Ева Мелоди – Игрушка для Зверя (страница 26)
Почему я всегда оказываюсь слабой и проигравшей рядом с ним?
И я не про физическую силу. Про внутреннюю. Он делает со мной что хочет, не прикладывая никаких усилий.
– Посмотри на меня, – раздается тихий приказ.
Поднимаю голову и вижу свое отражение в черном калейдоскопе его глаз.
– Твой взгляд такой говорящий, – усмехается Зверь.
– И что же ты читаешь в нем?
– Красноречивый вопрос, заберу ли тебя с собой.
– И какой ответ?
Сейчас мне абсолютно все равно, даже если и правда Зверь похитит меня. Тело стало обмягшим, вялым, безвольным. Сейчас я и правда чувствую себя куклой на веревочке, которую только что нещадно эксплуатировал жестокий кукловод.
– Не могу. Если бы не Марта… – вздох. Ощущение, что он не хотел выдавать мне имя девушки, которая была с ним. Но проговорился. Мне от этого не легче. Затапливает горечь ревности. Какой же он все-таки подонок, животное! Только что миловался на людях с одной, и тут же прибежал «играть» со мной в примерочную. Как же так можно? Чувствую себя грязной надувной куклой. Вот только… Он не свою похоть утолил. А мою. Сам он не получил разрядки. Приберег себя для Марты?
О Боже, зачем мне думать об этом? Я что, ревную?
Джерт выскальзывает из кабинки не говоря ни слова. Не прощаясь. Ну конечно, зачем говорить «пока» своей игрушке? Снова вкус горечи. Но я не сдамся. С утроенным старанием буду выжигать из своего разума этого кукловода. Падаю на маленькое кресло, стоящее возле зеркала, чувствуя, что ноги не держат меня. Кое-как поправляю платье. Хочется разреветься. Но тогда мое унижение будет еще более полным… Смотрю на себя в зеркало. На шее алеет галстук…
Чертов подарок от Зверя. Или не подарок, скорее символ его власти. Срываю его яростно, оглядываюсь куда бы выбросить. Но нет мусорной корзины. Оставить его не могу… Заталкиваю в сумочку. По щекам снова текут слезы. И тут в дверь раздается робкий стук. Замираю испуганно. Дура. Зверь бы не стал стучать, но почему я сразу подумала о нем?
– Простите, госпожа, – раздается неуверенный женский голос за дверью. – Ваша охрана… мужчины просили узнать, все ли у вас в порядке? Вас долго нет, и они волнуются.
– Все прекрасно, любуюсь бельем, – отвечаю поспешно. Хватаю висящий на крючке комплект, совсем не нужный мне, который я даже приложить к себе не успела. Судорожно втягиваю воздух, вытираю слезы. Пора выходить иначе о моем странном поведении доложат Чаглару. Будет расспрашивать… Я этого не вынесу.
– Все подошло? – не унимается продавщица.
– Идеально, беру, – стараюсь добавить восторга в голос. – Еще пару минут, простите… Я тут… по важному вопросу отвечаю по переписке, – на ходу придумываю отговорку.
– Да, конечно. Простите что побеспокоила, госпожа. Вы можете быть тут сколько вам понадобится. Может вам воды принести, чай или кофе?
– Нет… я уже выхожу.
Сделав еще один глубокий вдох, бросаю на себя взгляд в зеркало, расправляю несуществующие складки на одежде, покидаю примерочную.
Глава 17
Если мои охранники что и заподозрили, то не подали виду, за что я была им благодарна. Вернувшись домой, весь день и до самого вечера я прикладывала неимоверные усилия, чтобы выглядеть весёлой и беззаботной. Даже перестаралась немного с восторгами по любому поводу, потому что Чаглар вечером начал приглядываться ко мне особенно внимательно, словно заподозрил неладное.
– Никогда еще не видел тебя такой счастливой, детка. Что-то произошло? – спрашивает он меня после ужина. Сидим в гостиной и ждем турецкий кофе с пенкой. Точнее это Чаглар ждет, а я мечтаю поскорее в свою комнату уйти и погрузиться в самобичевание. Зверь из головы не идет. Как он мог так просто все провернуть и вернуться к своей девушке. Она ведь его девушка, эта Марта. Но у нее ребенок…
Эти мысли сводят меня с ума.
– Ничего особенного, просто удачный шоппинг, замечательный день… Да и вообще, кажется я начинаю осваиваться здесь… – тараторю поспешно в ответ.
– Если это так, могу сказать только одно – я счастлив. Ты порадовала мое сердце.
– Я очень устала, пожалуй, пойду лягу пораньше. Не буду кофе. Ты не против?
Я наконец то научилась обращаться к отцу на «ты». Но по-прежнему ничего к нему не чувствовала. И очень боялась, что так и останется навсегда. Вместе с чувством вины…
На следующий день заряд моего добродушно-позитивного настроения закончился, я больше не могла изображать веселье. Меня накрыла глубокая апатия, и тучи, внезапно затянувшие небо, ей только способствовали. Чаглар был озадачен моими перепадами настроения и всячески пытался развеселить меня, рассказывая разные смешные истории из своей жизни, про родственников. Дальних. Близких у него не было никого. Тоже немного странно. Рассказывать про дальних, как гулял на свадьбе в каком-то ауле, но ни слова про мать и отца – моих бабушку и дедушку…
– Может ты хочешь внести какие-то изменения в доме, малыш? – вздрагиваю, потому что настолько погрузилась в размышления, что забыла где нахожусь. Такое со мной часто в последнее время… Да и «малыш» – резануло слух, уж слишком не вязалось с этим грубоватым крупным мужчиной.
