Ева Лея – Узы нефритовых сердец (страница 13)

По началу Ли Шу считала, что в сердце Императора кто-то есть. Найти и извести эту соперницу было делом чести. Не может простая девка из наложниц быть выше императрицы в сердце Императора. Но с годами Ли Шу поняла, что в сердце этого мужчины было лишь одно — равнодушие. Даже титул "гуйфэй"47этот мужчина раздавал по политическим соображениям. Любила ли она своего величественного супруга? Императрица не знала, просто ее с детства учили любить Сына Неба. Не видя лица, не зная характера — ее учили служить будущему Императору. И юная девочка старалась.

Но сейчас, устав за столько лет искать хоть небольшой отклик в холодных глазах этого человека, императрица хотела только одного — ребенка. Законный наследник поможет женщине не только утвердить свою власть, но и гарантирует ей безопасное будущее. Ли Шу за столько времени, проведенных в качестве законной супруги Императора, даже имени его настоящего не знала.

— Эта несчастная просто очень тоскует по Вам, Хуаншан, — тихим ровным голосом возразила императрица.

— Чжэнь доволен. Ты можешь продолжать тосковать и дальше, делай это более старательно, чтобы Мы тебе поверили, — цинично и назидательно обозначил приговор Юн-ди.

Неторопливо выйдя из покоев императрицы, Сын Неба отдал приказ принести из приемной комнаты «драконий ларец». Внутри, разделенные на секции, стояли рядами нефритовые жетоны, на которых были выгравированы имена всех наложниц. Императору осталось только наугад вытащить жетон и отдать евнуху. Юн-ди сделал это намеренно недалеко от покоев самой Ли Шу — знал, как это взбесит его дражайшую супругу.

Поздно ночью, когда свечи уже прогорели наполовину, а Талантливая Супруга48под ним была чрезвычайно утомлена от энергичных толчков ее господина, Юн-ди вышел из прекрасного белого, словно редкий нефрит, тела, заканчивая свое удовлетворение руками. Белая тягучая жидкость, ради которой наложницы были готовы продать душу, осталась на гладком лобке растерянной женщины. Император чуть не рассмеялся вслух, видя разочарованное лицо Талантливой Супруги. Для нее сейчас это был крах. И упущенная возможность зачать очередного отпрыска.

— Мой господин, эта супруга сделала что-то не так? Вы сердитесь на нее? Почему Вы не осчастливили эту несчастную любящую Вас рабыню? Вы недовольны ею? Супруга может остаться с любимым господином и делать его счастливым всю ночь... Позволено ли ей?

Бледное лицо молодой женщины было искренне печальным. Идеальным. Любящим. Маска, которая совершенствуется с годами здесь. Юн-ди всматривался в эти томные глаза с поволокой и искал внутри себя хоть малейший отклик.

— Пусть Наша дорогая супруга не накручивает себя лишними мыслями. Чжэнь просто так захотел, — Юн-ди легко прикоснулся кончиками пальцев к бархатной коже раскинувшейся обнаженной женщины... — Затем мужчина отвернулся, накинул тяжелый расшитый халат, игнорируя полный мольбы взгляд, и распахнул двери в покои, встречая взволнованных евнухов. — Наша супруга нуждается в отдыхе. Проводите ее во дворец...

Оставшись, наконец, один, Юн-ди откинулся на удобный деревянный стул перед своим рабочим столом и огромным количеством бамбуковых дощечек. Раны и ушибы снова разболелись, что не удивительно.

Дать возможность забеременеть Талантливой Супруге, да еще и принцем, — и разборки в гареме с императрицей и Благородной Супругой станут еще более ожесточенными. Семья Талантливой Супруги имела довольно сплоченную коалицию во Дворце, которая владела некоторыми серебряными рудниками, имела и около ста тысяч солдат в подчинении. К тому же, насколько поведал ему Ся Яозу, Талантливая Супруга Сун уже родила принцессу Императору. Давать дополнительных рычагов этой женщине явно не стоило, хотя в целом эта Сун-сяньфэй раздражала его немного меньше остальных, имея покладистый характер. Император почувствовал легкую головную боль. Он закрыл глаза и постарался расслабиться. Завтра, а точнее — уже сегодня, прибудут его генералы с докладами.

Внезапные перемены

Осень в последнем месяце решила разгуляться в полную силу, принеся с собой затяжные дожди, пронизывающие ветра и первые заморозки. Температура с каждым днем падала все ниже, незащищенные крестьянские дома продувались порывами ледяного воздуха. Люди побогаче могли позволить себе и жаровни, и уголь, но простым беднякам в это время было очень непросто. Основные приготовления к морозам давно сделаны, крестьяне собрали урожай, как всегда, не доплатили в казну налоги, прикрываясь разными отмазками, местный магистрат занялся сезонными проверками на компетентность своих чиновников. Словом, Цзянье уже открыл ворота зиме как полагается богатому и процветающему городу.

