Ева Орлан – Война Севера и Юга (страница 17)

Единственное, о чем Этанору стоило подумать, так это за несчастную хозяйку. Скорее всего, с вероятностью в 99,9% её возьмут под стражу за укрывательство под своей крышей еретиков. И то, сразу после того, как прочешут город, чтобы найти беглецов. К тому времени Уил и Маргит должны будут вернуться в замок Локта. А хозяйку отпустят сразу после допроса, на котором ей всего-то нужно признаться, что она сдала неизвестным комнаты, на этом её роль в этом вопросе окончена.

Эранору нравилось, что Грейс вела себя спокойно, даже собранно, быстро понимала, чего от нее хотят, а главное, выполняла это быстро и четко. Однако стоит свести к минимум ситуации в которых от Грейс требовалось все это. Побеги сначала от разъяренных карточных неудачников, а после от городской стражи не должны войти в список хобби юной принцессы. А вот Эрн от всей этой суеты чувствовал себя более, чем живым, ведь скучная жизнь за стенами замка явно не его. Принц, наверное, повесился от скуки, жил бы он так, как жила до этого вторая дочь Элеманха.

Эранор дразнил уже вскинувших луки стражников. Говорил что-то о церкви и ордене, чем ужасно злил командира. Принцесса уже мысленно была готова к залпу стрел, но ничего не случилось. Глянув через плечо, Грейс застала черное движущееся копошение, охватившее людей внизу. Это магия принца, не иначе. Как завороженная смотрела Грейс на это чудо наяву, пока властный голос принца не вывел её из ступора. В один миг поднявшись на самый пик, она встала на ноги и, стащив свой «шарф» с шеи, швырнула в сугроб.

Издав непродолжительное «Вааа!» Вирал плюхнулся пузом и ушел полностью под снег, откуда тут же, раскидывая могучие крылья, искря фиолетовым пламенем, взметая хвостом снег, и осколки черепицы, поднялась виверна, тряся головой. Зрелище воистину впечатляющее и величественное.

Фирнен бы засмеялся с того, как виверна полетел в сугроб, будь у него на это время, ведь пепел тоже не вечный и он беспокоился, что магия начала оседать.

Издалека обитатели рыбацкой крепости видели удивительное, смертоносное создание и в ужасе захлопывали ставни своих домов. Эрн прикрылся рукой сам и защитил Грейс от снега и осколков крыши, когда Вирал расправил крылья. Послышался испуганный крик, а вот принц смотрел на зверя Грейс с немым восхищением. Сколько же силы в этом монстре!

– Всссе на борт! – Вирал опустил крыло, как-то по-куриному присел, вытягивая шею. Принцесса уже довольно уверенно забралась на него.

– Эрн! – она протянула руку, – садись сзади и держись крепче!

Дважды просить принца не пришлось, Эранор вбежал по крылу виверны, беря Грейс за руку, и упал за ее спиной, обхватывая шею ногами так, будто сидел в седле, но стремян не было, поэтому он ощутил легкий дискомфорт.

Как только принц уселся, Вирал пришел в движение. Он развернулся, помогая себе когтистыми крыльями, что заменяли передние лапы, весь сжался, припадая к крыше, будто пружина, напрягся. Под ним скрипела черепица, сыпалась осколками вниз. Очевидно, хозяйке придется вложиться в ремонт, но зато она может обозначить и себя как потерпевшую от некоего Черного ордена. Еще миг и могучее создание взмыло вверх, под самые облака, оттолкнувшись так мощно, что стена снежной метели взвилась над крышами соседних строений.

Стоило крылатой ящерице взмахнуть крыльями, поднимая хаос внизу, как о неудобствах мужчина забыл. Он обхватил руками талию принцессы, и сейчас она была ему своего рода опорой, ведь для него это первый полет.

– Ииийййххх! – взвыла Грейс, закрывая глаза, крепче сжимая коленями шею Вирала. Её косы трепал ветер, они хлестали Эранора по плечу. Кажется, летать ей нравилось куда больше, чем скакать верхом. В одно мгновение рыбацкая крепость отдалилась, стала махонькой, игрушечной, океан же кажется таким близким, а слева темная кромка леса, до которой не один день в пути.

– Летим в Мимур? – зачем-то спросила принцесса Эранора, перекрикивая ветер. Словно её пьянила эта свобода и тянула куда-то еще.

– Хотя…у нас много дел! Вирал, потише! Ветер в лицо бьет и из легких воздух выбивает!

Божественный зверь замедлился, опустился ниже. Людишкам-стражникам их уже все равно не достать.

– Ух, вот это погоня! – смеется Грейс, – а что за Черный орден? Впервые слышу…

Глава X

– Охренеть, – коротко выразил Эранор весь спектр тех эмоций, которые бушевали внутри. Сердце будто упало в желудок, он так же зажмурил глаза от ветра, когда Вирал отрывался от земли, поднимая их с принцессой в небо. Эрн молчал, пока Вирал не сбавил обороты, летя теперь плавно и позволяя собраться с мыслями.

