Ева Перепалкина – Цепные: Багровые тени (страница 9)
Я вышла из авто и хмуро огляделась.
– Езжай, помой машину, – передала ключи подоспевшему телохранителю. – И водителя забирай. Я тут минимум на час.
Получив кивок в ответ, направилась внутрь.
Первый этаж оказался пуст и я спустилась в тренировочный зал на цокольном этаже.
Простор, зеркала, прорезиненный пол, ринг и прочее снаряжение. Зал занимал всю площадь нулевого этажа, оставив лишь две двери для раздевалок. По периметру сверху тянулся проход с прозрачными перилами для наблюдателей.
Что‑то блеснуло в отражении справа.
Я едва успела уклониться: нож с чёрной ручкой пролетел в сантиметрах от лица. Второй свистнул у самого уха. Третий я поймала, проследив траекторию по зеркалам. Но, покрутив его в руке, обнаружила подвох: мягкое лезвие утопало в тяжёлой металлической ручке.
– Наглядный пример многолетней подготовки, – разнёсся по залу гулкий голос Мясника.
Он вышел ко мне в сопровождении нескольких рядовых. Ещё пара бойцов незаметно материализовалась из укромных углов словно тени, сливающиеся с обстановкой.
– Весело у вас тут, – шагнула я навстречу.
Мясник пожал мою руку, на мгновение накрыв её второй ладонью – жест, в котором читались и уважение, и давняя дружба.
– Рад, что ты не потеряла сноровку.
– С чего бы мне её терять?
– Вы с Царевичем давненько в кабинете жопы просиживаете. Где там приёмы тренировать?
– Талант не пропьёшь, – небрежно пожала плечами.
– Начали с метания ножей! – громогласно скомандовал Мясник, оборачиваясь к рядовым.
Пока парни покорно расходились по позициям, мы со старым другом неспешно поднялись на смотровой коридор.
– Наш босс очень просил с тобой поговорить, – нарушил молчание Мясник.
– Прошу, не начинай, – недовольно свела брови.
– Ты правда не хочешь жить? – в его голосе прозвучало нечто большее, чем просто вопрос.
Будто он понимал
– Срок договора о наследстве истёк, так что да, – без обиняков призналась я. – Не вижу смысла в дальнейшем существовании.
Мы достигли перил. Почти синхронно опёрлись на них, устремив взгляды вниз, в зал.
– Я понимаю тебя, – вдруг произнёс Мясник. – Одно время и я потерял смысл жизни.
Я повернулась к нему, вся обратившись в слух.
– Только я не учёл, что смерть избегает тех, кто её ищет.
– По‑твоему, нужно захотеть жить, чтобы умереть?
– Нет, Эска. Сначала надо найти смысл жизни, чтобы захотеть жить.
– Слишком глубоко, – поморщилась я. – Мне не понять.
– То, чем я теперь занимаюсь, мотивирует меня сохранять здоровье ради них, – он кивнул в сторону зала. – Я помню командиров, тренеров, что научили меня отвечать на самые страшные удары. И вот, я обучаю молодёжь быть неуязвимыми для любого врага. Это стало моим смыслом. Теперь всё так, как должно быть.
Я молчала. Признаться, его слова зацепили меня глубже, чем хотелось бы.
В моей жизни никогда не было смысла, кроме бесконечных заданий. Погоня за деньгами привела к цели , но опустошила будущее…
– Нарыкин! – внезапно рявкнул Мясник в зал. – Стойку держи!
Ученик едва заметно поправил положение, но тренера это не удовлетворило.
– Стойка! Стойка! – продолжал он, но парень будто не слышал. – Как с богом поговорил… – выдохнул Мясник. —Сейчас вернусь.
Я наблюдала, как он стремительно спустился вниз. Терпеливо показал правильную стойку для метания, скрупулёзно корректируя каждое движение. Убедившись, что рядовой усвоил урок, похвалил его, и даже похлопал по плечу с тёплой улыбкой.
На моём лице сама собой появилась улыбка от этой идиллической картины.
Вопреки ожиданиям увидеть жестокого, требовательного наставника, я увидела того, кого всю жизнь вспоминают с тёплой благодарностью.
