Ева Меньшикова – Грань, за которой ты (страница 1)
Ева Меньшикова
Грань, за которой ты
Аннотация
В центре этой истории – две девушки, Молли и Виолла, чьи судьбы переплетаются, словно нити одной сложной и многогранной ткани. Молли – яркая, свободолюбивая и жизнерадостная, она умеет находить свет даже в самых тёмных местах, но за этой внешностью скрываются глубокие раны и вопросы, которые не дают покоя. Виолла – более замкнутая и осторожная, она несёт в себе груз одиночества и потерянных надежд, но постепенно учится доверять миру и людям, открываясь новым отношениям и дружбе.Их истории – это хрупкое и искреннее повествование о взрослении, поисках себя и обретении внутренней гармонии. Через череду ночных тусовок и тихих прогулок, через шум больших городов и уютные встречи с друзьями, Молли и Виолла проходят свой путь – путь принятия себя, своих слабостей и страхов.В этой книге переплетаются боль и радость, одиночество и поддержка, страх и любовь. Герои учатся быть честными перед собой и окружающими, переступать через сомнения и страхи, открывать сердца и находить опору там, где казалось, что всё потеряно. Семья для них – это не только родственные узы, но и люди, с которыми можно быть собой без масок.Это история о том, как случайные встречи могут изменить жизнь, как друзья становятся семьёй, а любовь – светом, который помогает идти вперёд. Ностальгия по прошлому сочетается с надеждой на будущее, а каждый новый день – это шаг навстречу собственному счастью.Этот роман – трогательный, честный и живой взгляд на молодость, свободу и внутреннюю силу. Он приглашает читателя окунуться в мир эмоций и переживаний, которые близки каждому, кто когда-либо искал своё место и свой голос в этом сложном мире
Грань – за которой ты. Фактуна
Глава 1 Виолла: Пятно которого не было
Осень вошла в город без стука – тихо, но бесповоротно. Унесла с собой остатки тепла и разбросала по улицам туманную сырость и серую тишину. Смена сезона напоминала обнуление, затяжную паузу перед чем-то важным, но неясным. Пяти месяцев мрака хватит, чтобы забыть, каким бывает солнце.
Квартира ещё не прогрелась – по батареям недавно пустили воду, они чуть тёплые на ощупь, как прикосновение вежливого незнакомца. Виолла ходит по дому в одной футболке. Рядом в своём старом домике клубком свернулась кошка. Домик был куплен, когда она была ещё котёнком, но всё ещё служит убежищем. Тесный, выцветший, но родной.
Иногда Виолла ловила себя на мысли – что снится этому тёплому комку шерсти? Бежит ли она во сне за мотыльком? Боится ли одиночества? И если бы могла читать мысли Виоллы – осталась бы с ней?
В квартире царила уютная тишина, нарушаемая только редкими уличными звуками: сдержанный плеск шин по мокрому асфальту, далёкие гудки машин, негромкие шаги в подъезде. В небе серые облака ползли низко, будто прижимались к крышам.
Скоро дети потянутся из школ, а офисные работники еще несколько часов будут заперты в стеклянных клетках. А Виолла сидела, вжавшись в диван, и никак не могла заставить себя выйти из дома. Свободный день всегда оказывался странной ловушкой. Всё, что раньше приносило радость, больше не имело вкуса.
Она пересмотрела все сериалы, книги оставались пылиться. Один-единственный сериал всё ещё служил якорем – она смотрела его раз сто, и каждый раз находила в нём что-то своё. Именно он подходил под это настроение: осень, холод, мокрые улицы, воспоминания. Воспоминания о жизни до – до выпускного, до колледжа, до того, как всё перестало быть простым.
К колледжу она уже не могла вернуться. Сроки восстановления вышли, придётся либо поступать заново, либо забыть, как страшный сон. Впрочем, даже в этих мыслях была какая-то лёгкость. Потому что Виолла верила: можно вернуть почти всё. Надо только очень сильно захотеть.
Стук в дверь.
Она вздрогнула. На пороге стояла женщина в домашней одежде, лицо помятое, усталое, но взгляд – острый, как лезвие.
– Добрый день, я Эмили, ваша новая соседка. И, кажется, вы меня заливаете, – голос звучал раздражённо.
– Этого не может быть, – Виолла приподняла брови. – Пол был сухой, когда я последний раз туда заходила. Разувайтесь, посмотрите сами.
Она проводила женщину до ванной. Эмили ожидала увидеть потоп, но там было сухо, даже на плитке не осталось следов влаги.
– Как у вас здесь может быть сухо?! – растерянно воскликнула она. – У меня… – показала вниз, – пятно! В углу! Большое! – уже почти с возмущением повторила она.
– Странно… Давайте спустимся, посмотрим, – Виолла почесала затылок.
Эмили недоверчиво нахмурилась. "Что толку с этой девчонки? Всё равно будет стоять на своём." Но вслух сказала:
– Ладно. Пошли.
– Подождите у двери, я закрою окно – кошка может выпасть.