Мужчина немного привстал, будто высоты было недостаточно, чтобы осмотреть все внизу. Он видел бескрайней ледяной океан и туман, который скрывал плавучий остров. Он видел, как крепость превратилась в маленькую точку, и как несколько таких точек были разбросаны на белом полотне, деревни и поселения. Он видел, вершины горного хребта, вдоль которого расположена граница Севера с Западом. Он был в тех горах, и они казались такими крошечными сейчас.

– В Мимур, – Эранор говорит тихо, но Грейс вполне могла его услышать. Сердце вернулось на место, но билось как бешенное, звеня в ушах, настолько, что Эранор пропускает вопрос про Черный Орден. Да плевать на какой-то там Черный Орден, когда под ними такое завораживающее зрелище. Вот о нем-то принц высказался с восторгом.

– Я никогда не думал, что Фирнен такой большой. Только взгляни на это, я родился в этом месте, я исследовал горы и леса с малых лет, я знаю все берега своей страны, но никогда, еще никогда я не видел его таким. Грейс, как два человека могут управлять чем-то столь огромным и делать это хорошо?

Грейс чувствовала восторг принца, он вызывал у нее улыбку. Даже более того, она ощущала, что Вирал улыбается тоже. Ему приятно радовать двоих людишек, восседающих на его шее. Нравится делиться частью того мира, в котором он привык жить. Впрочем, сама виверна давно не летала над заснеженными землями Севера так свободно и открыто. А все-таки, ему нравился Фирнен, блестящий, суровый, завораживающий.

– Осторожно! – предупредила Грейс, чувствуя, что принц привстает. Даже инстинктивно завела руку за спину, хватая Эранора за штанину, но едва ли он мог это ощутить или заметить.

– «Оставь его! Если свалится – я поймаю», – успокаивает принцессу голос в сознании и пальцы, стискивающие ткань, медленно разжимаются. В самом деле, опасно было на земле, но воздух – стихия Вирала. Здесь он господин.

Эранор был очарован полетом, что даже не заметил жеста Грейс и ее проявления тревоги. Он не думал о падении. Точнее, совершенно за это не переживал. Грейс уже видела, как он создавал крылья, лететь он на них не сможет, а вот парить вполне, и в промерзлом воздухе ему сделать это легче, чем тогда, когда прыгал с окна замка Грейс. Может даже отделается синяками, а не переломами. Так что, даже Вирал ему здесь не нужен, Эрн был живучим.

– Грейс, как два человека могут управлять чем-то столь огромным и делать это хорошо?

– Ооо..Эрн, – Грейс никогда не слышала от принца слов сомнения, ни разу. Он всегда был решителен и легок на подъем. Война сделала его приспособляемым, однако, он человек. Человек, которого могут обуревать чувства тревоги и страха.

В 70% случаях, Эранор пребывает в сомнениях на счет того, что делать, когда Фирнен упадет на его плечи вместе с короной и черной церемониальной мантией короля. Сейчас он принц, и как говорят люди, вполне успешный, он часто слышит, что станет хорошим королем, но ведь не узнаешь, пока не проверишь. Он уже правит, частично, отец справляется скверно. Но это совсем другое. Сейчас он не отвечает за последствия своего правления, люди будут думать, что косячит Хрон. Он знает, как делать правильно, он будет хорошим королем, тут сомнений быть не может, однако принц постоянно думает над тем, как сделать еще лучше.

– Бояться – это нормально, – Грейс знала это даже очень хорошо, – Север— твоя Родина. В том-то и дело. Ты отлично свои земли знаешь и знаешь живущих здесь людей. Уверена, ты и один бы справился отлично, как справлялись все, кто был до тебя. Но, ни один король на престоле не был одинок. Мы же будем вместе. Помнишь, – она положила руку поверх руки принца, – я тебя ни за что не оставлю с этой ношей один на один. А нас не оставят те, кто в тебя верит! Рядом Уильям, Магрит, Ёрдис и все-все, кого мы знаем, кого ты знаешь. А ты, – она мягко сжала предплечье Эранора, – будешь отличным королем.

Слова Грейс не отвечали на вопрос, но, по крайней мере, давали почву под ногами даже здесь, на такой высоте над землей. Он склонился, чтобы прижаться губами к ушку принцессы, голос его рокотал, дыхание опаляло нежную кожу и раковину, и не трудно догадаться, что принц усмехается.

Утешили ли её слова принца или нет, Грейс не знала – не могла видеть его лицо, но говорила она искренне. Заснеженная пустошь растилась пушистым, блестящим на солнце ковром. Уже распогодилось и просторы Фирнена явились во всем своем великолепии. Вскоре он сменился лесом, густым, темным. Верхушки елей, точно черные копья попирали небо, и, казалось, достигнут виверны и всадников, но это лишь иллюзия.

– У тебя нет выбора, моя королева. Теперь ты принадлежишь только мне, и никуда не денешься, – Эрн ощутимо сжал талию принцессы пальцами, и тут же ослабил хватку. Сложилось так, что у Фирнена больше шансов умереть, как королевству, чем у Грейс сбежать от Эранора. Не отпустит. Найдет. Вернет. Привяжет к себе. Не важно. Сделает что угодно, лишь бы его женщина была всегда рядом. Он и не знал, что может быть таким жадным.