– Хотя бы своей комнатой займись. Поменяй мебель. Раз шмотки развлекают тебя только на день. Надо что-то другое. Может хочешь сходить куда-то, развеяться? В ночной клуб, например? Я готов отпустить тебя. Только с охраной, конечно.
– Нет, спасибо, я никуда не хочу.
Никогда не была в ночном клубе и меня совершенно туда не тянуло.
А может я боялась, что в ночном клубе снова встречу Зверя? Он стал моей паранойей, навязчивой идеей, непрестанными виденьями. Болезнью, от которой нет лекарства.
Чтобы избавиться от навязчивого внимания Чаглара который увлекся ролью заботливого отца и начал все больше и больше времени проводить дома, я действительно занялась обустройством своих апартаментов. Чаглар выделил для меня целое крыло дома. Я бродила по мебельным и маленьким антикварным магазинчикам, совершенно не понимая, чего хочу. Какого дизайна. Мне в помощь дали девушку-дизайнера, которая сделала проект. Мы подружились, и теперь ездили по магазинам вместе.
Вот и сегодня, зайдя в антикварную лавку, любуемся выставленными в ней предметами, когда вдруг…
Передо мной появляется знакомое лицо. Вот только радости от встречи я почему-то не испытываю.
– Привет, дорогая. Я очень рада, что мне удалось организовать эту встречу. Нам необходимо поговорить.
– Привет, Инга. Не ожидала тебя тут увидеть. Специально организовала? Зачем такие сложности? Я не пленница теперь.
– Это ты так думаешь! У меня мало времени. Пойдем со мной, я расскажу тебе все.
– Хорошо, только Зейнеп предупрежу.
– Твою спутницу отвлекли специально. Как только она поймет, что тебе хотят помочь – она доложит обо всем Чаглару!
– Моему отцу? Ну и что?
– Как ты можешь быть такой доверчивой?
Ингу трясет, поэтому иду с ней, не потому что поверила, просто волнуюсь за нее. Глупая маленькая мышь, с какой легкостью ты снова попала в расставленную мышеловку…
Она тащит и тащит меня за собой, на улицу, в переулок, по очень узкой и извилистой тропинке между домами. А я все думаю о Звере, наивная тупая идиотка. Что это он ее прислал. Что он, наверное, снова хочет увидеть меня. Я больна, это уже давно мне стало понятно. Больна странной зависимостью. Стоит только подумать о Звере, и я теряю чувство реальности. Почву под ногами. Даже инстинкт самосохранения отказывает.
Потому что просвет между домами вдруг увеличивается. Вылетаем на большую оживленную улицу. Меня вдруг сильно толкают сзади, налетаю на Ингу, которая ловит меня, прижимает к себе. И тут на голову накидывают плотную ткань. И прижимают к лицу так сильно, что я кричу от испуга, от боли. Точнее хочу закричать, делаю вдох… в легкие попадает что-то едкое, тошнотворное. И через минуту мир меркнет.
Зачем так жестоко? Может я и не пошла бы с ним по первому зову добровольно. Но как же обидно! Он снова обращается со мной как с неживой куклой. Толкнуть, лишить сознания. Только беспредельно наивная идиотка может все еще мечтать, что нравится этому чудовищу. Что все не просто так…
Нестерпимо кружится голова, меня тошнит. Но нет уже тьмы покрывала, вижу свет над собой. По лицу скользят солнечные лучи. Понимаю, что лежу на заднем сидении несущейся на полном ходу машины. Чуть приподнимаюсь пытаясь разглядеть водителя.
И новый шок, откидываюсь бессильно обратно на сиденье.
За рулем… Мустафа.
Меньше всего я его ожидала увидеть! И никого больше в машине! Ни Инги, никого…
– Очухалась, девка? – спрашивает, не оборачиваясь. – Эй, давай, не притворяйся. Не заставляй останавливаться и проверять твой пульс. Тоже мне, игрунья. За нами хвост может быть. Мне не с руки сейчас возиться с тобой.
Сажусь на сидении, голова плывет.
– Откуда ты взялся? Что за новая игра? Кому на этот раз хочешь продать меня?
– Никому, – оскаливается Мустафа. – За все уже заплатили. И отлично. Не то что тот первый скряга. Ну ничего, девка. Он скоро свое получит, не сомневайся. Сможешь плюнуть этой падали в лицо. Мертвое, разумеется. Недолго осталось…
Меня начинает колотить мелкая дрожь. Что происходит? Мустафа и Инга в сговоре? Они решили убить Джерта?
– Можно переберусь на переднее сидение? – спрашиваю хрипло.
– Давай, – кивает Мустафа. – Ехать нам еще долго. За разговором время скоротаем.