Мясник вернулся ко мне, вновь принимая прежнюю позу у перил. В его глазах читалась спокойная уверенность словно он нашёл то, что искал.
– А ты размяк, – заметила я, невольно улыбнувшись.
– Может, так и есть, но мне нравится, – с тёплой усмешкой ответил Мясник.
– Вот смотрю и думаю присоединиться.Атмосфера располагает.
– Идея‑то хорошая! – оживился он. – Встанешь в спарринг с моим лучшим бойцом. Покажешь, что такое скорость.
– Нет, извини, мне достаточно груши и нормативов, – покачала я головой.
–Это из-за приступов? Почему тогда ты их не лечишь? Они же тебе мешают, – в его голосе прозвучала не назойливая забота, а искреннее беспокойство.
Я поджала губы, отвела взгляд. Эта болезнь ощущалась как слабость. А когда её озвучиваешь , мгновенно выглядишь жалко…
– Пошли потреним, – перевела тему, направляясь к лестнице. – Хорош трепаться.
– В раздевалке шорты остались паренька мелкого, – окликнул Мясник сверху. – Можешь взять, он всего пару раз их надел.
– Окей.
В маленькой комнатке ,с длинными шкафчиками в ряд ,на скамье лежали красные боксёрские шорты. Повезло, что под чёрной блузкой спортивный топ: не горела желанием надевать неудобные кружева от стилиста.
С трудом завязала короткие волосы в хвост , сзади остались непокорные прядки. Я вышла в новом одеянии и босиком, расправила плечи. Тело тут же ощутило приятную свободу. Встала возле боксёрской груши, надевая перчатки без пальцев.
– Норматив здесь оставлю, – Мясник положил на скамейку неподалёку лист в твёрдой обложке. – Пресс можешь не делать, чтоб голову не тревожить.
Я пробежалась взглядом по списку упражнений. Для многих они показались бы конскими, но в моём начале было то же самое. Обратила внимание на количество «100» напротив столбца «жим пресса».
– Это немного, – хмыкнула я.
Приступила к боксированию, постепенно вымещая злость, накопившуюся от пережитых чувств. Прямой, прямой, боковой… Всё больше вкладывала веса в удар, постепенно увеличивая скорость. Кулаки стучали по груше ритмично, настойчиво, будто выбивали из меня остатки сомнений.
Мясник снова принялся ругать и наставлять рядовых, оставив меня в покое. Я сосредоточилась на ударах, на дыхании, на пульсирующей боли в кистях. Время словно замедлилось: только я, груша и мерный стук ударов.
Доведя мышцы до приятной усталости, упёрлась перчатками в бока, унимая отдышку. Грудь тяжело вздымалась, но внутри разливалось знакомое чувство – очищение. Как будто с каждым ударом стирала часть груза, который долго тащила за собой.
Я огляделась. В зале кипела жизнь: бойцы отрабатывали приёмы, Мясник перемещался между ними, то и дело вставляя резкие замечания или одобрительные кивки. В этом хаосе была своя гармония – чёткая, выверенная, почти ритуальная.
Я сняла перчатки, провела ладонью по влажному от пота лбу. В голове стало легче , будто тренировка вымыла лишние мысли, оставив лишь ясную, холодную решимость.
Глава 5
Глава 5
На улице меня ждала намытая «Audi», блистая в лучах морозного, мартовского солнца. Сопровождающий распахнул водительскую дверь спорткара и молча протянул ключи.
В салоне едва уловимо пахло освежителем Мага , но сквозь него пробивался сладковатый ягодный аромат. Я напряглась: вдруг забыла в бардачке подарок Цепеша? Заглянула и тут же выдохнула с облегчением. Пистолет с объёмной цифрой пять лежал на прежнем месте, нетронутый. Рядом запасные бутылочки ароматизаторов и атласная лента верхов города "Багровый". Я тут же заменила выдохшийся освежитель, с удовольствием втянула свежий запах и завела мотор.
Дорога обратно казалась непривычно спокойной. Я даже включила музыку фоном, наслаждаясь солнцем, пробивающимся сквозь лобовое стекло.
У входа в офис благотворительного фонда меня отвлёк звонок. Сопровождение неспешно плелось позади.