Ева Орлан – Узы Севера и Юга (страница 2)

– Мы спасли многих горожан. Тех, которые поверили нам и покинули город до того, как началась бойня. Мы вывели большинство слуг дворца, – Вставил Уильям, держа в руках чашку с горячим чаем, – так же мы знали, что портал нужно было уничтожить. Но, когда обсуждали это, решили все же оставить. Эранор передумал в последнюю минуту.

– Вот, значит, как… – ответил Элеманх на слова Хауфо, – своими жизнями мы обязаны его величеству Эранору и его людям. Спасибо! И за то, что позаботились о моем народе и за то, что уцелела моя семья. В столь страшное время…

На этих словах гордая Терпсиона отвернула лицо и тихонько заплакала в плечо мужа. Тэса участливо взяла мать за руку.

Грейс закусила губу от бессилия. Сердце её металось. Так вот откуда это спокойствие, вот откуда эта его решительность! Эранор предугадал почти все, что случилось на балу и рисковал своей головой… вот же глупый! Однако теперь обстоятельства меняются. С одной стороны принц мог уйти и оставить Эритрею и королевскую семью на растерзание Ровены, сделать вид, что ни о чем не знал, и это освободило бы его от необходимости вступать в брак с нежеланной женщиной. Хоть в этом и нет чести, бросить осознанно кого-то на произвол судьбы. А с другой стороны… Грейс больше не принцесса Эритреи. В союзе нет нужды, как и в свадьбе.

«Вот только вернись в Мимур! Я тебе покажу!» – думала Грейс, с досадой.

– Достаточно. – Прервал всех Хрон, поправляя одеяло на коленях. – Сейчас глубокая ночь. Всем нужен отдых. Вы все устали. Утром решим, что делать дальше, а лучше подождем возвращения моего сына. Вас отведут в ваши покои, располагайтесь как дома, знайте, в Фирнене вы в полной безопасности. Каждому из вас будет предоставлен личный слуга, если что будет необходимо, можете обращаться к ним, или напрямую ко мне, если что-то важное. А теперь идите. Все, кроме Грейс.

Как только все удалились, оставляя Хрона и Грейс наедине, король сам поднялся со своего места, а было видно, с каким трудом ему давалось это действие, и перешел на место рядом с Грейс, и взял ее ладонь в свои уже сморщенные, но невероятно теплые отцовские руки, накрыв своей ладонью руки принцессы.

– Дитя, я так долго думал, что скажу тебе, когда увижу, и все слова вылетели из головы, – голос старика дрожал, как будто вот-вот и он разрыдается, – ты так красива. Так похожа на мою Селену. Я слышал, что натворил твой отец, мне безмерно стыдно за то, что мы так жестоко разрушаем ваши жизни. Прости меня и за этот брак, который тебе явно не по нраву. Я знаю, нам, глупым королям, не сыскать прощения ни у своих детей, ни у Богов. Извини, говорю много, не ругайся на меня, я путаюсь. Я хотел сказать тебе спасибо. Спасибо за те слезы, которые ты льешь за моего безрассудного сына. Я вижу, что ты хороший человек, и я безмерно рад, что такой человек появился у Эри. С ним всегда так, то в пекло, то в лед. Все к этому привыкли, но к этому нельзя привыкать. Надо его ругать. Большое тебе спасибо.

Грейс взволновалась, когда Хрон сел рядом и заговорил. Она ожидала, что король отчитает её за ту опасность, которая выпала на долю его сына, но почтенный отец был очень ласков к Грейс. Она смущенно опустила глаза, когда мягкие, словно пергамент руки поймали в теплый плен её маленькие ручки. Да, они совершенно не так должны были встретиться.

– Ваше Величество, я…я тоже думала, что приду к вам с цветами и фруктами, что преподнесу вам подарок и сделаю вас счастливым, а вовсе не… Простите. Это все из-за того, что Эранор хотел защитить мою семью. Он очень добр. Теперь я вижу, почему, глядя на вас. И благодарю за комплимент, – Эранор тоже называл Грейс красивой, но слышать и о том, что она похожа на покойную королеву, было очень приятно, даже если и старый король уже не помнил, как именно она выглядела и говорил о приблизительном сходстве, —Ваше Величество, я…по началу, была против свадьбы…

Ей вспомнился тот портрет в комнате Эранора, что зацепила глазом случайно, выходя последней, и те три кинжала.

– Но теперь я узнала вашего сына получше. Какой он человек и…не нужно его ругать. Я думаю, его нужно поддерживать, потому что королем он станет прекрасным. И он обязательно вернется. Я плакала не потому, что мне его жаль, и я не верю в то, что Эранор справится со всеми трудностями, а потому, что я слаба и испугалась. Должно быть, принцу нужна другая женщина подле. Которая будет такой же сильной, как он.

Невольно Грейс подумала о Бишон. Рядом с Эранором она бы выглядела так, как будто рождена быть королевой. Но ничего не сказала, лишь прогнав эти мысли прочь.

У Хрона все же скатилось пару слезинок из затуманенных глаз по впалым старческим щекам.