Ци Ханг, чиновник V ранга магистрата, не мог уснуть. Добрую половину ночи он невольно ворочался на тонких простынях своей третьей или четвертой наложницы. Мужчина не помнил — вечером он вместе с господином Хэ хорошо приложился к вину на местном постоялом дворе, который славился не только расторопными работниками, но и отменной кухней. Мужчины увлеченно обсуждали новые веяния в политике и будущие перспективы развития империи под богатые закуски в виде пряного тушеного бараньего позвоночника, вяленой говядины, тофу и грибочков49.

Но разве господин Ци был пьян? Что сделается его жизненной силе всего от пары кувшинчиков вина?!

Вернувшись домой, Ци Ханг нетвердой походкой направился прямиком в женскую половину поместья, где его перехватила откуда-то выскочившая девочка-служанка, услужливым голосом уговаривая идти прямиком в покои госпожи и расслабиться на мягких перинах. Мужчина смутно видел женский силуэт, который подхватил его под руки, затем раздел и уложил в кровать. Но Ци Ханг был полон желания доказать, что он не слаб и не пьян. Он мужчина хоть куда и все еще молод! Подмяв под себя пытавшуюся сделать ему расслабляющий массаж женщину, щедро дыша ей в лицо стойким винным перегаром с примесью чеснока, чиновник V ранга честно исполнил супружеский долг. Податливое тело под ним томно изгибалось, слышались страстные, громкие стоны, чтобы дать заодно понять всем остальным домочадцам, с кем именно господин сегодня проводит ночь. Ци Ханг был счастлив — он вяло излился в теплое лоно и тут же, упав без сил сверху, окончательно отключился. Алкоголь победил, но ровно на несколько часов.

Посреди ночи мужчина проснулся с головной болью, жутким привкусом во рту и жаждой. Кряхтя, он кое-как дополз до столика и налил воды. Руки слегка тряслись.

По-началу его мысли хаотично крутились вокруг неумения пить, но потом плавно вдруг перетекли на еще один важный вопрос, обговоренный прошлым вечером с господином Хэ, — протекция его старшенькому — Веймину.

Ци Веймин уже прошел три этапа государственного экзамена и сейчас занимался черновой работой в Министерстве по налогам и сборам. Он ждал назначения с испытательным сроком. Господин Хэ через своего зятя мог отлично поспособствовать скорейшему получению желанной должности и гладкому завершению проверочных формальностей. Старый лис являлся прожженной чиновничьей душонкой — за эту услугу он и потребовал не маленький гонорар. Но и господин Ци не был так прост.

Ему пришла в голову отличная мысль — часть оговоренной суммы он отдаст своей внезапно выздоровевшей дочерью. Пусть возьмет ее в свое поместье наложницей какому-нибудь сыну, например, младшему или среднему. Никто не знал о недуге девушки или уже давно забыли, а других дочерей господин Ци мечтал пристроить более удачно. Может, даже выдать замуж официально. Здесь же он и Мейли пристроит хорошо, и от лишнего рта избавится. Конечно, на приданое господин Ци не поскупится... В пределах разумного, конечно, ведь она — дочь наложницы.

План хозяину поместья очень нравился до того момента, как он, страдающий от вчерашнего загула и похмелья, обдумывающий как бы, все же, сэкономить на размерах приданого и провернуть все самым экономным способом, не принял в своем поместье специального посланника с высочайшим указом в руках, скрепленным высшей печатью. Императорские смотрины!

Ежегодно гарем пополнялся новыми наложницами — это был известный и принятый факт. Частота таких смотрин зависела исключительно от воли монарха. Однако даже в своем сне жалкий чиновник V ранга в Цзянье не мог предположить, что приглашение придет в его дом. В первые секунды мужчина опешил от такого счастья — дочь, которая войдет в гарем Императора, закрепит власть семьи, даст положение и почет! Но кто этот чиновник такой, чтобы получить приглашение из Императорского Дворца?! Он мысленно гадал, кому же из его дочерей могло так повезти, и кто же заприметил их талант или красоту в далеком от столицы городе. На роль наложницы во Дворец могли претендовать лишь две дочери, подходившие по возрасту. Господин Ци Ханг потирал руки. Милость Небес просто свалилась в руки приятным подарком. Все присутствующие во главе с хозяином дома преклонили колени с волнительным предвкушением и интересом.

Радость на лицах сохранялась ровно до того момента, как они услышали имя избранной... Ци Мейли!!! От неожиданности и абсурда ситуации у господина Ци резко запульсировало в висках тупой болью. Не ощущая своих коленей, он поклонился посланнику, безропотно принимая предначертанное волеизъявление монарха, и долго потом сидел на земле, не в силах подняться. Он снова и снова вчитывался в оставленный указ, словно надеясь, что надпись расплывется и имя вдруг изменится. Но нет... Просидев в глубоком шоке довольно продолжительное время, господин Ци поднялся с места. Недоумение пропало, когда чиновник прочитал в отдельно доставленном письме, прилагающемуся к указу, что такую рекомендацию-приглашение оформил сам генерал Ван. Все встало на свои места.