Ева Ночь – Вверх тормашками в наоборот (страница 45)

— Ешь, изголодался… Я так понимаю, это ты сегодня шмыгнул за нами вслед…

Котяра наяривал колбасу, прижимая кусок к полу когтистой лапой.

— Бедные мы, несчастные, — глотала я слёзы, поглаживая кота между ушами.

Кот неожиданно метнулся к двери. Так быстро, что я не успела заметить, как он сделал это. Только что впивался зубами в еду, а через секунду исчез. Лишь моя рука осталась висеть в воздухе.

Почувствовав как загрохотало сердце в груди, я обернулась. В дверном проёме стоял Геллан, а кот тёрся огромной головой об его ноги. Но Геллан вниз не смотрел.

— Писклик, говоришь… — холодно сказал он.

Я судорожно глотнула непрожёванный ком хлеба с колбасой, шмыгнула носом, но вытереть мокрые глаза не посмела.

— Показалось, говоришь…

Кот продолжал увиваться вокруг него, как лиана.

— Н-нуу… — промямлила я. — Котик приблудился…

— Кошам не место в замке, — отрезал Геллан. — Завтра я позабочусь, чтобы его пристроили в Долине.

Кот тенью метнулся в сторону и исчез. Я моргнула.

— Может, он не настоящий?… Привидение?…

Геллан посмотрел мне в глаза и саркастически поджал губы.

— Ты гладила его. И по всей вероятности, таскала. И даже если это не так, — а это так, я уверен, — то он только что тёрся о мои ноги. Думаю, паршивец проскочил в замок, когда мы возвращались из Долины.

— И только поэтому ты готов его безжалостно вышвырнуть, — попыталась возмутиться я.

— Не только. Кошам в замке не место.

Он говорил это жестким противным голосом. Мне хотелось прибить его. Я приготовилась возражать, но Геллан развернулся и ушёл.

— Бездушная дубина, — буркнула я и со злостью откусила ещё один кусок колбасы.

Кот тут же материализовался из воздуха и замер рядом, не сводя глаз с колбасного огрызка в моей руке.

Меня осенило.

— Пошли со мной, — прошептала я и, помахав колбаской возле серого носа, рысью помчалась в свою комнату. Кот последовал за мной. Как два вора, мы проскочили по коридору и перевели дух, когда дверь за спиной закрылась.

— Молодец! Заслужил! — прошептала я и отдала коту всё, что осталось от колбасного кольца.

Кот продолжил трапезу, а я без сил упала в постель.

— Завтра мы что-нибудь придумаем… И вымыть тебя надо, — пробормотала я, почти мгновенно засыпая.

Глава 39. Белый кош. Дара

Естественно, я проспала всё на свете. О том, чтобы смыться втихаря, не могло быть и речи, тем более, что утром, кажется, заходила Мила, а я лишь поглубже зарылась в одеяло и умирающим голосом просила оставить меня в покое. Мила восвояси отправилась к Тяпке и Драконьему оку, а я досматривала незапоминающиеся сны.

Проснулась резко, вскочила и заметалась по комнате. Кота нигде не было.

— Если он его выкинул, я его убью!

Не знаю, зачем, но угрозу я произнесла вслух и даже кулаки сжала. Кот появился из ниоткуда. Раз — и сел возле моих ног. Могу поклясться: я облазила комнату вдоль и поперёк, вытерла коленями пол. Кот исчез — и вот он снова рядом.

— Ничего не понимаю. Ты кот-невидимка?

Грязное чудовище смотрело мне в глаза не мигая.

— Я хочу тебя выкупать. Дашься?

Кот склонил голову набок, словно раздумывал над моим предложением, но ещё не решил, соглашаться или нет.

— А я тебя за это накормлю вкусно-вкусно. И попробую уломать Геллана, — пообещала коту, особо не обольщаясь, что удастся уговорить этого непробиваемого болвана.

— Маф! — кратко пробасил грязнуля, и я, взяв его на руки, отправилась в ванную.

Кот не сопротивлялся, вёл себя хорошо, пока я не пустила воду.

Вы когда-нибудь видели орущее гнусавым басом шестилапое чудовище? Благо, не царапался. Но зато вовсю скрёб всеми шестью лапами по ванной, отчего звук стоял такой, словно у огромного дракона разболелись зубы, и он скрежетал ими, пытаясь унять боль.

Через минуту халат можно было отжимать, волосы тоже. Кот орал, тряс шерстью, брызги летели во все стороны, а я толком даже намылить его не смогла.

— Дара.

Ну да, именно сейчас не хватало этого противного властного голоса оперного певца. Что скрывать: я вздрогнула. Зато заткнулся кот и сел на шпагат всеми тремя парами лап. Ничего себе такой коврик получился на полванны. Правда, буро-грязно-зачуханный.

— Лучше помоги, — прорычала я сквозь зубы и скрежетнула ими. Получилось не хуже когтистого соло засмоктыша, что распластался в ванной.

— Он всё равно здесь не останется.

— Но вымыть мы его можем? Тем более, я уже начала. Ну пожалуйста.

О Боги! Кажется, я клянчила! И это сработало. Геллан вдохнул, выдохнул, потеснил меня плечом и положил божественно красивую длань на кошачью спину.

— Я держу — ты моешь.

— Великий властитель, благодарность моя бесконечна, а…

— Дара.

— Молчу, молчу.

Кот сидел тихо. Вот прям кроткий ягнёнок. Я осторожно намылила его от кончиков ушей до хвоста, а он даже не трепыхнулся.

— Как думаешь, он не помер от разрыва сердца? — боязливо спросила я, перебирая грязную шерсть, то и дело натыкаясь на Геллановы длинные пальцы.

— Живой, дышит.

— Худой какой… одни рёбра…

Я намыливала и смывала, опять намыливала и смывала. Кот терпел. Геллан тоже.

— Ёпрст… он белый!

В этот момент кот повернул голову и обжёг меня голубыми глазами. Я поперхнулась. Уткнулась взглядом в картофелину жёлтого носа, затем посмотрела на Геллана. Потом опять на кота. А после этого меня переклинило. Я вцепилась взглядом в бездушную дубину, что стоял рядом с каменным лицом. Волосы щитом прикрывали изуродованную щёку. Волосы цвета кошачьего носа… Геллан повернулся ко мне. Мы стояли слишком близко. Я смотрела ему в глаза и не могла отвести взгляд. Словно тонула. Показалось, что проваливаюсь куда-то, голова закружилась, и я начала заваливаться в ванную. Геллан на мгновение отпустил кота и придержал меня за плечи. Очень-очень близко наши лица… Кажется, я даже дышать перестала…

— Дара?.. — это был уже не уверенный красивый голос, а сломленный пополам полухриплый шёпот.

Я пошатнулась, прижалась щекой к его груди и прикрыла глаза. Затем отстранилась и провела рукой по лбу.

— Голова закружилась…

Метнула взгляд в ванную. Кот исчез. Лишь капли воды на стенках.

— Опять удрал, — сказала я без сожаления.

Геллан изваянием стоял рядом. Кажется, он забыл о коте…

— Ты в порядке? — спросил уже нормально, буднично, но с заботой.

— Да-да, всё хорошо. Спасибо, что помог. Ты иди, я переоденусь, встретимся в столовой.

Чуть помедлив, он вышел, а я опустилась на пол и стянула руками мокрый ворот халата. Что на меня вдруг нашло?.. Но на какие-то доли секунды он показался мне таким красивым, что я готова была рухнуть в обморок, как слишком впечатлительная барышня…