжённый и уставший, как будто всю ночь работал, — зелёные глаза уставились в плечо Ланы, голос капитана звучал глухо. — Сказал мне, чтобы я срочно брал команду и отправлялся в Энчар Доин на помощь в защите нескольких деревень от ведьм. Они даже до туда добрались. В мои задачи должно было входить обучение местных воинов методом борьбы с ними и собственно помощь, потому что сила элиниров — это чуть ли не единственное, что может их полностью уничтожить. Всё-таки на нашей стороне была сила Творца.

— Это был последний день, после которого вы уже не вернулись в Эльсинор? — тихо спросила Лана.

— Да, впрочем до Энчар Доина мы тоже не добрались, уже было не до этого, — хмыкнул Валкар. — Как только мы отплыли, побережье ещё хорошо просматривалось, и мы увидели сокрушительный взрыв, затем ещё и ещё, словно кто-то заложил по всей цитадели бомбы.

— Бомбы?

— Да, тоже изобретение Эльсинора, которое использовалось в битвах против поселений ведьм. На наших глазах всё полыхало огнём, мы тут же развернулись к берегу. Неслись на всех парусах, наблюдая с борта этого самого корабля, — Валкар хлопнул рукой по дивану, — как уничтожается наш родной город. И ничего не могли сделать.

— Вы были слишком далеко, это не ваша вина, что вы не смогли помочь, — уверенно покачала головой девушка.

— Я знаю, но всё же… — Валкар поджал губы. — Когда причалили, то сразу же бросились к разрушенной цитадели, но на побережье нам преградили дорогу несколько ведьм и… мой дядя.

— Который предал вас? Если был с ведьмами… или они его поработили?

— Мой дядя сам кого хочешь поработит, — мрачно усмехнулся Валкар. — Я тогда метался, словно дикий зверь, не знал, куда бросаться, то ли на помощь родителями в недра цитадели, то ли на полигоны, где были казармы с младшими элинирами.

Лана подняла руку и сжала его плечо, ей хотелось передать ему свою силу и любовь, чтобы поддержать. Валкар перехватил её руку и поцеловал пальцы.

— Нас окружили, их было больше, — продолжил он. — Магия страшна, я видел, как в их руках уже начинает раскручиваться тьма, мы приготовились к сложной битве. Но тут мой дядя что-то сказал одной из ведьм. Та рассмеялась, я до сих пор помню её мерзкий хохот. Затем она выступила вперёд и что-то швырнула мне под ноги. Это был мешок, в котором лежала голова моего отца.

— Боже мой… Валкар, — Лана стиснула его руки ещё сильнее. Грудь окатило льдом. Он поднял на неё глаза, в которых смешивались ярость и печаль.

— Он убил своего родного брата, — прошептал. — И не сказал мне ни слова.

Лана обняла любимого, а когда он захотел высвободиться, то не отпустила, прижав к себе ещё крепче. Валкар вздохнул.

— В тот момент я думал, что не удержу контроль над силой, хотел броситься на них на всех. Но ведьмы вскинули руки и начали петь какие-то жуткие заклинания. И меня словно придавило к земле. Парни тоже были там, они всё видели и пережили вместе со мной. Иногда я чувствую перед ними вину, что если бы тогда не взял их с собой на корабль, то им бы не пришлось мучиться здесь четыре сотни лет.

— Мне сначала была не понятная твоя ярость и в то же время забота об Эненайзе, но теперь я вижу.

— Да, он самый младший и ему пришлось труднее всех, — вздохнул Валкар.

— Ведьмы прокляли вас?

— Да, очень сильно, — кивнул он. — Но надо отдать им должное, даже они не могут нарушить правил проклятья. Нам сообщили, что мы теперь будем вечно скитаться по морям, вода станет ядом, а свет лун подарит облегчение. Я тогда ничего не понял, у меня перед глазами была красная пелена ярости. Но тело уже не слушалось, начав меняться. Затем ведьма сказала, что не может не добавить ещё парочку ингредиентов, — хмыкнул Валкар. — Сказала, что если меня полюбит юная дева, а камень вернётся, то проклятье будет разрушено. Судя по тому, как все они дико ржали, это казалось им невозможным. Затем нас всех начало крутить и вертеть, как обычно при обороте, но боль была такая… очнулись мы уже на корабле в километре от берега. Эльсинор продолжал полыхать, а боль стала нашей постоянной спутницей.

Лана слушала и тихо поливала слезами его плечо, стараясь, чтобы Валкар не заметил. Но он заметил.

— Лана, ну ты чего? — взял её лицо в руки. — Я расстроил тебя этой жуткой историей, да?

— Тебе пришлось пережить такой кошмар, — всхлипнула девушка. — Но ты всё равно не сдавался.

— Мы же элиниры, — бодро улыбнулся он, явно пытаясь поднять ей настроение. — Мы отличаемся от людей.

— И как вы потом…?

— Было тяжело, — продолжал Валкар. — Волчья ярость трудно поддавалась контролю, тем более учитывая, что мы потеряли близких, страну, свободу и свои жизни. Мы много ругались и дрались по началу. Потом пытались найти решение, опытным путём определили, что выбраться с корабля можно только после заката, и то с сильнейшей болью. При луне становилось легче, как ведьма и обещала.

— Поэтому вода причиняет такую боль.

— Да, вода — это было ужасно, — горько усмехнулся Валкар. — Особенно дожди. О чём ведьма не сказала нам, так это о том, что мы могли полностью перемещаться в Мир Теней.

— Что за мир? — Лана удивлённо отпрянула от него и посмотрела в глаза.

— Мир Теней — это один из пограничных миров, он как бы точная копия нашего, только безжизненный. Теперь понимаешь, почему я так безумно за тебя испугался, когда ты нырнула за борт в надежде встретить другой корабль?

— Д-да, — девушка кивнула, ощущая, как множество разрозненных деталей начинает складываться в цельную картину. — Прости меня…

— Это я должен за всё просить прощение, — Валкар не сводил с неё глаз. — И самое неприятное, что я должен тебе рассказать, Лана.

— Что?

— Другие девушки, которых мы похищали, — помедлив, ответил капитан.

— Их было много? — тихо отозвалась.

— Не помню точно, около десяти, в разные годы, — вздохнул Валкар, продолжая внимательно наблюдать за её лицом. — Мы хотели разрушить проклятье. У нас ничего не получалось, мы сходили с ума от безысходности и отчаяния. Похищали. Некоторые умирали от страха в первые же дни.