Ответа не последовало. Соседка стояла, погружённая в себя. В голове – мысленные подсчёты расходов на ремонт. "Молодая. Денег с неё всё равно не взять. Сама ещё ребёнок…" А потом пришла совсем другая мысль. Молча. Тихо. "Моей дочери было бы сейчас столько же…" И внутри кольнуло что-то, от чего сердце дрогнуло. Виолла легонько коснулась её плеча. Эмили вздрогнула – не от прикосновения, а от собственных мыслей.
– Я готова. Выходим?
Они прошли в лифт. Он был старым, скрипучим. Стены изцарапаны, запах – смесь мусора, табака и заброшенности. Много лет жильцы безуспешно добивались замены, но всё оставалось по-прежнему.
На этаже ниже Эмили открыла дверь. Квартира была похожа на ту, что сверху, только менее уютная. Виолла прошла прямо в ванную, игнорируя крик:
– А разуться?
В комнате пахло затхлостью и влажной тряпкой. Она встала на край ванны, заглянула в угол. Ни следа пятна.
– Я ничего не вижу. Посмотрите сами. Я вас подержу, – предложила Виолла, обернувшись.
Скептически поджав губы, Эмили взяла её за руку, встала на табуретку. Долго всматривалась в угол.
– Этого не может быть… Я точно видела… утром… оно было там… и на стене… – она растерялась. – Может, правда показалось?..
– Может, это была тень, – Виолла старалась звучать мягко. Она не хотела сказать вслух то, что промелькнуло в голове: «Старость подкралась».
– Наверное, да… Прости, что побеспокоила, – сникшим голосом сказала женщина.
– Всё хорошо. Главное, разобрались.
Виолла вышла из квартиры. Хлопнула дверь. В подъезде стояла влажная, глухая тишина.
POV
Всё-таки показалось… Бывает. Возраст. Но я боюсь – не хочу стать такой. Не хочу однажды проснуться и не вспомнить, кто я. Или сидеть в своей квартире, веря в пятна, которых нет. Поднялась к себе. Только дома я чувствую себя безопасно. Пусть скромно, пусть нет дизайнерских обоев, но зато тишина и покой.
Моя студия – это маленький мир. Одна комната, где всё под рукой: большая кровать с тяжёлым одеялом, старый, но умный холодильник (хитрый: не открывается после шести – я нашла обход), уютная кухня с теплыми навесными шкафами, мягкий диван с защитной обивкой от когтей, и телевизор, который давно показывает то, что хочется забыть.
Это вроде бы всё. Но… почему-то пусто. Как будто где-то должен быть ещё кто-то. Или что-то. Но чего именно – я не знаю
Глава 2 Молли: вкус свободы
POV:
Сегодня на улице было особенно зябко – таким промозглым холодом, что я прихватила с собой старый клетчатый плед. Он не помещался в рюкзак, поэтому свисал из него, цепляясь краями за воздух и прохожих. Рюкзак был до отказа набит всем необходимым – от зарядки до перекуса, и я едва волочила его на плечах. Но всё это стоило того. На губах играла победная улыбка. Сердце колотилось в груди, будто пыталось вырваться наружу – это от ощущения непослушания. Нарушать родительские правила – это как стоять на краю крыши, раскинув руки. Радость, страх, гнев – всё перемешалось. Хочется танцевать, кричать, исчезнуть и родиться заново.
Я знала, что снова попрошу маму покрыть меня. Она – единственный человек, кто по-настоящему понимает. Мама всегда была союзником в моей войне против бабушки, вечно недовольной моим поведением. Учёба, чистота, манеры – она чеканила это как мантру. А мне хотелось всего другого. Я учусь в выпускном классе и каждый день мечтаю о свободе. Эта школа, учителя, одноклассники – чужие, будто из другого мира. Их слова ранят, взгляды режут. Они не понимают меня, не пытаются даже.
Я выскочила из дома, как преступница, с натянутой улыбкой на лице, будто лгала самой жизни. Официально я «пошла ночевать к подруге Мирель», а на самом деле – бежала туда, где давно хотела оказаться.
Конец POV.
В вагоне метро Молли трясло – от радости, от страха, возможно, от холода. Был март, начало весны. Снег ещё лежал островками вдоль тротуаров, грязноватый и упрямый. Ветер гулял по улицам, цеплялся за воротники и щеки прохожих, срывая с губ остатки сна. Город, как всегда, жил своей отдельной жизнью – строгой, спокойной, будто бы безразличной. Молли прижалась к стеклу. Пар от дыхания тут же лёг мутной пленкой на стекло. Впервые за долгое время она чувствовала себя настоящей. Почти счастливой. Сигареты в кармане тянули за руку, но зажигалка, кажется, осталась дома. «Лишь бы родители не нашли», – мелькнуло в голове.
Вышла на нужной станции, зашла в ближайший магазин, купила зажигалку и мятные конфеты. Деньги, сэкономленные на школьных обедах, пригодились. Район был незнакомым – и именно это приносило ощущение безопасности. Здесь никто не знал её имени. Сжав в кармане пачку сигарет, она двинулась в сторону клуба. Очередь вытянулась вдоль улицы – живой змей из подростков, студентов, редких взрослых с блуждающим взглядом. Воздух пропах сигаретами, алкоголем и промерзшими кроссовками.