– А вот вы, прошу, не плачьте, – робко протянув руку, Грейс коснулась щеки старого короля, утирая слезинки, – иначе я тоже заплачу. Эранор вернется. Что бы ни случилось.

– Конечно, конечно. Он всегда возвращается. Ты позволишь мне проводить тебя до твоих покоев?

В этот миг с королем, которого встретила впервые, Грейс ощутила душевное родство, какого никогда не испытывала со своим отцом. Ей стало ясно, почему Эранор такой простой и открытый, почему он так нежен и добр. Потому что его отец любил его так сильно и гордился им.

– Знаете, Ваше Величество, я не откажусь от того, чтобы вы проводили меня. А еще, раз я пребываю здесь вашей гостьей, то буду иногда с удовольствием составлять вам компанию. Если вы не против, конечно.

– Грейс, моя милая, – не без труда и не без помощи принцессы Хрон поднялся на ноги, – не говори, будто есть кто-то, кто подошел бы Эранору больше. Я уже вижу совсем плохо, однако кое-что еще понимаю.

Взявшись под руки, король повел невесту своего сына по сонным коридорам Каменного гиганта. Они говорили обо всем на свете, тихонько смеялись, попутно осматривая новые для принцессы стены. Грейс немного оттаяла сердцем, отошла, разглядывая портреты и гобелены, заглядывая в черноту окошек. Ощущение было такое, словно Эранор рядом, появилась уверенность, что все непременно будет хорошо.

– Ну вот мы и на месте, – сказал Хрон, отпуская ручку Грейс, – спи сладко и безмятежно, дитя. И не забудь сказать перед сном: На новом месте приснись жених невесте. И ты увидишь Эранора в своем сне, я уверен.

В отведенных покоях принцесса Грейс впервые в жизни спала под теплым пуховым одеялом и в плотной ночной сорочке. Это было так уютно, как никогда ранее в душных покоях на Юге, когда принцесса предпочитала спать без одеяла, а порой и без сорочки вовсе.

– На новом месте приснись жених невесте!

Но сон, который она призвала по завету короля Хрона, был совершенно иного толка. Никаких женихов! Только кошмары пережитого мятежа, побег и горькое расставание с Эранором. Оно и понятно: нервы ведь не из железа. Уже привычной фразой принцесса прогнала кошмарные видения поутру. Проснувшись в отведенных гостям покоях, а не в своих, привычных, южанка ощутила себя странно. Будто на своем месте.

Принцессе понравилась утренняя свежесть Фирнена. Она бодрила, заряжала энергией. Не хочешь замерзнуть – двигайся! Ёрдис, явившаяся помочь Грейс переодеться, принесла плотное шерстяное платье, и набросила на плечи южанки плащ.

Первым делом Грейс осмотрела замок в компании Ёр, сама посетила кухню. Теперь она могла сравнить её с кухней в замке Аспера и изумилась, насколько северная больше. Выйдя на стену Каменного гиганта, принцесса увидела и ощутила масштаб Севера. Её заворожил снег, укрывающий крыши Мимура, дымящиеся трубы растопленных печей, изумрудная зелень спящих хвойных лесов, острые пики гор. Воздух звенел от свежести и был кристально чистым. Принцесса была счастлива, жаль только, что Эранора не было сейчас рядом… Но Грейс помнила, что суть связи божественного зверя и хозяина такова, что если лишится жизни один, второй не выживет тоже.

Из всей семьи Хокк, вынужденно гостящей на Севере, только Тэса была настроена оптимистично. Младшенькая принцесса утром вышла из своей комнаты и с удовольствием знакомилась с придворными ребятишками и племянниками Эранора, проводила время весело, в играх. Терпсиона прорыдала всю ночь, Элеманх утешал её, как мог, от того и не выспался. Эсфея и Руперт не показывались из своих покоев, сочтя их неким оборонительным пунктом. Так что и пищу для них слугам пришлось носить туда. Но все в замке понимали, что южанам нужно дать время, а потому относились к их поведению снисходительно.

Глава II

Дни потянулись, один за другим. Грейс все больше вливалась в здешнюю жизнь. Каменный гигант нравился ей, а южанка все больше нравилась всему замку. Стали ходить толки об исключительной красавице с Юга – экзотической принцессе с волосами золотыми, как солнце, смуглой кожей и янтарными глазами. Проходящие по галерее мужчины шеи сворачивали, и всякий желал пересечься с невестой Эранора хоть разочек, но Ёрдис бдела, как сторожевая собака. Она ни на миг не оставляла Грейс одну, и убийственно стреляя глазами в каждого, кто рисковал двигаться в их с принцессой сторону.

Сама же Грейс, не привыкшая к подобному вниманию, ничего не замечала, а когда служанка, ругаясь, сетовала на того или иного нахала, махнувшего принцессе рукой или подмигнувшего, только рассеянно пожимала плечами.

По вечерам Грейс стала приходить в покои старого короля Хрона и, присаживаясь к огню, вышивала для него шарф, напевая для развлечения южные народные мотивы. Так делала, должно быть, и Селена когда-то. И от звуков молодого, приятного голоса в покоях старика становилось и весело и умиротворенно.